Чтение онлайн

— Почему до среды? — спросил я.

— День выдачи зарплаты за истекшие две недели. Это основная обязанность Макса. Он ведет учет рабочего времени и составляет ведомость зарплаты. Сейчас все это делаю я, так что до среды будет очень напряженно. У меня же еще и своя работа. Но если Макс не сможет прийти и к следующей зарплате, то придется что-то менять. Я же не могу бесконечно работать по двенадцать часов в сутки.

Я кивнул. Было очевидно, что у парня действительно работы сверх головы. Мне понравилось, что он лишь тактично намекнул на это не сетуя, что я отнимаю у него драгоценное время. Так что я задал ему первый обязательный вопрос — знает ли он кого-нибудь, кто мог быть заинтересован в смерти Робинсона, — и в ответ получил категорическое «нет». И такое же «нет» на вопрос, о чем мог беспокоиться Робинсон за несколько дней до смерти. Элдред вообще не заметил, чтобы тот был чем-то встревожен, когда видел его последний раз за игрой в бридж. Тогда я перешел к другой теме.

— Не расскажете ли, как произошел несчастный случай с Истером?

— Об этом вам Макс может рассказать лучше, потому что он в тот момент был один. Я знаю только, что он был на заводе, собирал карточки отработанных часов в гальваническом цехе во время перерыва на ланч. Он всегда так делает, потому что в отсутствие рабочих он за час обходит весь завод. А сам уходит на ланч позже.

— Разве он не рассказывал, как это случилось?

— Конечно рассказывал. Он вошел в одно из небольших кубовых помещений рядом с гальваноцехом, чтобы взять карточку с полки, где ее всегда оставляет работающий там человек. Когда он достал ее, то случайно сбросил с полки бутыль. Она упала в куб, стоявший под ней. Тянуться через куб, чтобы что-то взять с полки, очень неудобно, потому что полка выше уровня глаз. Теперь мы там все переставили.

— Кислота была в бутыли или в кубе?

— В кубе. Бутыль упала в самый центр, и его забрызгало кислотой.

— Кроме глаз, что-нибудь пострадало?

— Нет, если не считать одежду. Костюм, наверное, весь испорчен. Но кожа не повреждена, потому что кислота не сильная.

— Ответственность компания взяла на себя?

— Конечно. Во всяком случае, он получает сейчас полную зарплату и медицинские расходы за наш счет.

— А если травма окажется невосстановимой?

— Это исключено. Так нас уверяет врач. Он вообще считает, что слепота может быть следствием нервного потрясения. Вы слышали, наверное, об истерической слепоте.

— Слышал, — ответил я. — Но принято считать, что такое бывает только при наличии скрытого психического расстройства. В случае с Максом можно это предположить?

Мне показалось, что, прежде чем ответить, Элдред мгновение колебался.

— Нет, насколько я знаю.

Я помолчал, думая, что бы еще следовало спросить. Но ничего не придумал. Судя по выражению лица Ллойда Элдреда, он был удавлен, что я так много спрашиваю про несчастный случай с Максом и о самом Максе. Я еще раз взглянул на стопки бумаг на столе, поблагодарил его и извинился.

Было около полудня. Я находился всего в десяти минутах езды от дома, поэтому решил пообедать с Мардж. Иногда я заезжаю на обед домой, иногда нет, в зависимости от того, в какой части города окажусь к этому времени. Мардж всегда держит наготове что-нибудь, что можно быстро разогреть.

— Эту историю повесили на меня, — объявил я, как только вошел. Мардж поняла, что я имею в виду. За едой я рассказал ей то немногое, что узнал и чего не было в газетах.

— Так что видишь, Макс Истер стрелял в темноте вовсе не в серую кошку, а в петуха в шелковой пижаме. На этот раз твоя интуиция тебя обманула. Так же как и в отношении другого твоего откровения — Истер действительно слеп.

Она вздернула носик.

— Ставлю десять центов, что это не так.

— Значит, я разбогатею на десять центов.

— Может быть. Насчет серой кошки я, пожалуй, пари держать не стану, но это не глупее петуха в пижаме капитана Эберхарта. Или твоей шляпы с пером.

— Да, но если это была шляпа, то он в ней и ушел. А если серая кошка, то что же с ней случилось?

— Убийца вынес ее в чемодане, который взял из стенного шкафа, естественно.

Мне оставалось только сдаться.

Шутки шутками, но Мардж всерьез подозревала, что Макс Истер на самом деле не был слеп. А когда Мардж относится к своим предчувствиям серьезно, я ей верю. Во всяком случае, до такой степени, чтобы все проверить досконально. Поэтому, прежде чем уйти из дома, я позвонил кэпу Эберхарту и взял имя и адрес окулиста, лечившего Макса Истера.

Мне повезло, я сразу же попал к врачу в кабинет. Представившись и объяснив, чего я хочу, я спросил:

— Как скоро после несчастного случая вы осмотрели Истера?

— Думаю, что приехал на завод не позже чем через двадцать минут после звонка. А позвонили они мне, по их словам, немедленно.

— Вы заметили что-нибудь необычное в состоянии его глаз?

— Ничего необычного, учитывая, что в них попала слабая кислота. Я не уверен, что понимаю ваш вопрос.

Я и сам не был уверен, что понимаю свой вопрос. Я не знал, что ищу.

— У него была сильная боль?

— Боль? Да нет. Тетриановая кислота вызывает временную слепоту, но без боли. Не больше чем борная.

— Не могли бы вы описать мне этот эффект, доктор?

— Эта кислота, подобно белладонне, расширяет зрачки. И она в конечном счете так же безвредна. Но кроме расширения зрачков, что является мгновенной реакцией, она еще вызывает временный паралич глазного нерва и соответственно временную слепоту. Длится она обычно от двух до восьми часов, в зависимости от насыщенности раствора.

— А какая была насыщенность раствора?

— Средняя. Зрение должно было восстановиться не более чем через шесть часов.

— Но оно не восстановилось, — заметил я.

— Пока нет. И из этого следует два возможных вывода. Первый, что у него аномальная восприимчивость к этому веществу. В этом случае возвращение зрения — вопрос времени. Очень скоро оно восстановится. Ну, а второй — это, конечно, истерическая слепота— слепота, вызванная самовнушением. Но я почти уверен, что в случае с мистером Истером это не так. Однако, если его слепота продлится еще больше недели, я буду рекомендовать обратиться к психиатру.

— А нет ли третьей возможности? Например, симуляция? — спросил я.

Он улыбнулся.

— Не забывайте, мистер Хирн, что я нанят компанией и стою на страже ее интересов. Невозможно симулировать расширение зрачков, а у Истера они до сих пор расширены. Кроме того, существуют специальные исследования, которые показали, что он не притворяется слепым. Кстати, до сих пор сохраняющееся расширение зрачков подкрепляет мою уверенность, что его слепота не истерического происхождения. Истерика могла бы вызвать паралич нерва, но не должна была повлиять на состояние зрачков.