Чтение онлайн

Демон, словно также заботясь об Иде, приземлился мягко, взрыв выпущенными когтями мелкие камешки на узкой линии берега, и, замерев на месте, тихо курлыкнул, словно отчитываясь о проделанной работе.

Теперь, когда они были на месте, оставалось вернуться с Грани в мир. В этом направлении Кайрен вполне мог открыть проход и сам. В действительности любой человек, даже напрочь лишенный дара поводыря, смог бы! Мир, как мощный магнит, притягивал к себе все, что когда-то было рождено в нем и до самой смерти принадлежало ему. А способности поводырей требовались как раз тогда, когда нужно было преодолеть это сопротивление. То есть вернуться с Грани в мир Кайрен мог, внести в него Иду — нет ничего проще, а вот провести демона — уже нет!.. Конечно, можно было разбудить девушку и попросить ее открыть проход для демона. Но, с другой стороны, тот свою задачу — вывести их из Нового Города уже выполнил. А если продолжать держать демона при себе, то его пришлось бы накормить или отпустить раздобыть себе пищу самому. Ни того, ни другого Кайрену делать совершенно не хотелось. Поэтому он, спрыгнув на землю и аккуратно, по-прежнему стараясь не разбудить, сняв со спины твари Иду, ударил демона по шее, отсылая того прочь. Чудовище, словно не решаясь вновь взмыть в воздух, продолжало топтаться на месте, поглядывая на спящую на руках у Кайрена девушку и недвусмысленно намекая на то, какой из двух поводырей ему нравится больше. Мужчина, не собираясь церемониться с тварью, развернулся и решительно зашагал прочь. Он скорее почувствовал, чем увидел, как демон растворился в темноте, наконец уйдя в Загрань, а сам он, на мгновение прикрыв глаза и сосредоточившись на ощущении Грани, в следующую секунду глубоко вдохнул горько-соленый воздух Эспенансо. Настоящего Эспенансо…

Даже в абсолютной темноте мужчина без труда нашел в прибрежных скалах неприметную тропинку, убегающую наверх. Правда взобраться по осыпающимся из-под ног камням с объемной хоть и не слишком тяжелой ношей на руках оказалось несколько сложнее, чем изначально предполагал Кайрен. Наверное, в первый раз мужчина порадовался тому, что для своего жилища выбрал пещеру, расположенную не в глубине острова, где предпочитали обустраиваться остальные, а почти на самом берегу.

Дорожка взобралась на верх скалы, и Кайрен, нырнув под небольшой нависающий над ней каменный выступ, оказался перед мощной феропластиковой [4] дверью, снабженной сложным электронным замком. Никаких других признаков цивилизации и человеческой деятельности вообще вокруг больше заметно не было, поэтому дверь, созданная с использованием самых последних космических технологий, посреди первозданной природы выглядела настоящим анахронизмом! На самом деле никакой особенной роскоши в этом не было… Жестокая необходимость для жителей Эспенансо, не желающих однажды проснуться посреди ночи от того, что их дом вместе с ними сами унесла соляная буря!

В доме плохо работала вентиляция, не было ни крошки еды или капли питьевой воды, но Кайрена, вымотавшегося за последние сутки так, как не уставал, наверное, никогда в жизни, это сейчас почти не волновало. Его сил хватило лишь на то, чтобы заблокировать за собой дверь, аккуратно опустить спящую Иду на кровать и, стянув через голову куртку вместе с плащом, рухнуть на постель самому.

Кайрен усмехнулся, вспоминая, что последней его мыслью перед тем, как отключиться, было: хорошо, что принцесса спит! Иначе, кто знает, не пришлось ли бы ему самому довольствоваться плетеным ковриком возле двери?.. Оказалось, что он зря так боялся ее разбудить: даже сейчас, почти восемь часов спустя, девушка и не думала просыпаться. Для него самого последние несколько суток во дворце герцога Вейда стали настоящим кошмаром. И он только сейчас понял, что не может даже предположить, чем они были для дочери императора!.. И насколько же сильно она должна была доверять ему — почти незнакомому ей человеку — чтобы вот так просто, ни о чем не беспокоясь, уснуть рядом с ним, предоставляя в его полное распоряжение свою жизнь?! Насколько она должна была доверять ему, что согласилась уйти вместе с ним, не спросив куда и не ставя никаких условий?..

Ида, словно почувствовав взгляд мужчины, вновь пошевелилась. Мягкое покрывало, сшитое из кусочков ткани и меха, задралось выше, обнажая ее правую ногу до середины бедра. Кайрен решительно отвернулся и, разблокировав сенсорный замок, вышел наружу.

День уже почти наступил. Кориут стоял высоко, и мужчина, успевший привыкнуть к полутьме пещеры, в первое мгновение прикрыл глаза, щурясь. Наверное, свет солнца был не таким уж и ярким, но отраженное миллион раз от каждой волны в океане, простиравшемся до самого горизонта, сияние становилось почти нестерпимым. И все равно Кайрен не спешил отворачиваться. Прикрыв глаза и подняв лицо к еще по-утреннему бледно-голубому небу, он с наслаждением вдыхал такой редкий на Эспенансо запах (не земли, нет — это было бы слишком большой роскошью) — каменной пыли и мельчайшего песка. Не земли… но все равно это было так неизмеримо больше, чем привычные вездесущие запахи соли, водорослей и самого океана… Может быть, в других мирах было иначе, но на Эспенансо так пахло счастье! А еще оно прикасалось прохладными пальцами ветра к обнаженной коже и слепило глаза сиянием бело-золотого солнца…

Кайрен потянулся всем телом, разминая онемевшие от долгого сна мышцы. Он на минуту вернулся в комнату, подхватил с табуретки оставленный там вчера плащ и, решив обойтись без куртки, накинул его на плечи. Еще мужчина взял с полки высокий узкогорлый кувшин, а затем вновь вышел наружу. Архипелаг святого Ливида считался удобным местом для жизни отнюдь не только потому, что являлся достаточно большим по меркам Эспенансо куском суши, но еще и потому, что здесь был собственный источник пресной воды!

Дверь за спиной поводыря тихо закрылась, и Кайрен, еще раз оглянувшись в сторону сияющей глади океана, стал спускаться вниз по дорожке.

Сейчас, при свете дня тропка вовсе не казалась такой уж крутой и опасной. Сухие каменные осколки тихо похрустывали под подошвами сапог мужчины, но даже и не думали осыпаться. Идти вниз было легко, словно дорожка сама ложилась под ноги. На середине спуска Кайрен, правда, на минуту остановился: здесь тропинка раздваивалась. Какая-то из двух должна была сбегать к океану, а какая-то, наоборот, уходить в глубь острова, куда и нужно было поводырю. Но из-за выступающих отвесных скал разобраться в них и выбрать нужную было не так-то просто! Кайрен постоял на развилке, не зная, то ли ему улыбаться, то ли ругать себя. Очевидно, он все же слишком долго не был дома, раз успел забыть такие элементарные вещи! Потом мужчина все же заметил над одной из тропинок приметный выступ скалы, напоминающий своей формой нахохлившегося демона, и решительно свернул туда.

Вообще-то на архипелаге святого Ливида Кайрен жил не всегда. Он родился на крошечном островке, расположенном в паре дней пути к северу, в небольшой рыбацкой деревушке. Его отец добывал пропитание себе и своей семье, каждый день выходя в море на промысел. Но ни этого, ни его самого Кайрен не помнил: отец погиб во время очередной соляной бури за несколько недель до его рождения… Ребенком Кайрен так и отвечал на расспросы о своей семье: мой отец погиб… Когда он стал старше формулировка изменилась: мама говорила, что мой отец погиб. Сколько себя помнил, Кайрен знал, что обладает даром поводыря. Но, только попав из родной деревни на большой архипелаг, он понял, что даже на Эспенансо, где трудно было найти человека, ничего не знающего о Гильдии и способностях входящих в нее людей, вид младенца, тянущегося к чему-то, присевшему на край колыбели, мог смутить кого угодно!.. Но матери он вопросов не задавал. А сама она предпочитала говорить, что ее муж погиб.

Кайрену было шестнадцать лет, когда мать умерла. Она целыми днями ловила моллюсков на прибрежном мелководье, там, где, испаряясь, вода становится особенно соленой. Соль и убила ее: страшные язвы разъели кожу женщины, отравив кровь. Она за несколько дней сгорела в жестокой лихорадке.

А Кайрен после ее смерти не остался в деревне ни на один лишний день. Он не позаботился даже о том, чтобы продать пещеру, служившую им жилищем. Просто раздал друзьям и родственникам нехитрый скарб, взял старую лодку и отправился на юг: он еще раньше, словно кто-то нашептывал ему о грядущих переменах, выяснил, куда следует идти тому, кто хочет вступить в Гильдию.

На архипелаге святого Ливида Кайрена встретили даже радушнее, чем он рассчитывал. Люди, называвшие себя поводырями, помогли ему обустроиться, а потом… Гильдия стала для него всем! Все, что знал, чем был, чем стал за эти годы Кайрен, он получил благодаря им. Теперь он тоже смотрел сквозь мир — в Загрань, и цель Гильдии стала его целью. Путь к ней делал его жизнь не напрасной… И не было ничего удивительного в том, что ради нее он, не раздумывая, согласился даже некоторое время побыть слугой во дворце правящего герцога Оуэна Вейда. Он знал, что до их цели теперь оставался всего один шаг!

Дорожка, некоторое время бежавшая по дну глубокой расщелины, повернула, и перед Кайреном открылась узкая долина, со всех сторон окруженная скалами. Солнце, уже вовсю припекавшее на противоположной стороне острова, сюда еще не заглядывало. Его лучи касались лишь кончиков самых высоких скал. Зато уж они сверкали ослепительно: мельчайшие кристаллики соли, заполнявшие каждую щель в камнях, блестели не хуже белых бриллиантов, а сами скалы напоминали диковинные солнечные камни! В самом низком месте долины из скалы бил родник. Струя прозрачной воды вырывалась из узкой расщелины с тихим журчанием и ручейком стекала по камням, образующим желоб, в небольшой круглый бассейн, сложенный из неотесанных глыб того же самого камня. Даже старейшие жители архипелага не помнили, кто и когда его устроил, предлагая пресную воду — величайшее сокровище Эспенансо — любому желающему. И даже сейчас, в век феропластика и антигравитационных двигателей, родник выглядел так же, как и несколько сотен лет назад. И никто не собирался ничего менять. Стока из бассейна не было: воду вычерпывали быстрее, чем она успевала переливаться через край. К тому же часть ее уходила в землю или испарялась на солнце. В любом случае жителям поселка, расположившегося на уступах скал вокруг долины, ее вполне хватало.

Кайрен окинул взглядом знакомый пейзаж, поймав себя на мысли, что наконец-то начинает чувствовать себя дома. Поселок представлял собой систему пещер, созданных природой или вырубленных в скалах самими людьми; таких же, как его собственная — совсем крошечных, или побольше, таких, в которых жили целыми семьями. Сейчас, поздним утром, двери во многие пещеры были открыты, впуская внутрь свежий воздух. Если приглядеться, можно было увидеть людей, занятых своими делами, но у грубого каменного бассейна, как ни странно, не было ни души.