Чтение онлайн

Алина осознала, что лежит в большой просторной комнате на двухспальной кровати, под теплым одеялом, но не может повернуться даже на бок, потому что кто-то привязал ее к кровати простыней.

В комнате, кроме кровати, был на всю стену встроенный зеркальный шкаф-купе, плазменный экран и зачем-то разбросанные по всей стерильно белой комнате разноцветные прозрачные шарики. Такие же, только с лампочками, были приделаны к потолку. В углу стояли ярко-красное дутое кресло и столик с прозрачной красной столешницей.

Ее пробуждения, очевидно, ждали, наблюдая за нею с помощью видеокамеры, которая пялилась на нее с потолка над кроватью.

Как только Алина открыла глаза и наскоро огляделась, дверь отворилась и вошли двое: здоровый, лысый, в темно-зеленом полосатом халате и второй – на голову его выше, в спортивном костюме.

– Ну что, проснулась, Семечкина? – спросил лысый неприятным, скрипучим голосом. Его лицо при этом так заиграло морщинами и морщинками, что Алине он показался похожим на Фантомаса или Шрэка.

– Где я? – строго спросила Алина. – И кто вы вообще такие?

– Ты находишься у меня в гостях, – сказал лысый и оглянулся на дутое кресло. Второй, очевидно охранник, придвинул его к кровати.

Лысый сел и, глядя в глаза Алине, спросил:

– И кто же тебя науськал писать всякую чушь? Кто и сколько тебе заплатил за твои поганые статейки?!

– Это что, допрос?! – возмутилась Алина.

– Не. Это разговор по душам! Вишь, за окном клен шумит, солнышко светит… Болдинская осень, одним словом. Я с тобой говорю, ты со мной говоришь, все как на духу рассказываешь…

– Тоже мне, блин, священник нашелся! – раздраженно проворчала Алина. – Кто ты такой вообще-то?

– Да, детка не понимает… Если хошь допрос, будет тебе, детка, допрос! Боб, позови Вана, покажите девочке, что такое допрос… – сказал лысый, явно теряя терпение.

– Если вы хотите поговорить по душам, – решила пойти на попятную Алина, – то хотя бы развяжите меня, дайте умыться, в туалет сходить, а потом уже спрашивайте.

– Ладно, не скоты же мы… – сказал лысый и приказал: – Боб, развяжи ее и проводи умыться. А я вас здесь подожду.

Когда Боб развязал Алину, она поняла, что ее руки и ноги затекли настолько, что, для того чтобы расходиться, нужно будет время. Значит, пролежала она в этой комнате не один час.

Ванная и туалет с модной под мрамор отделкой обнаружились тут же у выхода из комнаты, дальше шел длинный затемненный коридор, утыкавшийся в железную дверь с кодовым замком.

На окнах, как поняла Алина, стояли какие-то хитрые рамы на кодовых замках и с пуленепробиваемыми стеклами. Да еще видеонаблюдение повсюду. Сбежать нереально. То есть, хочет она того или нет, придется договариваться.

Когда Алина вернулась в комнату, лысый сидел за приставленным к кровати столиком с двумя чашками дымящегося ароматного кофе и вазочкой с печеньем.

Алина не смогла скрыть чуть скептической улыбки.

Не успела она устроиться на кровати, как в комнату влетел невысокий парнишка в кожанке с взъерошеными волосами и выпалил:

– Шрэк, звонил Дэн, они перестарались!

– Я просил не называть меня Шрэком! Да еще при посторонних! – взвился лысый, заливаясь краской.

«Красный Шрэк», – подумала Алина и сделала пару глотков. Кофе вернул ее к жизни.

– Простите… – стушевался вбежавший парнишка и добавил: – Я думал, что это важно…

– Я же сказал, что он мне в здравом уме и ясной памяти нужен! – рявкнул Шрэк. – Балбесы! Пусть теперь, что хотят делают, но чтобы пацана в чувство привели! Иначе я их самих урою!

– А если не получится?! – осторожно спросил парень.

– Получится! Захотят – получится!

– Может, врача вызвать? – бледнея, спросил парень.

– Еще чего не хватало! Сами заварили кашу – сами и расхлебывайте!

– Но ему реально плохо… Без сознания он… Можно, я хотя бы вашего доктора туда отведу…

– Ладно, веди! – махнул рукой Шрэк и тоже глотнул кофе.

Алине стало не по себе. Но деваться ей было некуда, и единственной разумной тактикой оставалось, как можно дольше тянуть время.

– Ума не приложу, чем я заслужила ваше внимание… – сказала она, растягивая слова и чуть модулируя голос. – Вы, надо понимать, весьма уважаемый человек. А я всего простой экскурсовод. Ни денег у меня, ни славы…

– Ладно, крошка, хорош выпендриваться! Сама знаешь, что у тебя есть кое-что подороже денег и славы… – проговорил Шрэк, в упор глядя на Алину.

– А что же может быть дороже денег и славы? – продолжала играть Алина. – Неужели любовь?

– Нужна ты мне! – недовольно фыркнул Шрэк и, не сводя глаз с лица Алины, добавил: – Информация. Крошка, ты владеешь нужной мне информацией.

– Информацией? Я? – удивилась Алина, уже понимая, что отмолчаться ей не удастся. Но Вадика ей выдавать тоже не хотелось. Оставалось тянуть резину.

– Скажи, откуда ты знаешь Вадима Котова? – спросил Шрэк.

– Вадима? – повторила Алина, сама не зная, что ответить.

– Ну да. Журналюгу этого. По его словам, ты ему через Интернет информацию сливала. А почему ты именно его выбрала? Столько опытных журналистов рогом землю роет, а ты какому-то молокососу доверилась… – сказал Шрэк, явно проверяя ее.

– А он что, молокосос? – спросила Алина, понимая, что каждое ее слово может стать для Вадима или спасительной соломинкой, или камнем, который потянет на дно.

– Да в том-то и дело, сопляк совсем!

– А мне казалось, так солидно звучит – Вадим Котов… – продолжала играть Алина. – Я думала, что он такой, как вы. Взрослый. Опытный…

Грубая лесть сработала: Шрэк опять налился краской, но теперь, очевидно, от удовольствия.

– Ладно, это твои проблемы… Я о другом. Кто тебе рассказал о том, что банк «Омега» всякие там махинации проворачивает…

– Я не могу рассекречивать источник информации…

– Слышь, ты, не выпендривайся, а то я и по-другому поговорить с тобой могу…