Чтение онлайн

Но вместо этого она прикусила губу, чтобы не закричать от наслаждения. Никогда еще она не испытывала ничего подобного.

Его пальцы пришли в движение.

Она прильнула к нему. Его губы нежно прикоснулись к ее векам. Он дотронулся до затвердевшей вершинки ее соска.

Жар стремительно разлился по ее телу. Она судорожно вздохнула – и он поймал ее губы. Его язык скользнул ей в рот.

Мэг еще крепче прижалась к нему, опустила ладони к его поясу, затем под фрак. На них было слишком много одежды, и она мешала.

Его язык начал уходить. Нет! Она не готова была к тому, чтобы все закончилось. Она прижалась к нему теснее и попыталась подражать ему, пробившись языком в его рот. Она не сомневалась в том, что ее действия крайне неуклюжи, но ему они, видимо, нравились. Очень даже. Его язык ее заманивал. Его ладони обхватили ее голову.

Он хрипло застонал и отстранился.

– Думаю, нам лучше сесть.

– А?

Она растерянно заморгала, а потом снова потянулась к его губам.

Он рассмеялся и подхватил ее на руки. Он уселся в уродливое кресло, устроив ее у себя на коленях.

– М-м… Наверное, так лучше. – Она распустила ему шейный платок.

– Гораздо лучше.

Он поцеловал ее – сначала в губы, потом в шею, потом стал спускаться к…

– О! О Боже!

Ее груди вырвались из корсета. Он же не собирается… Это же непристойно…

– Мистер Паркер-Рот…

– Джон.

– Что?

Его губы замерли над ее обнаженной грудью. Она обхватила его голову, чтобы отстранить от этой катастрофы. Он посмотрел вверх – в ее лицо.

– Джон. Меня зовут Джон.

– О!

– Назови меня по имени.

Он поцеловал наружную сторону одной груди.

– Ой!

Она попыталась отодвинуть его голову. Он не поддался.

– Назови.

Он поцеловал другую сторону.

– Джон. Я уверена, вам не следует…

Он провел языком вокруг ее соска, совсем рядом, но не касаясь сладко ноющего центра.

– Ох! Ох, Джон! Ах…

Он лизнул вершинку, а потом прижался к ней и чуть втянул себе в рот.

– Джон!

Она закричала? Она точно знала, что ей хотелось закричать, но неужели она и в самом деле закричала? Она…

– Боже правый!

Паркc поспешно привлек ее к себе, но она успела увидеть женщину, которая с потрясенным видом застыла в дверях.

– Добрый вечер, матушка.

– Извини, что не встаю.

Паркc на секунду закрыл глаза. Он сейчас умрет. Как он оказался в такой ситуации? Вот Стивен – да, он не удивился бы, если бы на аристократическом балу Стивена обнаружили с полуобнаженной женщиной на коленях. Его брат был в высшей степени предприимчив. Но он сам? Он в жизни не делал ни чего скандального!

– Да, я вижу, что у тебя… дел по горло.

Его матушка сжала губы и устремила взгляд на спину мисс Петерсон – на возмутительно нагую спину мисс Петерсон, к которой была прижата его рука без перчатки. Он поспешно передвинул ладонь на ее очень жесткий и совершенно благопристойный – хоть и непристойно выставленный напоказ – корсет.

– Пожалуйста, скажите мне, что это кошмарный сон, – прошептала мисс Петерсон ему в шейный платок, – и что я сейчас проснусь.

– Как бы мне этого хотелось! – пробормотал он. Ему нужно было чем-нибудь ее прикрыть. – Как вам кажется, вы не сидите на шали леди Палмерсон?

Она чуть пошевелилась у него на коленях.

– Нет. Наверное, я ее уронила, когда вы… э-э… мы… гм… Может быть, она упала, когда вы меня поднимали.

Он оглянулся. Шаль и в самом деле валялась на полу. Дотянуться до нее было невозможно.

– Сесилия, что тут… О!

Массивная фигура леди Беатрис появилась в дверях рядом с его матушкой. К счастью, его матушка находилась в серо-голубом периоде, потому что леди Беатрис не сочеталась бы ни с какими другими цветами. Ее зеленое платье с бантами из ярко-фиолетовых и красных лент и несколько желтых страусовых перьев, раскачивавшихся среди седых локонов, делали ее похожей на пышный куст шелковицы, в ветвях которого евила гнездо канарейка.

– Мэг, почему это ты сидишь на коленях у мистера Паркера-Рота?

Мисс Петерсон тихо застонала и спрятала лицо у него на плече.

Леди Беатрис рассмеялась:

– А, понятно… Юная любовь… или юная похоть, да? Ну конечно, сейчас ведь весна. Птички, пчелки и все такое прочее. Думаю, нам нужно планировать свадьбу, ты ведь со мной согласишься, Сесилия?

Губы его матери медленно раздвинулись в улыбке.

– Думаю, ты права, Беа. Давай…

– Что тут происходит?

Матушка и леди Беатрис обернулись, чтобы посмотреть, кто задал этот вопрос. В следующую секунду в поле его зрения появилась низенькая пухленькая женщина в очках с вьющимися темно-каштановыми волосами. Она неприветливо посмотрела наледи Беатрис.

– Леди Палмерсон сказала, что Мэг… – Тут она заглянула в комнату.

Рот у нее открылся, а глаза округлились.

– Ой, нет! – Мисс Петерсон обернулась, чтобы посмотреть на вновь пришедшую женщину. – Что Эмма делает в Лондоне?

– Эмма – это ваша сестра Эмма, маркиза Найтедейл?

– Да. – Она снова уткнулась лицом в его рубашку. – Это наверняка кошмарный сон!

Он вынужден был с ней согласиться. У женщины, которая протискивалась в комнату мимо леди Беатрис, был такой вид, будто она собирается отрезать ему яйца шпилькой для волос.

– Убери руки от моей сестры, негодяй!

Он положил было руки на подлокотники кресла, но тут мисс Петерсон попыталась обернуться лицом к сестре. Он успел схватить ее прежде, чем она сдвинулась хотя бы на дюйм.

– Ты не так одета, чтобы показываться людям! – прошептал он, продолжая следить за маркизой.

Ему хотелось надеяться на то, что та не станет на самом деле нападать на него, вооружившись шпилькой, но вид у нее был такой, словно она готовится перепрыгнуть через кушетку и наброситься на него.

– Ты. что, меня не слышал?

Маркиза сделала шаг по направлению к нему.

– Минутку!

Его матушка отработала эту интонацию на шестерых детях. Сестра мисс Петерсон моментально остановилась.

– Это моего сына вы сейчас назвали негодяем. – Матушка встала прямо перед маркизой. Она была на пару дюймов выше сестры мисс Петерсон, зато леди Найтедейл была фунтов на пятнадцать тяжелее и лет на двадцать моложе. Однако матушка была не из тех, кто легко сдается, особенно если под угрозой оказался кто-то из ее детей. Если они схватятся, то победительницу предсказать будет трудно.