Чтение онлайн

– Гош, не надо. Ну зачем тебе лезть во все это? Ну напортачила я. Слава богу, все обошлось. Давай не будем копаться в подробностях. Я тебе обещаю, что уберу с транскомпа всю свою станцию. Через две недели уберу. Мне ещё тысячу баксов заработать, и я все уберу…

– Нет, мы будем копаться!
– Свистящий шепот Игоря звучал как свисток перегретого парового котла.
– Ты мне все расскажешь, суппортерша хренова! Что вы там такое вытворяете, от чего у нормального человека крыша съезжает! Иначе обещаю тебе - иду в газету к Бейлису и все про вас рассказываю! Он про вас такое напишет, за десять лет не отмоетесь!

– Ты сам виноват!
– Милена перешла к испуганному, Отчаянному наступлению.
– Зачем ты полез в мои программы? Как ты вообще сумел подобрать код?

– Это ты виновата! Код, блин! Шесть дурацких буковок! Ты оставила его на бумажке в ящике.

– Не просто в ящике, а в своем ящике!
– Девушка вскочила, возмущенно сжала кулачки.
– Нечего было туда лазить! У меня там ещё трусики лежат. Может, ты и их примерял?

– При чем тут твои трусы?! Это не твой ящик. Один из общих ящиков в общем столе! И ты не имеешь права оставлять там такие опасные игрушки, как код доступа в сервер!

– А если бы я оставила там перочинный ножик, а какой-нибудь болван, идиот дурацкий, перерезал бы им себе вены? Я что - тоже была бы виновата? Всякие болваны лезут куда попало…

– Сама ты болван!
– завопил Игорь и хрястнул донышком бутылки по столу - так, что половина пива сразу вылилась на стол.
– Что ты мне мозги пудришь?! Я же де о тетрисе каком-нибудь жалком говорю! Ты повесила на государственный транскомпьютер гигантский халявный сервер! Причем впихнула его не в барда-чок, а в основную память! У тебя мозги есть? Ну ладно, шарахнуло меня, дурака любопытного. Ладно, отделался я трехдневным путешествием на тот свет! А ты не думала о том, что кто-нибудь может влететь и посильнее меня?! А в голову твою рыжую не приходила мысль - что будет, если выяснится, что государственный транскомп водоснабжения вместо того, чтобы контролировать подачу воды, по уши загружен навороченной стратегической игрой? Да тебя же посадят, девочка! В тюрьму захотела? Думаешь, я передачки тебе туда носить буду? Не буду!

Милена спрятала лицо в ладонях и заплакала. Добил-таки её злобный Гоша.

Гоша смотрел, как девочка плачет навзрыд, и боролся с желанием утешить её. Обнять, погладить по голове. Может быть, он был не таким уж и злобным? Ближе к тому Игорю, чем к тому Иштархаддону?

Нет, пусть поплачет. Так ей и надо. Натворила бед, чуть не угробила его - хорошего человека, без пяти минут кандидата исторических наук. И ради чего она это сделала? Ради проклятых денег. Немалых денег, судя по всему.

Транскомп, о котором шла речь, представлял собой компьютер городского Управления водоснабжением. Гигантский, мощнейший компьютер, связанный сетью с подобными транскомпами во всех узлах управления городом. И само собой, со всеми аналогичными городскими сетями страны. Да что там страны - всего мира. Игорь помнил, как год назад, во время большой аварии коллектора на Малиновой Гряде, компьютер дал сбой и пришлось запрашивать помощь у иностранцев. Помогли шведы. Откликнулись первыми, мгновенно проанализировали ситуацию, выдали оптимальный вариант решения… Молодцы ребятки. Полезная штука - компьютеризация жилсистем городского хозяйства. Только вот лезть в основную память транскомпов со своими левыми программами, тем более с игрушками - это свинство. Непростительное, очень опасное свинство.

Игорь Маслов, преподаватель истории Нижегородского университета, подрабатывал в Управлении водоснабжением компьютерным оператором. Дежурил по ночам. Что ж поделаешь - не слишком много платят в нашей стране бюджетникам, всяким там врачам, учителям и прочим. Игоря такая подработка более чем устраивала. Он прошел курсы транскомпьютеризации и за два года работы в управлении стал не то что асом, но вполне приличным оператором. Да и не было, честно говоря, в этой работе ничего сложного - большую часть ночного времени Игорь дрых без зазрения совести. Если в офомной системе водопроводных труб города случался какой-нибудь сбой, компьютер реагировал и будил Игоря громким сигналом. Игорь просыпался и действовал по ситуации.

Людмила Серебрякова, известная друзьям как Милена, тоже работала ночным оператором. На том же транскомпьютере, что и Игорь. За два года они познакомились достаточно близко - Милка часто оставалась на два-три часа после окончания своей смены, прихватывала это время у Игоря и других операторов, чтобы поработать на транскомпе. Игорь не возражал - пускай делает свои делишки и дает ему возможность спокойно поспать. Что там за дела были у Милены, его интересовало мало. Он думал, что она конструирует компьютерные игры. Во всяком случае, то, что он видел на экране во время работы Милки, выглядело именно так. Очередной вариант «Эпохи империй» - старой игры, некогда любимой Игорем, а потом забытой по причине заезженности.

Это не возбранялось - более того, было разрешено вполне официально. Мощность транскомпа без проблем позволяла отвести небольшой кусочек его памяти - десяток тысяч гигабайт - под личные нужды людей, обслуживающих узел. Первые годы становления транскомпьютеризации выявили неприятный, но неизбежный факт: операторы вешали на государственный транскомп собственные программы - от невинных игрушек до мощнейших коммерческих серверов. Эти программы забивали хард-диски, перегружали сетевые каналы, мешали нормальной работе транскомпов, вызывали постоянные сбои. Первыми проблему решили англичане - они выделили часть памяти под пользовательские интересы операторов. Назвали эту часть по-автомобильному - «Glove compartment». To бишь, в переводе на русский, перчаточным ящиком, а ещё проще, по-шоферски, - бардачком. Бардачок был наглухо отделен от рабочей системы и каналов связи транскомпа. Для того чтобы проникнуть в основную память, нужно было ввести сложный многоуровневый код. Код знали только программисты, обслуживающие транскомп. Обычным операторам код не давали.

То, что пренебрежительно называлось бардачком, представляло собой великолепно работающий компьютер, в десятки и сотни раз превосходящий любую из домашних персоналок. Хотя бардачок и был отключен от рабочей спецсети, но обычный Интернет и Радионет качал со скоростью поистине космической. По этой причине операторами транскомпов, как правило, работали продвинутые сетевики и программисты - Милка Серебрякова была из их числа. Историк Игорь представлял собой исключение. Впрочем, и он вовсю пользовался бардачком. Играл в бродилки-стрелялки, любовался порнушкой, а иногда, в моменты цейтнота на главной работе, добирался и до диссертации.

Диссертация Игоря Михайловича Маслова, само собой, не имела никакого отношения к Слепой земле. Не существовало в нормальном, не галлюцинаторном мире Слепых земель. И слава богу. Игорь работал на кафедре всеобщей истории. И кандидатская диссертация его была посвящена Ассирии - целиком и полностью.

Вот оно как все просто, оказывается! Глюки Игоря Михалыча Маслова, коими он жил в течение трех дней летаргической отключки, являлись прямым отражением его обыденной жизни. Чертова Ассирия заполнила его сознание и, когда шарахнуло его в ту злополучную ночь по мозгам, проявилась в столь вычурном виде, смешавшись с компьютерной стратегической игрой.

Восстановим в памяти события. Отделим зерна реальных событий от плевел виртуальной паранойи. Итак: Игорь Маслов приходит на ночную работу в городское Управление водоснабжением и заступает на смену. Серьезных аварий нет, завтра воскресенье и на работу не идти, спать не обязательно, можно поколбаситься с умным компом на полную катушку. Пару часов Игорь стреляет в З-О-монстров, полчаса изучает свежие анекдоты, ещё сорок минут скачивает на свой диск свеженькое порновидео. Пока драйв нарезает болванку, Игорь от нечего делать копается в ящиках стола, по-шерлокхолмсовски изучая следы частной, в том числе и интимной жизни своих коллег. Достает новые девичьи трусики - темно-бордовые, узкие, с маленьким бантиком спереди. Чьи это, интересно? Милкины? Из трусиков вываливается спрятанная туда бумажная карточка. Так… Имя файла, буковки. Похоже, что шифр. Кладем бумажку и трусы на место. Опа, все в порядке, мы тут ни при чем. А вот теперь займемся поиском файла. Где там Милкина директория? «Введите пароль». Ах ты, поганец, пароль захотел! На тебе. Пишем «Люблю Гошку». Отлично, проскочил! Тупо, конечно, но у Милки именно такой пароль - «Люблю Гошку». Игорь подсмотрел однажды через Милкино плечо, запомнил. Гошка - это он и есть, Игорь Маслов. Да что там говорить, это давно уже не секрет. Все операторы давно знают, что Милена крепко запала на Гошу Маслова. Только вот он, каланча двухметровая, не отвечает ей взаимностью. Ну не мучил бы девчонку, переспал с ней хоть пару раз, глядишь, потом как-нибудь утряслось бы… Нет, не хочет. Более того, утверждает, что Милка не в его вкусе, потому что похожа на обезьяну. Придурок! Милка - симпампулька, умничка, лапочка, половина водоуправления по ней сохнет. Чего этому Маслову нужно?