Чтение онлайн

Лилиан со стоном отстранилась от Трейса и взялась за край футболки.

– Слишком поздно добираться до спальни.

Слова ее подействовали на Трейса подобно удару молнии.

– Тогда здесь, – почти прорычал он, нащупывая «молнию» на джинсах Лилиан. – Прямо здесь и прямо сейчас.

Лилиан вдруг стало жарко. Пальцы, расстегивая пуговицу, дрожали. Они быстро сорвали друг с друга одежду. Отблески заката ложились на плечи Трейса. Господи, как он великолепен! Трейс жадно поглощал ее взглядом, и Лилиан чувствовала этот взгляд почти физически. Она тряхнула головой, откидывая назад копну черных волос. Сейчас ей было все равно. Что бы ни случилось, она не пожалеет о том, что предложила себя Трейсу.

Ноздри Трейса вздувались, как у жеребца, все мышцы напряглись. Он резко притянул Лилиан к себе.

– Да, – прошептала она, пока губы его жадно искали ее губы. – Прямо здесь и прямо сейчас.

Трейс боялся, что сломает ей ребра, – так велико было его желание слиться с ней воедино, прижать ее к себе как можно крепче, – но Лилиан обнимала его так же крепко. Он слишком хотел ее, чтобы думать, как растянуть удовольствие. Едва добравшись до ковра в гостиной, Трейс повалил Лилиан на него и опустился рядом.

Ее исступление сводило с ума. Руки, жадно ласкавшие его тело, были словно полны огня. Бедра вздымались ему навстречу. А грудь…

Хорошо… Ему никогда еще не было так хорошо. Он ласкал ее груди, соски, нежную кожу под подбородком… Губы… Эти мягкие, чувственные губы… Трейс вошел в нее, движимый почти животной страстью.

Лилиан выкрикнула его имя. И у Трейса возникло вдруг старое как мир желание сделать эту женщину своей. Она принадлежала ему, как не могла бы принадлежать ни одна другая женщина. Он и не захотел бы этого ни от одной другой женщины.

Длинные стройные ноги скользили вдоль его бедер. Трейсу вдруг показалось, что они занимаются любовью во время землетрясения. Он снова и снова погружался в ее горячую, возбужденную плоть, пока не почувствовал, что Лилиан содрогается под ним всем телом.

Никогда еще не видел он ничего более прекрасного. Волны удовольствия, бегущие изнутри его тела, казалось, будут сотрясать его вечно. Наконец, обессиленный, Трейс повалился на изнеможенную Лилиан.

Казалось, прошла вечность, прежде чем он снова обрел способность ясно мыслить. Что же случилось? Только что они просто разговаривали посреди кухни. Спорили. Ничего такого провоцирующего, не считая того, что самой близости Лилиан было достаточно, чтобы спровоцировать его. Ей хватило бы даже взгляда, чтобы разжечь в нем желание.

Трейс вдруг испытал раскаяние. Он взял ее, как животное, – быстро, сильно, неистово.

Но вспомнив, как все было, Трейс улыбнулся. Лилиан не отставала от него.

– С тобой все в порядке? – спросил он, не вполне еще восстановив дыхание.

Лилиан услышала по голосу, что Трейс улыбается. Ей захотелось вдруг громко и счастливо рассмеяться.

– Спроси меня снова, – едва выдавила она. – Примерно через час.

Приподнявшись на локтях, Трейс опустил взгляд, чтобы посмотреть, почему было так жестко рукам и коленям.

– Господи! Да мы же на ковре!

Пальцы Лилиан скользнули вниз по спине Трейса. Его тут же охватила сладостная дрожь.

– Да, – прошептала она. – И это лучше, чем на кафеле в кухне.

Хитро улыбнувшись, Трейс заглянул в сине-зеленые глаза Лилиан.

– Ты… – Он нашел губами ее губы, – самая невероятная, – он нежно провел языком по нижней губе Лилиан, – самая красивая… – Трейс нежно поцеловал ее, – женщина из всех, кого я встречал.

Лилиан хотелось поспорить. Она вовсе не была невероятной, и уж тем более красивой. Но слова застряли у нее в горле, потому что в объятиях Трейса, чувствуя рядом его сильное тело, она действительно казалась себе красивой. Невероятно красивой.

Трейс снова поцеловал ее, так сладко, что Лилиан закрыла глаза от удовольствия.

– Ты не можешь ехать со мной, – пора было возвращаться к реальности.

Взгляд Лилиан упал на волевой подбородок Трейса. Он не собирался сдаваться. А она не унизится до того, чтобы умолять. Существуют и другие способы.

– Хорошо, – сказала она. – Я останусь. Но у меня два условия.

Встревоженный тем, что Лилиан сдалась так быстро, и гадая, о чем она может попросить, Трейс поинтересовался, что же это за условия.

Не поднимая глаз, Лилиан провела пальцем вдоль линии его ключицы.

– Первое – ты дождешься темноты, прежде чем уехать. В темноте будет безопаснее.

Тут Лилиан была права. До темноты оставалось еще несколько часов, и Трейс знал, как ему хотелось бы их провести.

– Хорошо, – сказал он. – А второе условие?

Лилиан медленно подняла глаза и встретилась с его взглядом.

– Второе – на этот раз мы доберемся до постели.

– Вы читаете мои мысли, леди. – Крепко прижав к себе Лилиан, Трейс поднялся.

Несколько минут спустя Трейс опустил Лилиан на кровать и лег рядом.

– Знаешь, – произнес он с хитрой улыбкой. – Надо как-нибудь попробовать добраться до спальни одетыми, как делают нормальные люди.

Лилиан невольно вздрогнула. Трейс говорил о будущем. Может ли это быть? Неужели, очистив свое честное имя, – а Лилиан не сомневалась, что это ему удастся, – он хочет вернуться к ней.

Она погладила ладонями гладкую грудь Трейса.

– Как нормальные люди? Звучит как-то скучновато.

Трейс вздохнул, возбуждаясь от ее нежных прикосновений.

– Поверьте мне, мисс учительница, – сказал он. – Когда речь идет о нас, не может быть ничего скучного.

Лилиан снова вздрогнула. Нет, Трейс не вернется. Он снова станет жить в своем мире опасностей и волнующих приключений, скучных полицейских отчетов и дорожного движения и забудет о маленькой провинциальной школьной учительнице, которая была так нужна ему когда-то.

Но Лилиан тут же прогнала от себя подобные мысли. У нее хватит времени для жалости к себе после того, как Трейс уедет. А сейчас он с ней, и нечего портить то короткое время, что им осталось быть вместе.

На этот раз они занимались любовью долго и нежно. Лаская друг друга дразнящими прикосновениями, издавая время от времени тихие вздохи. Они медленно вели друг друга к вершине блаженства, наслаждаясь на пути к ней каждым поцелуем, каждым сливающимся дыханием. И достигли пика одновременно, с блаженными улыбками на губах.

Но и этого оказалось недостаточно. Совсем недостаточно. Поглядев на часы, они вспомнили, что им совсем недолго осталось быть вместе. Скоро, очень скоро Трейс уедет. С отчаянной решимостью успеть как можно больше, они снова занялись любовью быстро и неистово, с жадным желанием, словно не были вместе несколько недель, а не несколько минут.