Чтение онлайн

– Долго объяснять, Хадди. Мне помогла Милена.

– Милена… - Бородатая физиономия Иштархаддона расплылась в счастливой улыбке.
– Я хочу её увидеть.

– Если ты хочешь увидеть Милену, то нужно восстановить прежний порядок. Мы должны снова сделать так, чтобы воины с островов не могли выходить в Дикий мир.

– И как же ты собираешься сделать это?
– проворчал Иштархаддон.

– Не знаю. Пока не знаю. Мне нужно освоиться здесь, в Ашшуре. Посмотреть на все твоими глазами. Но одно я знаю точно - нам нужен Цветок Юности. Необходимо довести это дело до конца.

– Цветок Юности - это козни богини Иштар, - раздраженно сказал Хадди.
– Я больше не верю Иштар. Она обманула меня. Она больше не разговаривает со мной, даже после того, как я принес в жертву трех рабынь.

– Цветок Юности - это не Иштар. Это работа Милены. Она притворялась самой Иштар, чтобы ты ей поверил. Если бы ты завершил создание Цветка и использовал его, может быть, не случилось всех этих мерзостей.

– Как Милена могла командовать мной из Дикой страны? Она что, богиня?

– Нет. Это я - бог. А она только помогает мне.

– Ты - бог?
– презрительно хмыкнул Иштархаддон.
– Ты - всего лишь человечишка, жалкий в своей слабости.

– Ваши боги - тоже люди. Они развлекаются, они играют в свою игру, а вы поклоняетесь им и тупо выполняете их команды, даже самые идиотские.

– Не говори так, - испуганно пробормотал Иштархаддон.
– Великие боги сидят на Верхнем небе. Они слышат все, что мы думаем. Они накажут меня за такие слова - и тебя вместе со мной.

– Ни хрена они не слышат. Ты для них - всего лишь крохотная фигурка, один из многих тысяч безликих и безмозглых воинов. Я знаю о ваших богах такое, что ты и представить себе не можешь. Но я не буду тебе пока этого рассказывать - боюсь, что ты спятишь. Я хочу лишь одного: поверь, что я - тоже игрок. А стало быть, я - бог. Я знаю, как устроен ваш мир.

– Хорошо, бог Игар, - сказал Хадди с неожиданной кротостью.
– Я буду слушаться тебя. Я обещаю тебе свою помощь. Но чем ты вознаградишь меня за верное служение?

– Чего бы ты хотел, Иштархаддон?
– спросил Игорь, невольно придав своей речи возвышенные интонации.

– Я хотел бы остаться в вашей стране. Дикой стране. Я хочу жить там.

– Так и будет. Я обещаю тебе это.

– И мы снова станем там с тобой разными людьми? Я буду свободен в своих поступках? Ты отпустишь меня, бог Игар?

– Да, - твердо сказал Игорь.

Сказать по правде, он вовсе не был в этом уверен. Но это было не так уж и важно. Будущее - это будущее. Дай бог вообще дожить до него. Главное - сделать то, что нужно сделать сейчас. А там посмотрим.

– Иштархаддон, иди к храму Иштар Говорящей, - приказал он.

– Но я должен вернуться к своему кисиру. Если я не сделаю этого, меня объявят предателем и убьют…

– Ты и так уже предатель. Ты предал своих бессовестных богов и свою жестокую страну в мыслях. Теперь осталось лишь подчинить свои поступки тому, что уже Очевидно. Ты сделал свой выбор, Хадди, и выбор этот правильный. Не сопротивляйся ему.

– Хорошо, - кивнул Иштархаддон.
– Я буду делать все так, как ты говоришь, Игар. Только не вздумай обмануть меня. Иначе я найду и убью тебя - в какой бы ты стране ни жил и каким бы богом ты ни был.

Иштархаддон поправил шлем на голове, подтянул пояс, на котором висел меч, и свернул на улицу, ведущую к кварталу рода Слышащих Иштар.

Игорь не верил своим глазам. Они проходили мимо армии конных воинов. Всадники заняли половину большой площади, бородатые военачальники-авелу с громкими криками выстраивали их в ряды и раздавали им оружие. Нетрудно было догадаться, что конники - отнюдь не ассирийцы. Нечесаные растрепанные бороды, неподобающие воинам Ашшура. Кожаные штаны, грязные кафтаны с длинными рукавами. Изогнутые луки из связанных козьих рогов, веревочные арканы. Однако слушались эти чужеземцы безропотно. Более того - они старательно пытались выполнить трудные для них команды выстраивания рядов конницы.

– Это что, скишшу?
– изумленно спросил Игорь.

– Скишшу.

– Невероятно! Как они сюда попали?

– Их взяли в плен.

– Но почему же их не убили? Вы же обычно убиваете пленников?

– Ассирия велика и могущественна, - надменно произнес Иштархаддон.
– Ассирия напала на страну диких всадников и взяла там тысячи пленных. Царству скишшу осталось существовать совсем недолго - уже две трети острова находится под владычеством царя Ашшура. А потом настанет очередь Северного острова. Теперь мы не убиваем пленных воинов, а обращаем их в свои армии. Мы научились делать это.

– Опять заклинания какие-нибудь?
– осведомился Игорь с легкой брезгливостью.

– Заклинания!
– сказал Хадди восторженно.
– Воины при помощи заклинаний сразу становятся послушными нам. Они нужны нам для завоевания Дикого мира. Мы завоюем Дикую страну, и не будет равных великому царству Ашшура во всем Обитаемом мире…

– Эй, Хадди! Напрасно ты так радуешься, - осадил его Игорь.
– Не забывай, ты теперь играешь в нашей команде. Ни к чему нам превращать цивилизованный мир, который ты называешь диким, в кучу дерьма, подобную вашим островам. Все, что на руку твоим богам, играет против нас.

– Ах да, извини, - стушевался Хадди.
– Слушай, Игар, я не могу понять, что со мной происходит. Я житель Ашшура - для меня привычно радоваться тому, что приносит пользу моему царству. Но в то же время я чувствую, что все это мне глубоко противно. Я признаюсь тебе в совсем странном: когда я оказался в вашей стране, я вдруг почувствовал, что это - то место, где я должен жить. Иногда мне кажется, что судьба подшутила надо мной - я родился совсем не в том месте, где должен был родиться…

«Вот она - психология юнита, - подумал Игорь.
– Мысли юнита, бунтующего против собственной игры».

– Ты - это я, - сказал он.
– Я, рожденный в этом выморочном месте - Ашшуре. Потому-то ты и чувствуешь себя здесь так плохо. А я - это ты. Чем более едины мы будем с тобой, тем лучше у нас будет получаться все, что мы делаем.

Храм Иштар возвышался над домами огромной пирамидой, вереница красных точек обрисовывала контуры его верхней площадки - это жрецы зажгли факелы. Иштархаддон топал к храму - сосредоточенный и мрачный. Он на ходу ощупывал рукоять меча, готовясь выхватить его в любой момент. Он взял бы меч в руку заранее, но недопустимо разгуливать по городу с оголенным клинком. Его могут заподозрить в дурных намерениях.