Чтение онлайн

– Ты не демонстрировал клыки?

– Только в улыбке.

– Мило.

Рик воспринял эту гнусность в доме Тумбса лучше, чем она ожидала, по крайней мере внешне, хотя, скорее всего, просто старался не расстраивать ее. Сэм знала его достаточно хорошо и понимала, что он нацепил маску невозмутимого, бизнесмена и не снимал ее с тех пор, как они покинули башенную комнату. Что бы Рик ни чувствовал, он не собирался никому, даже ей, позволить это увидеть. Не раньше, чем будет готов или сделает, по его мнению, необходимое, чтобы исправить ситуацию – а именно, как он заявил ранее, спалит дотла дом Дикого Билла.

Зазвонил домашний селектор, и Рик подошел, чтобы ответить. Саманта услышала, как на его вопрос Рейнальдо сообщил, что прибыл мистер Обри Пендлтон.

– Хочешь встретиться с ним здесь? – спросил Рик, приглушив интерком.

– Здесь в самый раз.

– Проводи его, пожалуйста, в библиотеку.

– Сию минуту, мистер Рик.

– Так насколько хорошо Обри знает Тумбса? – обратился к Саманте Рик.

– Понимаю, что тебе хочется с кем-нибудь подраться, – ответила она, повернувшись к двери, – но держи себя в руках. Обри на нашей стороне.

Он схватил ее за руку и развернул к себе лицом.

– Ты не имеешь ни малейшего представления о моих желаниях, Саманта.

Вспышка чистейшей ярости, сверкнувшая в его глазах перед тем, как он отпустил ее запястье и направился поприветствовать Обри, изумила Саманту. Она знала, что Рик зол, что действия Тумбса задели его мужское самолюбие, но, Боже правый! Ее сэр Галахад нацепил доспехи и приготовился к бою.

Она быстро оттеснила его в сторону и взяла Обри под руку.

– Спасибо, что пришел, – сказала она, проводя его мимо Рика к большому рабочему столу посреди комнаты.

– Не за что, – протянул Обри. – Вы нашли доспехи и мечи?

– Нет. Не совсем.

Рик занял место напротив Обри и резко спросил:

– Как хорошо вы знаете Тумбса?

Пендлтон перевел взгляд с него на Саманту и нахмурил загорелый лоб.

– Что-то случилось?

– Я задал вопрос.

– Рик, прекрати. – Саманта присела рядом с Обри: с одной стороны, чтобы защитить, а с другой,/ – показать, что они все здесь друзья, что бы там ни думал Рик. – Тумбс когда-нибудь был женат?

– Кажется, да, – ответил Обри, переводя взгляд с одного на другого. – Что-то я начинаю беспокоиться.

– Что с ней произошло?

– Если верить слухам, они развелись. Это случилось до того, как я с ним познакомился, по меньшей мере лет двенадцать назад. А что?

– Он с кем-нибудь встречается?

– Время от времени он появляется на приемах с какой-нибудь юной особой, но не припомню, чтобы видел его хоть раз с одной и той же леди дважды. Он много говорит о женщинах и предпочитает молодых и привлекательных.

– Ясно. – Саманта глянула на Рика, но он все еще излучал напряжение. – Он когда-нибудь… говорил обо мне? Я имею в виду до того, как мы все встретились за ланчем в клубе «Парусник».

Обри откинулся на спинку кресла.

– Я хотел бы понять, что происходит. Уверен, вы знаете: я расскажу все, что сможет вам помочь, но, очевидно, произошло что-то серьезное. – Он посмотрел прямо на Рика. – И я не позволю меня запугивать.

Рик уперся ладонями в столешницу. Эти двое неотрывно уставились друг на друга, а Саманта закатила глаза. Мужчины. Хотя, пожалуй, это типичное поведение упрямых самцов, как ни странно, немного успокаивало. Во всяком случае, оно поддавалось разумному объяснению.

– Рик проник в дом вместе со мной, – сказала она, попутно отметив, что еще пару месяцев назад ни за что не призналась бы в этом, но, кажется, никто из мужчин не желал отдать должное ее честности. – Мы побывали в запертой комнате.

– Как я и предполагал, – ответил Обри. Его внимание, очевидно, все еще было приковано к Рику. – Вы сказали, что не нашли доспехи сёгуна.

– Зато мы нашли комнату, стены которой увешаны моими изображениями в рамках. Повседневные фотографии, вырезки из журналов – все. – Саманта умышленно не упомянула статьи о кражах: Обри знал кое-что о ее прошлом, но разводить откровения без особых причин не в ее стиле.

Пендлтон прервал игру в гляделки, повернувшись, чтобы посмотреть на Саманту.

– Прошу прощения?

– Это гребаный алтарь, – наконец подключился Рик.

Во всяком случае, он снова заговорил.

– Я пытаюсь выяснить, это просто пылкое увлечение или что-то более страшное и пугающее, – добавила она.

– Святая Анна, – пробормотал Обри.

– Вместо того чтобы сочувствовать, – вставил Рик снова, голос его по-прежнему был жестким, – как насчет помощи, о которой вы упоминали?

– Это, должно быть, та еще комната, – тихо сказал Обри. – Припоминаю, Дикий Бил знал, что я стал работать в вашей охранной фирме. У меня нет вашей острой памяти, поэтому не вспомню разговор дословно, но он точно знал, что мы работаем вместе.

– Он начал фотографировать меня еще раньше, – заметила Саманта, начиная хотеть, чтобы Рик покинул комнату, если все, что он собирался делать, это угрожать и сердито сверкать глазами. – Он просил встретиться со мной?

– Он действительно как-то упоминал, что был бы не прочь проконсультироваться с вами по вопросам безопасности. Я дал ему вашу визитку, но не более того.

– Почему? – вклинился Рик.

– Мы с Диким Биллом частенько пересекаемся в обществе, играем в гольф, посещаем одни и те же банкеты и приемы, он один из немногих, живущих здесь круглый год. Однако я никогда не считал наши отношения дружескими и вряд ли когда-нибудь изменю свое мнение. Особенно теперь.

– Ты просил, чтобы я была поосторожней с Тумбсом, – настаивала Саманта. – Это было просто предупреждение или дело в его связях с мафией, о которых ты упоминал?

– Связи с мафией? – рявкнул Рик, вновь обращая на себя внимание. – Что за чертовы…

– Ходят такие слухи, – вмешалась Саманта, не дав ему развить тираду. – И как раз Обри-то и рассказал мне об этом.

– И давно он… преследует вас? – спросил Обри.

– По меньшей мере три года. – Она не сказала, как догадалась об этом, и, слава богу, Обри не спросил. Сроки давности на кражи тех четырех предметов в коллекции Тумбса еще не истекли.

– Три года, – медленно повторил он. – Знаете, около трех лет назад Дикий Билл уезжал из города примерно на три месяца. Я был уверен, что он ездил в Европу в продолжительный отпуск. Не знаю, есть ли здесь связь с вами, но это единственное, что приходит на ум.