Чтение онлайн

– Смогу.
– Тучкин стряхнул оцепенение, подошел к незнакомцу, деловито дотронулся до его необычной бороды - длинной и широкой, доходящей до верхней части груди. Борода была обильно, покрыта каким-то составом, напоминающим лак для волос, и потому даже при резких движениях не теряла своей прямоугольной формы с четко очерченными углами. Еще одна странность бороды: она была завита так, что крупные кудри расчерчивали её на поперечные полосы.

Где-то он уже видел такое. Где?..

– Извините, молодой человек, - полюбопытствовал он.
– У вас такая необычная борода… Это что, признак какой-то религии? Или национальности?

– Я - житель Ашшура, - сказал человек.
– Я принадлежу к благородному арамейскому роду - древнему и грозному. Мужчины моего рода всегда были воинами. Лучшими воинами в Ашшуре. Меня зовут Иштархаддон. Мне дали имя в честь великой богини Иштар.

– Так, значит, вы не мусульманин?
– Старичок вздохнул с облегчением.
– А Ашшур - это где? Где-то на Кавказе?

– Я не знаю, что такое Кавказ, - раздраженно произнес Иштархаддон.
– Ашшур находится в городе Ашшур, в стране Ашшур - да будет тебе известно, без-. грамотный и болтливый старик.
– Он выпростал руку из-под плаща и показал Тучкину золотую брошь.
– После того как ты сделаешь свою работу, я возьму у тебя все твои деньги - они нужны мне. Взамен я дам тебе это украшение. Оно стоит дорого, поверь мне. Я мог бы забрать у тебя все просто так и даже убить тебя, но покровительница моя - великая Йштар, Царица Цариц, разрешает убивать людей только в честном бою. Кроме того, она велит вознаграждать людей за работу - в том случае, если работа хорошо исполнена. Тебе повезло, старик. Приступай к своему делу и не серди меня, ибо терпение мое не безгранично!

Неуемное любопытство, не утихшее и на восьмом десятке лет, - вот что мучило сейчас Евгения Самсоновича больше, чем страх перед смертью. Человек, который стоял сейчас перед ним, не был похож ни на кого, виденного им в течение долгой его жизни..

– А что будет, если я откажусь исполнять работу?
– неожиданно для самого себя ляпнул Тучкин.
– Или, допустим, я исполню работу плохо?

– Я не должен тебя убивать.
– Иштархаддон оскалился, и Тучкину показалось, что зубы его остры, как у волка.
– Но ничто не помешает мне наказать тебя. Например, отрубить тебе руку и прижечь огнем рану, дабы ты не истек кровью до смерти. Именно так я обычно поступаю с нерадивыми слугами.

– Понял, - быстро сказал Евгений Самсонович.
– Приступаю к работе, господин… э… Иштархаддон.

Следователь Еремин угрюмо осматривал квартирку Евгения Самсоновича Тучкина. Господи, дадут ему когда-нибудь поспать-то? Неделя прошла с тех пор, как этот чертов Иштархаддон - то ли сириец, то ли кто-то там ещё - сбежал из камеры. Еремин уже начал надеяться, что непонятный монстр исчез навсегда, вернулся обратно в ад, который, по мнению подполковника, и был настоящим его домом. И вот пожалуйста - нападение на девушку, ограбление пенсионера. Орудовал, судя по всем приметам, тот же самый бандюга Иштархаддон. Странный тип. Можно сказать, страннейший. Самый подходящий клиент для отдела Вани Бейлиса.

Одна только проблема - чтоб было Бейлису чем заняться, нужно сперва поймать этого самого Иштархаддона. А попробуй его поймай, если он сквозь стены просачивается…

– Евгений Самсонович, это он у вас все вверх дном перевернул?
– осведомился Еремин, оглядывая жуткий бардак, творящийся в комнате.

– Он. Деньги искал.

– Но вы же сказали, что сами отдали ему деньги.

– Отдал. Но он заподозрил, что это мало.

– Сколько вы ему дали?

– Две тыщи триста рублями. И ещё двести американских долларов. Доллары он сам нашел, мерзавец. В тайничке за книжками.

– А какую сумму требовал он?

– Вы знаете, товарищ подполковник, мне показалось, что он понятия не имеет, много или мало я ему дал. Он даже не поверил сперва, что это деньги. У меня сложилось такое впечатление, что он видит бумажные деньги в первый раз в жизни. Он стал требовать, чтобы я дал ему свинец или серебро. Он даже ударил меня.
– Тучкин показал пальцем на синяк, наливающийся под глазом.
– А ещё он хотел отрубить мне руку. Мне стоило больших трудов доказать ему, что это и есть деньги. Я объяснил ему, как ими пользоваться и что сколько стоит. А он все равно не понимал…

Тучкин, несмотря на произошедшие неприятности, не выглядел удрученным. Похоже, он даже радовался тому, что попал в такое необычайное приключение, а теперь имеет возможность помочь родной милиции. Старичок говорил, говорил и говорил…

– Достаточно, Евгений Самсонович.
– Еремин махнул рукой.
– Так что, по-вашему, он похож на иностранца?

– Да нет, какой он иностранец? Во-первых, ничего про доллары не знает, во-вторых, по-русски говорит не хуже нас с вами. Безо всякого акцента. Знаете что?
– Дедуля придвинулся к уху подполковника и зашептал, обдавая запахом валидола: - Я думаю, что он - инопланетянин. Самый настоящий инопланетянин. И не такой уж он плохой. Он ведь мог меня убить - а не убил, только по морде один раз дал, и то не очень сильно. А ведь у них там, на ихней планете, очень жестокие порядки…

– Не такой уж плохой?
– Еремин усмехнулся.
– Этот ваш инопланетянин недавно убил четырех человек за две минуты. А сегодня, перед тем как к вам зайти, покалечил девятнадцатилетнюю девушку.

– Как - покалечил?
– Самсоныч побледнел. До него вдруг дошло, что закончиться сегодняшнее приключение могло гораздо хуже.
– Он говорил, что ему какая-то там богиня или царица не разрешает… И работа только за плату…

– Я не знаю, что он там говорил, - резко сказал следователь.
– В кустах около вашего дома нашли девушку - всю в крови, без сознания. Слава богу, живую. В больнице она пришла в себя. И написала на листочке, что на неё напал человек с квадратной бородой. Знаете, почему она пишет на листочке, Евгений Самсонович?

– Почему?

– Потому что говорить не может. Этот подонок разрезал ей язык ножом. Вдоль.

– Какой ужас!
– Тучкин полез в карман за очередной таблеткой валидола.
– И что же она теперь - никогда говорить не сможет?

– Врач сказал, что сможет. Хоть и не скоро, и не очень хорошо. Ей операцию сделали. Вы мне вот что скажите, Евгений Самсонович, этот грабитель не оставлял у вас никаких предметов?

– Нет, - торопливо сказал Тучкин.
– Я ему бороду сделал, как я вам уже рассказывал, товарищ следователь подполковник Еремин, а потом он деньги у меня отнял, эту бороду в сумку положил и ушел. А я сразу же позвонил в органы милиции. Да, вот ещё что, я вам могу сказать особую примету. У него лицо загорелое, поэтому там, где сбрита борода и усы, - кожа светлее. Вот я и подмазал ему там тональным кремом, но все равно можно заметить…

– А как же плата за работу?
– Еремин посмотрел так пристально, что Самсоныч неожиданно густо покраснел.
– Многолетний опыт работы с людьми, говорящими неправду, подсказывает мне, что в вашем тайничке за книжками лежит сейчас что-то интересное.

– Нет!
– выкрикнул Тучкин.
– Вы не имеете права! Это неприкосновенная собственность! Там ничего нету! А если и есть, то я не разрешу вам смотреть. Я буду жаловаться! Там предметы моего интимного обихода!

– Зубная щетка, что ли?
– Еремин направился к книжному шкафу. Старик попытался броситься ему наперерез, но был пойман могучей лапой опера-помощника и вежливо усажен на диван.
– Бабченко, камера готова? Начинай снимать. Может быть, найдем что-нибудь интересное для Бейлиса?..

Определить местонахождение тайника можно было без малейшего труда. Старикан Тучкин, судя по всему, вытирал пыль с полок раз в год. Книги он читал и того реже. Поэтому полоса, свободная от пыли, шириной в четыре тома, явно показывала дорогу к потаенным от человеческого глаза сокровищам.

– Чистоту надо соблюдать, товарищ Тучкин, - сказал подполковник, мазнув по пыли пальцем.
– Чистота, товарищ Тучкин, это, понимаете ли, залог здоровья.

Он постучал по книгам, прикрывавшим тайник. Они отозвались пустым картонным звуком. Так-так, ещё и муляж не поленился сделать, конспиратор… Еремин вытащил четыре тома, склеенные в один блок. Позади них в стене обнаружилась ниша - из стены был вынут один кирпич. В нише одиноко лежал целлофановый пакетик. Еремин уцепил его и извлек на свет божий.