Чтение онлайн

– Почему? – удивилась Мэг.

– Агата Уизерспун и Пруденс Доддингтон-Принц не просто подруги, они близки.

– О!

– Дамы! – Чарлз примирительно поднял руки. – Это все к делу не относится. Сейчас из скандального положения надо выручать Паркера-Рота, а не Мег, а он не может убежать. Ему надо вести дела имения. – Эмма кивнула:

– В любом случае отъезд из страны его проблем не решит. Такого рода скандал отразится на всей его семье. Возможно, его родители и замужняя сестра могли бы пережить бурю, но его братья и другие сестры не столь удачливы. Это определенно испортит его младшим сестрам все матримониальные перспективы.

– Не может быть!

Мэг затошнило. Эмма явно преувеличивает серьезность ситуации.

– Еще как может! И мистер Паркер-Рот тоже не сможет жениться. – Эмма положила руку Мэг на плечо. – Это не мелкий скандал, Мэг. Сейчас это у всех на устах, у всех без исключения. И об этом долго не забудут.

– Паркера-Рота не просто поймали с чьей-то женой. В глазах общества он содомит. Его будут избегать не только женщины, ной мужчины.

– Нет!

– Да, Мэг. Подумай хорошенько. Несколько десятков человек видели, как он страстно целовал мужчину, то есть тебя и мужском одеянии. И как должно реагировать на это общество?

Мэг закрыла лицо ладонями.

– Для него единственным решением проблемы будет немедленная женитьба, и выбор, разумеется, падает на тебя. Ты должна за него выйти. Это дело чести.

Чарлз был прав. Она не может допустить, чтобы Паркер-Рот выносил все это один. Мэг уронила руки на колени и подняла взгляд.

– Ладно, – заявила она, – я выйду замуж за мистера Паркера-Рота.

Дьявол, дьявол, дьявол!

Он ненавидит, когда его к чему-то принуждают, но даже ему было ясно, что у него нет выбора. Если он не жени гея на мисс Петерсон, его и его близких подвергнут остракизму. Черт побери, это уже началось. Вереница лакеев, отправленных, чтобы забрать уже посланные приглашения, уже наутро заполнила вестибюль их отеля.

Теперь он представлял себе, что должен испытывать изгой. Когда он выходил из отеля, люди не только его демонстративно не замечали, они переходили на другую сторону улицы, чтобы с ним не столкнуться. Ему сообщили, что его больше не желают видеть в клубе «Уайтс», и даже Общество садоводов прислало письмо, отменяющее его членство. В Лондоне никто не хотел иметь с ним никаких дел.

Эта мысль заставила его покраснеть и отвернуться к окну кареты, надеясь, что его матушка не обратит внимания на его вдруг зардевшиеся щеки.

Кто бы мог подумать, что лорд Истхевен имеет столь необычные склонности? Он случайно столкнулся с графом после того, как ему запретили войти в клуб. Он был так счастлив, что кто-то согласен с ним разговаривать, что с готовностью пошел с этим человеком в переулок. Он решил, что Истхевену не хочется, чтобы их видели вместе. Но когда граф положил руку ему на плечо и объяснил, почему именно один уголок его сада настолько сильно зарос, он поспешно извинился и выскочил обратно на улицу.

Он затруднился бы сказать, что хуже – этот эпизод или другая встреча в тот же день. Он сидел на скамье в малолюдной части Гайд-парка, размышляя над своим безрадостным положением, когда какой-то лакей подошел и жестом пригласил его пройти с ним. Паркc узнал зеленую с серебром ливрею барона Синтера и прошел с лакеем на тенистую лужайку. Там его ждала леди Синтер. Он поздоровался с ней не без опаски, но она не покушалась на его честь. Ей просто захотелось посмотреть, как он станет заниматься плотскими утехами на природе с ее лакеем.

Он закрыл глаза. Лакей сбросил панталоны рекордно быстро, что было тактической ошибкой. Паркc не стал объяснять, что произошло недоразумение, и мгновенно ретировался. Мужчина погнался было за ним, но упал, запутавшись в собственной одежде.

Паркc понял, что женитьба стала для него единственным выходом.

– Мне очень жаль, что твоя свадьба должна проходить в столь неприятной ситуации, – сказала его мать.

Они ехали в особняк Найтсдейлов, чтобы он смог связать себя брачными узами и прекратить сплетни. Паркc пожал плечами:

– Ты должна быть довольна. Ты своей цели добилась. Теперь займешься Стивеном?

На ее лице отразилась боль. Паркc хотел попросить прощения, но был слишком зол.

– Джонни, я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

Он кивнул и снова стал смотреть в окно кареты. Он хорошо понимал, чтов случившемся сам виноват. Если бы он не поддался искушению и не поцеловал мисс Петерсон, бн бы сейчас ехал не к Найтсдейлам, а к себе в Прайори. Но и мисс Петерсон была виновата не меньше, чем он. Если бы она былa благовоспитанной женщиной, не заходила в садовые заросли, не переодевалась мужчиной, он не направлялся бы сей час на эту встречу. Он просто вел себя как благородный че ловек. Пытался спасти ее от последствий ее же собственной глупости.

Он готов признать, что глупость не была исключительно ее собственной. Целовать ее прямо перед особняком Фонсби было верхом безумия. Он потерял над собой контроль, что было ему несвойственно.

Проклятие! Потеря власти над собой была даже слишком типична, когда он оказывался рядом с мисс Маргарет Петерсон.

– Мы приехали.

Матушка крепко обняла его. Он вяло похлопал ее по плечу.

– Джонни, почему ты не будешь счастлив с мисс Петерсон, если постараешься?

Он кивнул. Каких слов она от него может ждать? Она прекрасно знает, что ему не хотелось, чтобы его окрутили, но именно это с ним произойдет уже через час.

Все дьяволы преисподней!

Он помог матушке выйти из кареты. Экипаж, который он нанял для мисс Уизерспун, останавливался у самого дома. Ехать в одной карете с женщиной – участницей комедии было выше его сил. Если бы она не предложила мисс Петерсон ехать с ней на Амазонку, если бы не рассказала ей о диком маскараде мисс Доддингтон-Принц…

Мягко говоря, в данный момент Паркc не испытывал теплых чувств к этой особе.

– Мне очень жаль, что твой отец и остальная семья сейчас не здесь, – проговорила матушка. – Но вы с маркизом совершенно правы. Чем скорее ты женишься на мисс Петерсон и чем скорее объявление об этом появится в газетах, тем лучше.

Паркc хмыкнул. Говорить он был не в состоянии. Он не мог сказать, что именно чувствовал сейчас – гнев, страх или… желание.

Наконец страх и желание уступили место гневу.

– Мне нужно с тобой поговорить, Мэг.

– М-м?..

Мэг смотрела в окно на улицу. Кажется, экипаж мистера Паркера-Рота уже подъехал? Желудок у нее превратился в тугой ком, а волна жара прокатилась вверх по шее. Она с силой закусила губу. Ей очень хотелось его увидеть, и в то же время предстоящая встреча ее страшила.

Лакей уже открывал дверцу и опускал подножку…

– Мэг!

– Что?

Она оторвала взгляд от окна. Эмма стояла у двери ее спальни, одетая в нарядное платье, предназначенное для свадьбы. На руках она держала Генри. Подозрительно тихого Генри.

– О Боже! – Мэг поспешно подошла к ней и приложила ладонь ко лбу малыша. Он не пошевелился: головенка его лежала у Эммы на плече, и он сосал палец. Он весь пылал. – Генри тоже заболел?

Эмма кивнула и поцеловала мокрые от пота волосы ребенка.