Чтение онлайн

Одиночка вскочил словно ужаленный.

– Но… – Он перехватил взгляд напарника и медленно опустился на стул. – Спасибо, Корон.

Слушая их, Силона только огорченно качала головой.

– Ох уж этот курган! Пропади он пропадом вместе со всеми богатствами!

– В склепе нет золота, – задумчиво поправил ее Корон. – И никогда не было.

– Вот видите! – Силона всплеснула руками. – А сколько людей головы себе заморочили! Ведь годами проход в склеп искали, полжизни на поиски тратили, даже с ума сходили, а там и нет ничего! Да что далеко ходить, пастух наш, к примеру! Чудо-парень был, а как на богатствах Разрушителя помешался, так, не переставая, года три уже ищет. А ведь был хороший плотник, уважали его, нет же – все забросил, специально в пастухи нанялся! Овец к кургану пригонит, а сам наверх лезет, проход искать! Одно слово, одержимый стал!

Корон вздрогнул. Он посмотрел на Одиночку и встретил ответный пристальный взгляд.

– Расскажи-ка о пастухе поподробнее, уважаемая…

Женщина фыркнула.

– А чего особенно рассказывать? Парень-то он славный, но не красавец, да и в карманах ветер гуляет. Отец его, признаться, большой буян был, к бутылке прикладывался. Пропил все, что имел, подчистую. А как зашибли его в пьяной драке, так и помер, ничего сынку не оставил. Матушка-то их, стало быть, еще раньше преставилась. Ну, нашлись добрые люди, плотничать парня научили. Все бы ничего, на соль и лепешки ему хватало. А тут случилось, что дочка мельника нашего, Джелина, приглянулась ему. Ну, он вроде свататься, а мельник – ни в какую, от ворот поворот. Не позволю, говорит, дочери с босяком путаться. И выдал ее замуж в соседнюю деревню.

Силона вздохнула.

– Ясное дело, расстроился парень. Сначала пил крепко да кричал все, что мельника порешит. Потом вроде успокоился, протрезвел. Люди подумали, перегорела у него обида, улеглась, а он возьми и заяви: отныне золото на кургане искать буду. С этого и началось. И то сказать, – женщина отчего-то понизила голос, – последнее время завелись у него деньжата. Сам-то, правда, помалкивает, а в праздники щеголем ходит, монетками сорит и на мельника с ехидцей смотрит. Мы уж думали, он и впрямь в кургане что нашел. Но если вы говорите, что нет там золота, то и не знаю, где он деньги берет…

Уже не слушая, Корон и Одиночка снова переглянулись.

– В замке ре Смайна мы видели карлика, – медленно произнес воин. – Но остальных в лицо не знаем.

– Мы разговаривали с ним у кургана, – без интонаций произнес магиер. – И он пошел за нами. Все очень просто, Денит.

Ничего не понимая, амазонка переводила взгляд то на одного, то на другого. Напрягшись, чтобы скрыть слабость, Корон сбросил ноги с кровати.

– Куда вы, милорд? Вам надо лежать! – Силона, будто испуганная наседка, бросилась к нему.

– К черту, – прохрипел Корон. – Кристина, наконец-то мы их зацепили! Где дом пастуха?

– Тебе нельзя никуда идти, – на лице амазонки проступила бледность. – Раны затянулись, но ты слишком слаб!

Корон посмотрел на нее в упор, в глазах его читалась не только решимость, но и немая мольба.

– Они причинили слишком много зла, Кристина. Я знаю, ты можешь придать мне сил. Прошу тебя, сделай это!

Кристина Бакт побледнела еще больше.

– Это… это очень опасно, – с усилием произнесла она. – После тебе будет очень худо. Это… как брать силы взаймы у самого себя!

– Помоги мне, – тихо повторил магиер. – Я же все равно пойду!

Неодобрительно качнув головой, амазонка положила руки на лоб магиера и произнесла отрывистую фразу. Корон вздрогнул.

– Заклинания хватит на несколько часов, – безнадежно проговорила Кристина Бакт. – Но лучше тебе управиться раньше.

Не отвечая, Корон зловеще улыбнулся.

Дом пастуха располагался на самом краю деревни. Несмотря на глубокую ночь, в окнах горел свет, но заметить это можно было, только подойдя вплотную: ставни были плотно закрыты. По приказу Кристины Бакт амазонки окружили дом. Подойдя к двери, Корон осторожно потянул кольцо, но убедился, что она заперта.

– Руби, Денит!

Одиночка с сомнением взвесил секиру в руке.

– Корон… а если это не он?

– Ты сомневаешься?

– Я? Нет!

– Я тоже. Давай!

Одиночка справился с хлипким деревом в несколько ударов. Дверь с треском рухнула, они ворвались в дом.

Он сидел у стола и чистил арбалет. Светлые волосы в отсветах свечей казались белыми. В комнате царил страшный беспорядок. В углах валялось тряпье, конская упряжь и несколько холщовых мешков. Одиночка слегка поддал ногой один из них. Мешок опрокинулся, по полу со звоном покатились золотые монеты. Монеты, в желтые бока которых навсегда впиталась кровь убитых людей.

Он понял все по их взглядам и попытался вскочить, но Одиночка угрожающе занес секиру. Тогда светловолосый посмотрел в сторону окна, но там уже, ухмыляясь, замерла амазонка.

– Ты, кажется, собирался в дорогу? Как твое имя, чернокнижник? – Голос магиера отдавал могильным холодом.

– Бордан… Бордан Клайк… – с трудом выдавил светловолосый.

– Бордан Клайк, именем Верховного Совета Смонтогна ты арестован по обвинению в убийстве светлого герцога Райна, колдовстве, чернокнижии и грабежах, – официально произнесла Кристина Бакт. – Не пытайся сопротивляться. Хочу сразу предупредить: я лично с удовольствием вырву тебе ноги за любую попытку к бегству.

Светловолосый вздрогнул. Тон амазонки не оставлял никаких сомнений в том, что она исполнит свою угрозу. Из груди чернокнижника вырвался вопль отчаяния. В истерике он упал на колени и, воя от безысходности, пополз к ногам воительницы.

– Отпустите меня! Умоляю, отпустите! Пожалуйста… я уеду, и вы никогда не услышите обо мне!

И Корон, и Одиночка, и воительница молчали. Приняв это за хороший знак, Бордан Клайк заговорил еще быстрее:

– Отпустите! У меня есть золото… много золота! Я поделюсь с вами, отдам половину… все отдам! Это очень много, на всю жизнь хватит! Ну зачем я вам, а так – так вы будете богаты… сказочно богаты!

– Крыса, – без интонаций произнесла амазонка. Чернокнижник попытался поцеловать ей сапоги, но Кристина Бакт пинком отшвырнула его в сторону. – Это золото воняет кровью! Тебя будут судить и повесят, но ты, Бордан Клайк, еще можешь оправдаться перед небесами. Раскайся и назови сообщников!

Чернокнижник вдруг перестал хныкать, осознав, что конец неизбежен. Он оскалился, отползая в дальний угол. Из разбитых губ текла кровь, оставляя на грязном полу темный след, но он не замечал этого. Глаза его сузились, вспыхивая безумным огнем.

– Вам никогда не найти его! А он… он убьет вас! Сам Зарефнур ему подвластен! Гейн превратит вас в жаб!

– Отлично, – холодно улыбнувшись, проронил магиер. – Денит, мы были правы. Их только двое, карлик и эта… мразь. Кстати, воительница, ты не знаешь в округе никого по имени Гейн?

Кристина Бакт нахмурилась, припоминая.

– Гейн… Знакомое имя. Кажется, так зовут какого-то то ли знахаря, то ли лекаря из соседнего селения. Это легко проверить.

– Держу пари на сто золотых, это и есть наш знакомый карлик, – усмехнулся Одиночка. – Вот и весь «Союз Вершащих Судьбы», а, чернокнижник?