Чтение онлайн

Сначала пару минут Рональд чествовал меня, выказывая неподдельную радость по поводу воссоединения семьи с детьми. С добрейшей улыбкой подтвердил, что все наши договоренности в силе и он поддержит любую инициативу против Раоноса на военном совете. Гумми бы порадовались, расправили бы плечи от осознания собственной значимости, я же не только улавливал отражение настоящих эмоций по едва-едва заметным признакам, но теперь и чувствовал их. И положительных ко мне не имелось. Ни одной. Но очень и очень талантливая маска. Человека с меньшим опытом и выучкой чем у меня, обмануть можно было легко.

— Теперь перейдем к насущным делам, — наконец сказал визави и сделал большой глоток. На Аргассе что благородные, что обычные разумные слабоалкогольные напитки потребляли повсеместно — кружка эля или бокал вина во время обеда, впрочем, и даже пара, никак не влияла на когнитивные способности, к моему сожалению, — Не буду скрывать, глэрд, графство Миррэ имеет огромное значение в жизни Аринора. И для меня очень важно, чтобы оно развивалось, а обстановка в нем и вокруг оставалась неизменной. Чего не будет, как только другие Дома герцогства узнают о новом его владетеле, то есть о тебе. Не сочти за оскорбление, но для местной аристократии ты всегда останешься чужаком и выскочкой. И ты это должен понимать не хуже меня. Ты не плоть от плоти нашей земли, ты не связан ни с кем здесь через кровь. Впрочем, и данные факторы не играли бы исключительной роли, однако за Сумеречными сейчас нет силы. Реальной опоры. Да, личные заслуги и могущество значат много, и вполне возможно, во времена становления новой и старой Империи данный фактор был бы самым важным, но не сейчас. Сейчас все по-другому… Благоволение Императора довольно эфемерная категория, так как его настроение меняется очень часто. Стоит тебе раз оступиться и не оправдать надежд… А от правителя же напрямую зависит и поддержка благородных с континента. И она исчезнет сразу, едва о тебе забудет монарх. А он забудет. Не только Черноягодье с окрестностями точка на карте Империи, но весь Аринор даже не сотая ее часть. Боги? Боги помогают тем, кто к ним обращается с жертвами и молится им. Ты почитаешь только Творца, а тот никогда не был замечен во вмешательстве в дела земные.

Я, откинувшись в кресле, задумчиво огладил подбородок когтистыми пальцами левой руки. Посмотрев на них, герцог продолжил с невозмутимостью, как и ранее, но в глубине его души ворочалась тревога, опаска иногда перерастала в страх, но все двигал азарт, и некая надежда. Настоящий лицедей и продуманный игрок.

— Мэтр Орр дер Солл Черный вестник Энтарра, чье имя знали боги; эрлглэрд Арк Лютый волк Ирранора; глэрд Турин Сияющая Звезда Терриона, мэтр Накс де Гиносс Любимец богов и Синяя смерть… — Рональд замолчал, я же смотрел на него внимательно, — Знаешь, их объединяет одно — все они герои легенд. Герои по праву. Настоящие. И конец каждого из них окутан мраком, конечно, для большинства черни и благородных, которые не влияют ни на что вокруг. На самом деле ничего в нем таинственного нет — банальные покушения и предательство близким окружением, к которому враги подобрали ключи. Пока эти могущественные разумные разили чудовищ, топили флота и не оставляли камня на камне от городов врагов на тот момент независимого Аринора, они возвышались и процветали. Их личные силы были беспредельны, они движением брови обращали в пыль горные гряды, убивали походя самые страшные порождения Хаоса, Тьмы и Бездны. Но все любимцы толпы нашли бесславный конец, когда попытались разрушить сложившийся порядок вещей и окунуться с головой в политику, забрав то, что, как они думали, им принадлежало по праву. Нет, нет, — быстро-быстро проговорил в конце задумчивого монолога, и даже руками перед собой отрицательно взмахнул, увидев, что я перебросил зерно четок в правой руке, оскалившийся же череп неизвестного зверя чуть покачнулся, — Я не пытаюсь давить, лишь объясняю мотивацию своих действий. На тебя уже было совершено покушение на военном совете, присутствие Императора и мое, как и других Истинных, злодеев не остановило. Да, оно не удалось, но есть и разные яды, есть и другие средства и способы. Еще раз повторюсь, владения Миррэ имеет стратегическое значение для герцогства. У меня же цель сделать Аринор сильнее и возвысить его, что полностью отвечает устремлениям наших элит. Поэтому конфликты, которые возникнут, когда сменится неожиданно собственник графства, могут отбросить развитие всего Халда на десятилетия назад. Вступят же в противоборство с тобой те, кто считается опорой герцогства, как по праву, так и по вкладу в общее дело. Например, Серые драконы. У них давний пограничный спор с Миррэ. Отношения у тебя с ними тоже сложные. И я был бы глуп, если не учитывал бы, что те не попытаются взять реванш в вашем противоборстве. А пять десятков драконов или при очень сильном их желании восемь, поднятых одновременно, подчиняющихся единой воле могут превратить житницу в пепелище. Да, ты их может и покараешь, но это будет потом.

Новые расклады Рональд не знал. Я приказал хранить в тайне принесение этим Домом клятвы верности на крови Сумеречным. Версия произошедших событий для всех и герцога: лживый жрец и аватар-перебежчик осквернили святилище Серых драконов, ввели в блуд Триопа, который на самом деле являлся ярым приверженцем Кодексов и законов Империи. Учтя последнее, я не стал убивать его и других членов семьи, ограничившись вновь вирой.

Герцог замолчал, перевел взгляд на трафарет мага на полу, из которого не смердело только благодаря заклинаниям подправленным и усиленным лэргом. От владетеля снова ощутил волну некого злорадного торжества. Он продолжил:

— Люди слабы перед искушениями. Поэтому дело может неожиданно принять крайне нежелательный оборот. Для меня. И еще, кто придет на их место и других возможных твоих противников… впрочем, как и на твое — мне неизвестно. Но война между Домами Аринору точно не нужна. Даже необъявленная… Особенно необъявленная. По мне лучше если вы вместе станете плечом к плечу работать над возвышением герцогства, а через это и собственных Домов. И я вижу еще одну основную проблему, почему для меня нежелателен ты во главе графства. Наверняка уже слышал, что базис Миррэ — это восемь истинных древ. Смотрят и ухаживают за ними, понятно, эльфы. У тебя с последними очень и очень непростые отношения, если не сказать жестче. Да, порой они довольно высокомерно относятся к людям, кстати, зачастую вполне обоснованно, — здесь собеседник внутренне сжался, но я молчал, — Однако вряд ли на Аргассе их больше кто-то презирает, чем ты. Именно презирает… А ведь даже у Императора две жены из этих народов. Ярость же тебе порой настолько застит глаза, что ты не гнушаешься поднимать руку на богов, бросать им вызов в духе древних героев.

Опять умолк. Я пока не произнес ни слова, сделал глоток прилла, посмотрел внимательно на визави. Сам же размышлял, как слова о величии отца Рональда находили под собой почву. Черноягодье, похоже, должно было сыграть ключевую роль в неких его замыслах. И тот великий герцог накапливал изменения незаметно, а превысив некую критическую массу, они бы превратились в непреодолимую силу. Люди из Народа, имевшие не просто оружие против тварей земель, но это был отличный способ их возвышения. Эльфы, вроде как приткнутые в черноягодскую дыру от безысходности, роска, относительно недалеко сильнейшая купель на континенте и многое, многое другое… Вероятно, он смотрел на перспективу, заглядывая на десятки лет вперед. Конечно, если бы победил в той гонке, то Империи пришлось бы договариваться совершенно на других условиях, а Охлан стоял бы в стороне и сам бы дрожал, чтобы не дай боги правитель Аринора не обратил на него внимание. Скорее всего рассмотрели подобные картины будущего и враги. О чем это говорило? О степени возможного противоборства уже со мной разными земными… тьфу ты, аргассовскими отродьями.

— Даже не думай, я не пытаюсь льстить, — сделал абсолютно неверные выводы герцог, видя мою задумчивость, — Объясняю, что ты можешь в гневе легко убить смотрящих за лесом, тем самым загубив и древа. А следовательно, и возможность хоть в чем-то проводить независимую политику Аринором.

Что же, теперь это даже не мои предположения, стремящиеся к реальной картине бытия, а фактически признание. Властитель точно знал о поклонниках Раоноса, которые обосновались там и совершали паскудные ритуалы. Это так же верно, как и моя информация о шестнадцати высших, восьмидесяти пяти средних и малых алтарях Кровавого, находящихся в той области. К слову сказать, не самая густонасыщенная ими местность на теле герцогства.

— Мне интересно одно, отчего ты считаешь, что высокомерие остроухих гнид по отношению к нам обосновано? — при слове «гнид» проявились настоящие эмоции собеседника ко мне — ненависть.

Но ответил тот с доброй, некой отеческой улыбкой:

— Глэрд, ты явно взрастал в горниле лишь войн, а я много читал и читаю научных трактатов. И все современные авторы, как и многие авторитетные древние, сходятся во мнении, что без эльфов мы бы не устояли в противоборстве с Тьмой, Хаосом и Бездной. И благодаря им, по-настоящему дивному народу, мы имеем то, что имеем. Ведь только их настоящая природная магия и смогла спасти нас, когда пасовала наша, называемая «истинной». Да, ими приносятся порой в жертвы разумные — это необходимость. Древа нужно кормить и поливать. Это залог нашего выживания и существования, иначе Хаос и Тьма поглотит все вокруг.

— Ясно, — смысла спорить с правителем не видел.

Выводы я сделал. Потому что его порыв шел из глубины души. Вот здесь Рональд не играл некую роль, он истово верил в произносимое, как в то, что Сердце Иратана взойдет с окончанием ночи. Спорить же с любыми фанатиками, от идеологических до религиозных, — метать бисер перед свиньями. Вера всегда побеждала любые факты. Учитывать же данный аспект в работе, превращая их всех, где в одноразовые, а где и в многоразовые изделия — это лучшее. Потому что пользоваться такими можно без всякой оглядки. И направлять. Во славу Истинного Великого Дома Сумеречных. И меня этому неплохо учили. Усугубим, явив беспощадный облик настоящего аристо, а также подготовим возможную почву для предстоящего военного совета, проверив эффект речи на заинтересованном добровольном высокородном слушателе:

— Наши предки давным-давно сняли с деревьев остроухих и приволокли в клетках на Аргасс. Показали им цивилизацию. И открыли те рты от удивления, и запрыгали, и завизжали радостно. Тогда аристо поняли — есть свет и в этих пока еще жалких душах, коль трогает их прекрасное. Поэтому измазанных в дерьме и разной дряни, завшивленных, заросших коростами и населенных паразитами, как внутри, так и снаружи, эльфов отмыли, несмотря на отчаянно сопротивление некоторых. Затем вылечили и привили достойнейшим из них нашу культуру… Стоит ли рассказывать, как до этих судьбоносных событий потомки обезьян подтирали задницы руками, затем толкали в рот грязные пальцы, облизывали их, корча страшные рожи от наслаждения. Они тогда не знали, что такое вилка и ложка. А если бы и знали, думаешь это им помогло бы? Или содержимое они наполнили бы чем-нибудь другим, отличным от нечистот? — герцог покачал отрицательно головой, он всеми силами пытался сдержаться, чтобы не заорать, не зарычать, не затопать ногами, затыкая меня или уши. Взгляд его приковывали четки, в глазах правителя ярость, в душе первобытный страх переплелся с ненавистью, и все ко мне, — И указали им древние аристо место, где они могли бы приносить пользу — магия природы. Ибо в Империи каждый работает на ее благо, получая же блага взамен. И остроухие, кроме полуразумных из их племени, согласились. Ведь стали они добрее, а жить лучше и чище, в головах же появились светлые идеи, взамен того дерьма и мрака, что до этого там плескалось. И родилось желание творить прекрасное! Созидать! Раскрываться! Эти искры рассмотрели в их душах наш древние предки, и раздули огонек, превращая его в пламя. И год от года у эльфов получалось все лучше и лучше. И под сенью нашего общего тогда государства они достигли небывалых высот в искусствах и природной магии. Но сегодня настали по-настоящему страшные времена, времена черные… Ведь вновь стала проявлять себя поганая вонючая и склизкая сущность, пробудившаяся вместе с Тьмой, Хаосом и Бездной в некоторых из них, которую мы просмотрели тогда. Именно она тащит благочестивых и возвышенных эльфов в глубины древности. Говорит им, измажьтесь в экскрементах, позабудьте обо всех успехах, о долгом и трудном цивилизационном пути, гуманистических ценностях, разорвите одежды, залезьте на деревья и нагадьте друг другу на головы… Ужасное несут всем те силы. Ужасное. И кто сможет помочь сегодня темным и светлым народам, живших с нами на протяжении веков бок о бок? Кто не позволит им опуститься до самого дна, превращаясь в диких обезьян, чего жаждет Раонос? — сделал театральную паузу, затем отчеканил, — А я тебе скажу так. Это должны сделать мы. Аристо. Заплатить добром за добро. И мы им поможем. Так было, так есть и так будет. Это вечно, как и сама Империя!

Эрлглэрд поперхнулся вином.

Можно, конечно, было провести краткий экскурс в историю. Когда аристо отрыли мир эльфов, он умирал, а древа отчаянно нуждались в энергии. И взять они ее могли только от живых разумных, поэтому так были изощрены остроухие в пытках. Если убрать из внимания гуманизм, оставив лишь рационализм — мучения помогали до капли вычерпывать все ресурсы жертв. И попавшие в лапы палачей, хуманы и остроухие (аристо там не имелось) к Маре уже не попадали.

Судьба такая же, как и у Людей из Народа. Они стали пожирать самих себя, стремительно сокращая до критических величин не только количество эльфов и людей, но и древ, так как последние тоже поглощались более сильными их собратьями. Вполне возможно, образовалась бы в конце концов устойчивая система, только их мир нашли мертвые колдуны, которые с легкостью сметали всех и все.