Слишком близки
Шрифт:
Я не знаю, от чего меня тошнило больше: от того, что моя мать такая милая, или что она зовет «милой» меня. Мне кажется, от смеси и того, и другого.
Я не могла этого понять. Когда я встретила Мейсона, он казался интеллигентным мужчиной. Какого черта он умудрился поверить фальшивой улыбке моей матери — я так и не поняла.
У меня едва ли было время на то, чтобы осмыслить все это, когда я услышала звук подъезжающей машины. Мейсон улыбнулся и повернулся к моей матери.
— Это, должно быть, Хантер.
Вскоре я услышала стук в дверь, и моя мать развернулась на каблуках, чтобы открыть. На одно единственное мгновение Мейсон бросил на меня извиняющий взгляд.
Да, друг. Оба — ты и я.
Я слушала, как моя мать поприветствовала Хантера в прихожей, а затем услышала его голос, наполняющий воздух.
И резко вздохнула. Мои ноздри раздулись, и крошечные волоски на затылке встали дыбом. Я узнала бы этот голос везде. Этот голос, который был практически идентичен тому, что не так давно шептал сладкие слова мне на ушко.
«Черт, ты такая узенькая. Твоя киска такая сладкая. Я не могу насытиться ею».
Этого же не может быть? Карма не может быть такой жестокой!
Он зашел в комнату и весь воздух, что был в моих легких, внезапно исчез. Как только его глаза встретились с моими, он шокировано застыл. Внезапно его губы изогнулись в дерзкой и красивой улыбке, которую я помнила на протяжении последних двух недель.
Я почувствовала тошноту и головокружение. Внезапно вся комната начала вращаться.
— Черт! — я услышала, как кто-то закричал.
Когда моя голова прояснилась, я внезапно поняла, что Хантер стоял по одну сторону от меня, а Мейсон — по другую. Они подняли меня и подталкивали к стулу.
Я в седьмом кругу ада. Уверена, я только что умерла и сейчас в аду за то, что виновата в смерти своего отца. Я наказана за то, что была «убийцей», которую моя мать всегда из меня делала.
Это не может быть еще более нереальным, чем есть сейчас. Двое мужчин — с обоими я спала в течение одного года — окружили меня с обеих сторон.
Отец и сын.
— Не припомню, чтобы когда-нибудь оказывал подобный эффект на девушек. Наверное, все когда-нибудь случается в первый раз, — услышала я шутку Хантера.
Моя мать захихикала.
— Она всегда была немного драматичной.
Он может подумать, что я намерено инсценировала обморок, чтобы привлечь внимание. Все, чего я хотела, это схватить бутылочку чего-нибудь покрепче и пойти в свою комнату.
— Ты в порядке?
Я подняла взгляд и заметила беспокойство в глазах Мейсона. Я взглядом ответила ему, что я не в порядке. Конечно же, я не в порядке. Все в этой ситуации не в порядке.
— Я в порядке. Спасибо.
— Ты уверена?
Я посмотрела в другую сторону и увидела улыбающегося Хантера. Он задал вопрос, но, очевидно, удовлетворенный моей реакцией на него, слишком занят, чтобы побеспокоиться о моем ответе. Он подумал, что я потеряла сознание исключительно из-за него.
Он не знал и половины.
Я кивнула, и Мейсон показал на свой стакан воды. Я пробормотала благодарность, сделала глоток и почувствовала, что мои нервы немного успокоились.
— Хорошо, это было прекрасное выступление, — посмеялась моя мать, но потом свирепо посмотрела на меня, пока Хантер и Мейсон не видели. Они слишком были заняты тем, что пялились на меня, словно боясь, что я сломаюсь.
Я не хотела этого.
— Ты ела сегодня? — спросил Хантер.
Я кивнула.
— Я съела сэндвич во время обеда.
Он нахмурился.
— Этого недостаточно. Тебе нужно покушать, — он повернулся к моей матери. — Кэт, у тебя есть что-нибудь, чтобы она могла перекусить? Немного хлеба или печенья, возможно?
Моя мать посмеялась, словно они были смешными, но направилась на кухню.
— Конечно, Хантер. Я пойду, принесу немного печенья из кладовки.
Она еще раз бросила на меня взгляд и ушла.
Хантер встал на колени и взял мою руку.
— Ты уверена, что все в порядке?
Я подняла взгляд и затем пожалела, лучше бы я этого не делала. Его завораживающий взгляд не похож ни на один из тех, что я встречала раньше. Словно он может добраться до моей души и вытащить оттуда все мои грехи. Грехи, о которых я не хочу, чтобы он знал. Грехи, которые, в конечном счете, уничтожили бы меня, если бы их когда-нибудь вытащили. Если бы он знал о моих грехах, он бы не сидел на коленях около меня, держа за руку. Ему было бы противно. Мне было противно.
Я кивнула, но отвела взгляд. Не хочу, чтобы он так смотрел на меня. Смотрел так, словно хотел поглотить меня полностью. Нет ни одного способа, чтобы я могла вернуть все назад с ним.
«Черт, с тобой так хорошо».
Я сошла с ума. Я должна прекратить думать о той ночи. Мне нужно выбросить его из головы.
— Это ли не мило, Мейсон? Смотри, они уже сближаются.
Мейсон поднял взгляд на мою мать и улыбнулся, когда она передала мне печенье. Поблагодарив ее, я взяла одно с тарелки. Хантер подмигнул мне и нежно погладил пальцем мою ладонь.
Все мое тело отреагировало. Черт, если даже такое небольшое прикосновение запустило бабочек, что же я тогда почувствую, если он снова прикоснется ко мне в более интимных местах? Я не могла позволить себе когда-либо оставаться наедине с ним. По крайней мере, хорошо, что моя мать не собиралась выйти замуж за Мейсона… Тогда это было бы серьезной неприятностью.
— Хорошо. Может, сделаем объявление, Мейсон? — она подошла к нему и положила руку на его плечо. По какой-то причине, они оба выглядели счастливыми.
— Хантер, почему бы тебе сначала не открыть бутылочку шампанского?
Хантер неохотно отпустил мою руку и пошел в направлении двух бутылок на столе. Моя мама пересекла комнату, взяла четыре бокала и вернулась назад. Хантер улыбнулся ей и открыл шампанское. Моя мама веселилась, и мы все наблюдали, как Хантер налил немного в наши бокалы.
Он раздал их и, когда подошел ко мне, намеренно обхватил своими пальцами мои. Я посмотрела в его глаза, и он мне подмигнул.
Между моими бедрами разгорелся огонь. Черт, ему даже не пришлось дотрагиваться до меня, чтобы разжечь его. Все, что ему было нужно — это просто находиться со мной в одной комнате, и я уже хотела его со всей страстью.