Чтение онлайн

Я рос под эти истории. Ими было пронизано все вокруг, и когда я заинтересовался археологией, был уверен, что заниматься раскопками следует где-то в другом месте. В Перу или Египте, но только не в Кентукки. Я не знал, что история человечества в моем родном штате составляет 15 тыс. (а то и более) лет. Я не имел представления, какие фантастические археологические памятники есть у нас в Кентукки и какие здесь опытные исследователи. Я узнал все это в колледже, когда появилась возможность поработать с некоторыми из них, проводя раскопки в окрестностях Кентукки. Многих из этих специалистов я встретил в 17 лет, на своих первых раскопках. Как-то раз в свой выходной я вызвался помочь в полевых работах на участке Снэг-Крик, месте, где располагалась поздне-доисторическая деревня с видом на реку Огайо. Туда ведет шоссе Мэри Инглес, названное в честь «первой белой женщины» в Кентукки. Мы не знаем ни первоначального названия деревни, ни имени кого-либо, кто в ней жил.

Как и многие в Кентукки, я рос, то и дело натыкаясь на вспаханном поле или в камне на странные наконечники стрел или копий. В тот уик-энд в Снэг-Крике я научился распознавать и извлекать эфемерные остатки домов и собирать воедино образы прошлого на основании того, что нам удалось обнаружить. Мы нашли отверстия для столбов, обозначающие края зданий. Мы нашли ямы; они предназначались для хранения, но позже, когда необходимость в них отпадала, их заполняли пеплом и мусором. Возраст поселения, которое мы исследовали, составлял от 500 до 600 лет, то есть оно было не таким уж и древним. Мне доводилось бывать в английском пабе и постарше этого. Я стоял у ворот фермы в Исландии, которая носила то же название, что и в саге о викингах, написанной почти тысячу лет назад. А ведь в Кентукки мы даже не знаем, на каком языке 600 лет назад говорили коренные народы и как они себя называли.

Археологи делят прошлое на периоды на основании различий, наблюдаемых в артефактах или материальной культуре определенного региона. Мы выявляем разные археологические «культуры», опять же, на основе оставленных материалов, которым часто присваивают название того места, где археологи обнаружили это явление. Иногда нам удается связать археологические культуры с историческими или современными сообществами, но чаще – не удается. Применяемые исследователями категории временной или культурной принадлежности могли являться важными для живших в прошлом людей, а могли и не являться. Большая часть временных периодов достаточно длительна, а изменения постепенны, чтобы пережившие их люди думали о времени в рамках установленных нами категорий. Изучая современную популяцию, мы видим, какие ограничения и проблемы мешают обосновывать культурную принадлежность материальной культурой. Жители соседних стран, например Гондураса и Сальвадора, во многом отличаются друг от друга, от лексики и произношения до важных исторических различий, которые делают жизнь в этих двух современных национальных государствах уникальной. Однако основные фрагменты их материальной культуры идентичны. В других случаях различия по этому параметру затмевают сходства в чем-то другом.

Время, непосредственно предшествующее прибытию европейцев, археологи называют поздним доисторическим периодом. За ним последовал период контакта, когда эти группы встретились. Одну из выявленных нами археологических культур называют Форт-Эйншент в честь хорошо известной местности в Огайо. Участок Снэг-Крик был деревней Форт-Эйншент. В течение следующего десятилетия мне доводилось работать на нескольких участках Форт-Эйншент в рамках проекта, с помощью которого археологи стремились понять уклад жизни тех времен, до того, как пришли перемены.

Люди, подобные нам, современным (Homo sapiens sapiens), появились в Африке около 300 тыс. лет назад в процессе эволюции. По меньшей мере 75 тыс. лет назад методом проб и ошибок некоторая часть этих людей покинула Африку и расселилась по всему миру. Одним из последних мест, куда мы добрались, были Северная и Южная Америка. Люди прибыли в Америку из Азии около 20 тыс. лет назад, а может, и раньше. Пробраться на территорию нынешней Канады мешал обширный ледяной покров; люди спустились на лодках на юг и жили на льду, питаясь от моря. Около 13 тыс. лет назад к востоку от Канадских Скалистых гор открылся свободный ото льда коридор, который позволил нашим предкам пройти по суше из так называемой Берингии (область, простирающаяся от России через Берингов пролив и Аляску в Канаду) до остальной части Америки. И уже 15 тыс. лет назад (если не раньше) люди расселились по всей Северной и Южной Америке. С каждым годом мы находим свидетельства более ранних поселений, и я не удивлюсь, если в конце концов мы обнаружим, что Северную и Южную Америку заняли не 15 тыс. лет назад, а 20–25 тыс. лет назад. Доподлинно известно, что у нас в Кентукки люди проживали по крайней мере 13 тыс. лет назад, как указывает анализ на углерод-14 древесного угля из скального убежища.

В те времена люди занимались собирательством, иногда совмещая его с охотой. Сельским хозяйством они не занимались, но о растениях знали почти все, поскольку собирали их и для чего-то использовали. Когда я путешествовал по тропическому лесу в Гондурасе, мы посадили несколько фруктовых деревьев и арбузов, которые дадут плоды к нашему следующему приезду. Разумеется, люди делали нечто подобное на протяжении всей истории, и археологи обнаружили свидетельства использования растений задолго до того, как сельское хозяйство стало преобладающей стратегией {19} . Со временем население росло, пока в какой-то момент стало невозможным прокормить всех собирательством. Новые потребности в пище привели к тому, что люди стали фермерами. Это не произошло в одночасье, и я подозреваю, не стало результатом «открытия». Это была вынужденная мера, которая потребовала преобразования привычных действий. Если численность населения невелика, собирательство отнимает гораздо меньше времени, чем сельское хозяйство. Но когда плотность населения возрастает, население переключается на сельское хозяйство. В некоторых ближневосточных регионах, включая Сирию и Ирак, люди стали земледельцами около 12 тыс. лет назад. В Перу, Амазонке и центральной Мексике обратились к сельскому хозяйству 6000 лет назад. В восточной части Северной Америки, отличавшейся изобилием ресурсов и относительно низкой плотностью населения, сельское хозяйство зародилось около 3000 лет назад.

К тому времени, как у нас появились первые письменные свидетельства о жизни в этом районе, в Кентукки проживало несколько различных племен: чероки, шауни, ючи и чикасо, а возможно, и другие {20} . Мы не знаем, как выглядела их жизнь непосредственно перед прибытием европейцев, поскольку это событие сопровождалось резкими и часто катастрофическими эпизодами. Долгое время в Америке преобладали истории, в которых жизнь индейцев до прихода европейцев представлялась с выгодной для последних. Такие истории преуменьшали катастрофические последствия столкновения европейцев с коренными народами или оправдывали последующие действия колонизаторов. Например, вплоть до середины XX века ученые занижали количество людей, проживавших в Северной и Южной Америке до прибытия европейцев. Эта тенденция прекратилась после того, как географ Уильям Деневан назвал цифру около 54 млн {21} . Его оценка давно считается золотым стандартом. Недавние исследования показали, что на момент прихода европейцев в регионе проживало около 60 млн индейцев {22} . Более ранние подсчеты радикально занижали это число, и в конце XIX века общепринятой была цифра в 10 млн. Подобная тенденция позволяла скрыть произошедшие резкие демографические кризисы и показывала, что это был пустынный регион и занятие этой земли было оправданным.

Миф об охотничьих угодьях в Кентукки – это еще один местный способ занизить количество местных жителей до прибытия колонизаторов. Один из первых археологов, с которым я работал, доктор Гвинн Хендерсон из Археологической службы Кентукки, писал об этой истории и собирал материал для ее опровержения {23} .

– Самое стойкое заблуждение о коренных жителях Кентукки – миф о Темной и Кровавой Земле – касается того, как эти народы использовали эту землю, – рассказал Хендерсон в недавней беседе. – Легенда заставляет нас поверить, что индейцы в Кентукки никогда постоянно не жили, а только охотились и сражались за его территории. Этот миф продолжает использоваться в детских книгах, научно-популярных изданиях, исторических журналах. И это несмотря на то, что Кентукки – просто географический конструкт (ничего не значащий до 1792 года) и для окружающих географических конструктов Огайо, Индианы, Иллинойса, Миссури и Теннесси подобного понятия не существует.

В Кентукки из-за войны между разными племенами был период, когда поселения объединились за линией фронта и в определенной части штата осталось мало деревень. Но ни в один период времени этот район не был полностью безлюдным. В Северной и Южной Америке мы обнаруживаем сценарий, наиболее близкий к тому, что описывается сегодня в столь популярных сюжетах об апокалипсисе – а именно, что большая часть населения полушария погибла. Как это происходило и с какой скоростью, зависело от региона. Однако индейские племена продолжали существовать. Если слушать рассказы о том, как коренные народы погибали от рук европейцев и завезенных ими болезней, создается впечатление, что эти группы не выжили. Однако это не так. Культура индейских племен, претерпевшая с приходом европейцев глубокие преобразования, так же важна и интересна, как и культура, существовавшая до европейцев. Разрыв в развитии, который произошел с прибытием в Америку европейцев, не разрушил существовавших здесь культур и не привел к их вымиранию. Описание произошедшего такими терминами, как «уничтожение» или «вымирание», может позволить оправдать те виды маргинализации, которые оказались столь разрушительными в прошлом. Сейчас многие археологи это понимают и отвергают эти «повествования», которые якобы объясняют гибель индейских племен. В некотором смысле это удар ниже пояса. Во-первых, мы создаем повествования, которые преуменьшают разрушительный характер взаимодействия {24} . Тогда мы предполагаем, что подлинная культура коренных американцев была повреждена до неузнаваемости. До нас пытаются донести, что индейцев больше не существует, во всех отношениях. Это неправда.

После прибытия европейских колонизаторов в Америку разразилась невиданных масштабов катастрофа, вызванная вспышкой болезней. Последовавшие за этим война и порабощение усугубили трагедию. Историк Джеральд Хорн описывает два апокалипсиса: первый вызван болезнями, а второй – ужасами поселенческого колониализма {25} . Такого рода колониализм мы наблюдаем в Северной Америке, куда колонисты прибыли с целью заселить регион, а не просто использовать его для выкачивания ресурсов. Это привело к длительному геноциду индейцев, вызванному как болезнями, так и порабощением, убийствами и необходимостью покидать обжитые места. Поселенческий колониализм также привел к порабощению миллионов африканцев. В следующих главах я рассмотрю события на востоке Северной Америки в XVI и XVII веках. В попытке понять, почему наступает крах, я начну с изучения причин прошлых катастроф. Позже это позволит нам сравнить современные представления о том, как и почему случается коллапс, и заглянуть в будущее вплоть до того момента, когда этот процесс запустится снова.

Моя жена – модельер. Она называет себя портнихой, отчасти потому, что «дизайнер», на ее взгляд, звучит претенциозно, отчасти из солидарности с теми, с кем она подростком работала в потогонных цехах в Гондурасе. Она задается вопросом, сколько дизайнеров или художников могло бы появиться из этих швейных мастерских, если бы творчество поощрялось, а не подавлялось жесткой необходимостью работать, чтобы содержать свои семьи. Сейчас мы живем в Лексингтоне, штат Кентукки, и у нее есть возможность работать ради творчества. Она основала некоммерческую организацию «Мода Лексингтона», чтобы дать людям шанс на творчество, подавляемое у ее коллег на швейных фабриках. В марте 2020 года мы взяли неделю отпуска после напряженного двухдневного мероприятия, к которому она готовилась на протяжении всего предыдущего года. В нем участвовали дизайнеры со всего юго-востока Соединенных Штатов, множество моделей и представители нескольких племен, демонстрирующих разнообразие культурных традиций. Поскольку жена была занята последними приготовлениями к мероприятию, я решил съездить в Луисвилл (полтора часа в один конец) на выставку, посвященную навыкам выживания и оружию, что было необходимо в сборе материала для этой книги.