Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Слепая зона
Шрифт:

Ударил ещё раз. Из носа Вудби брызнула кровь. Занес кулак, но внезапно ощутил руки Никки на плечах и замер.

— Перестань, прошу, - её голос сорвался, а пальцы задрожали.

Услышал прерывистый всхлип и осознал, что подчиняюсь.

Успокаиваюсь.

Вновь становлюсь собой.

Никки прижалась ко мне всем телом, словно пыталась заслонить собой от тьмы.

Словно знала, что её объятия способны были исцелять.

Встал и посмотрел на ублюдка - поверженный, весь в крови, Вудби лежал на асфальте и тихо омерзительно смеялся. А у меня всё в один момент схлынуло - и злость, и ненависть, и обида, и боль. Всё. И Никки забрала это всё, оставив мне только покой.

— Возможно, мы с тобой и похожи, - прохрипел, расслабляя сжатые в кулаки пальцы, - но между нами есть одно важное различие. Я никогда тебе не завидовал.

Сплюнул кровь, а затем посмотрел Аарону в глаза.

Он приподнялся, усмехнулся, потянулся к рассеченной губе.

Оглядел меня. Затем Никки. Его взгляд вновь стал озлобленным.

— Потому что нечему. У меня никогда и ничего не было.

— Ошибаешься. У тебя было всё.
–  напомнил я.
–  Любящие родители. Преданные друзья. Команда. Невеста. Ты учился в престижном университете, шел на медаль. Но тебе было мало, Аарон. Ты хотел быть лучшим и первым, поэтому всё просрал.

— Да, - признался он, - да, я хотел быть лучшим. Лучше тебя.
–  снова сплюнул и сверкнул глазами.
–  Потому что отец всегда ставил тебя в пример. Майкл то, Майкл сё, учись у Майкла, смотри на Майкла. А я не хотел быть, как ты! Я хотел быть собой!

— Я в этом не виноват.

— Не виноват, - усмехнулся он, - но так уж вышло.

Мы молчали, смотря друг на друга, словно прикованные. Проедая друг в друге дыру.

Я мог бы поклясться, что слышал собственный пульс, но ещё сильнее - её пульс. Я всё ещё ощущал затылком Никки: её волнение, её страх, всю её. Маленькую. Уязвимую. Дрожащую. Мою.

И это было самым важным.

— Аарон, - прошептала она, и я словно от наваждения очнулся; сморгнул, посмотрел на неё, прислушался, - пожалуйста, уезжай.

Осторожно перевел взгляд на Вудби.

Он почти не моргая смотрел на Никки. И смотрел так… иначе. Не как на других.

— Значит, всё-таки он, да?
–  тихо спросил, и я и сам, как идиот, замер в ожидании. А я ли?– Дура ты, Никки. Пожалеешь, а будет поздно.

Он произнес это без злости. Больше с болью, с огорчением. Хотел что-то добавить, дернулся уже - я видел. Но передумал. Сплюнул. Бросил на меня короткий взгляд, а затем забрался в свою машину и со свистом сорвался с места.

Мы оба ещё некоторое время так и стояли посреди дороги - не шевелясь, ничего не говоря, будто хранили молчание о потерянной только что связи с некогда небезразличным нам обоим человеком.

Пришёл в себя, когда холодные пальцы коснулись разбитой губы.

— Ауч.

— Не дергайся. Дай посмотрю.

Поддался. Точнее не так - сдался её рукам.

Никки развернула меня к свету и оглядела. Рвано выдохнула, а затем потянула за собой. Открыла дверцу, усадила на сиденье.

— Аптечка есть?

— Это лишь ссадины. Мальчишкам на горках и то сильнее достается.

Она ничего не ответила. Просто молча потянулась через меня к бардачку. Достала всё необходимое, и я сообразить не успел, как ощутил сильнейшее жжение на губе.

Дернулся и стиснул зубы. Отстранился и покачал головой.

— Слушай, я в норме. Просто царапины.

— Нужно продезинфицировать. Хочешь попасть в больницу с воспалением?

Не хотел.

Она поняла это по моим глазам - поэтому притянула обратно и вновь приложила к ране вату. На этот раз медленнее, периодически дуя, чтобы меньше щипало.

Это было так мило и необычно, что я как дурак засмотрелся.

Её забота - здесь, сейчас - оказалась особенным видом красоты.

— Слушай, не знаю, что Вудби тебе наговорил, но всё в любом случае не так.

Никки помедлила, будто своими словами я задел её за живое. Сморгнула, а затем приложила ватку к новой ране, вынудив меня снова дернуться.

Молчала. Долго. А я мучился, не зная, как поступить.

— Он сказал, что ты с Ванессой, - наконец прошептала она, - что ты к ней с самого утра поехал и до тебя даже Сейдж дозвониться не смог.

Кивнул, слабо усмехнувшись.

Ублюдок был осведомлен о моей жизни даже лучше, чем моя семья.

— Я действительно был с ней, - признался, внимательно смотря на Никки, - и мне действительно было не до звонков. Но я с ней не спал.

Подчеркнул, потому что уверен был - именно такую сказку подонок ей рассказал.

— Знаю.

Чувствовал, что так оно и было - что знала и верила. Но и сомнения у неё были - видел. И что мучали её - тоже. Мелкие такие, противные, снующие в мозгу, как тараканы.

Выдохнул, понимая, что должен всё ей рассказать. Даже несмотря на то, что Ванесса просила оставить это только между нами.

— Она в больнице. Со множественными ушибами и серьезной интоксикацией. И я весь день был там с ней, потому что просто не мог бросить её одну.

Никки замерла и посмотрела мне в глаза. На губах застыл вопрос. Во взгляде - беспокойство. Вот такая она была - моя девочка - переживала даже за тех, к кому по сути должна была питать отвращение.

— Что произошло?

Качнул головой, давая ей понять - не знаю.

— Она очнулась где-то на трассе. Всё, что вспомнила - это мой номер. Кое-как добрела до ближайшей заправки, попросила позвонить. Я боялся, что с ней что-то сделали, как ошалелый летел. У неё ведь нет никого больше. Ни семьи, ни друзей. Никого.

— Как она?

— Вся в синяках и ссадинах. И ничего не помнит. Врачи говорят - это временно, но никаких гарантий не дают. По их словам, её чем-то накачали, избили и…

Я не хотел говорить «изнасиловали». Язык не поворачивался.

Но Никки и без слов всё поняла.

Почувствовал, как она обняла ладонями моё лицо, а затем прижалась своим лбом к моему.

— Мне очень жаль.

Её шепот добрался до самой глубины.

Искренняя, хрупкая, но такая сильная и открытая. Девочка с большим и чистым сердцем, способным любить и прощать.

Ощутил запах кокоса, исходящий от её волос, и неосознанно затянулся глубже. Мгновенно утонул в её аромате, в её близости, в ней всей.

Я не знал, была ли жизнь без Никки. Но твёрдо понимал, что совершенно не жил до неё. Она разукрасила мой серый мир. Нарисовала в нём сотни цветных удивительных картин. Открыла мне глаза. Помогла вновь вспомнить, какого это - чувствовать.

Поделиться с друзьями: