Чтение онлайн

— Это самое сексуальное, что ты делала до сих пор. — Я убираю ее мокрые волосы с лица. — Я хочу еще больше моей нуждающейся принцессы, — шепчу я, покусывая ее ухо.

— Ты мне нужен. Сейчас, — говорит она, ее тон настоятелен, как будто она не может больше ждать. — И я хочу, чтобы ты не был таким нежным.

Не нежно? Я пока сбавил обороты в диком сексе, слишком беспокоясь о том, что могу как-то навредить ей или нашему ребенку, но нельзя отрицать, что сдерживаться чертовски хреново.

Она переворачивается на живот, выпячивая попку.

— Хочешь жестко? — я встаю у ее входа, тесное пространство становится еще теснее под таким углом. — Как пожелаешь. — Одним движением я оказываюсь внутри и откидываюсь на ее спину. — Держись за край кровати, детка.

Она хватается за него обеими руками, когда я выхожу и снова вхожу в нее, темп моих толчков быстрый и требовательный, чтобы дать ей то, в чем она отчаянно нуждается.

Это рай.

— О Боже, — стонет она, когда кровать начинает ударяться о стену. — Не останавливайся.

Как будто я могу. Угол идеально подходит, и осознание того, что она хочет и нуждается в том, чтобы я взял ее вот так, заставляет первобытные инстинкты вырваться на поверхность. Через несколько минут на моей груди выступили капельки пота. Я борюсь с желанием проникнуть в ее горячую киску, когда ее стоны становятся все громче.

Она опирается на локти, выгибая спину, затем хватает мою правую руку и обхватывает ею свою набухшую грудь.

— Не сдерживайся, — прохрипел я, вонзаясь в нее. — Я заставлю тебя кончить снова. Столько раз, сколько тебе нужно. Отпусти.

Как только я беру ее твердый сосок между пальцами, она задыхается, и ее стенки пульсируют вокруг меня, оргазм настолько сильный, что она дрожит, сжимает в кулак простыни и извивается подо мной, толкаясь бедрами назад, чтобы взять меня еще глубже.

— Вот так, — говорю я, сильно вжимаясь в нее, чтобы продлить ощущения, пока она не отойдет от своего кайфа.

Я не прошу больше указаний. Я выхожу, просовываю руку под ее талию и тяну ее вверх, как тряпичную куклу, заставляя ее встать на колени на кровати и ухватиться обеими руками за подголовник.

— Тебе хорошо, принцесса? Хочешь еще?

— Да, — произносит она. — Я так сильно тебя люблю.

— Не больше, чем я люблю тебя. Держись крепче.

Я стискиваю ее горло, заставляя ее упереться затылком в мое плечо, когда я вхожу в нее, заставляя ее снова жалобно заскулить. Клянусь, ее грудь снова увеличилась за ночь. Они больше не помещаются в моей руке.

— Сильнее, — дышит она между тихими стонами. — Пожалуйста, Логан… сильнее.

— Шшш, все в порядке, тебе нужно больше, а не сильнее, — воркую я ей на ухо, а затем впиваюсь большим пальцем в ямочку на ее пояснице, вбиваясь в нее так, словно нахожусь на гребаном задании.

Я скольжу рукой от ее горла к клитору и двумя пальцами массирую тугие круги.

Этого все еще недостаточно, поэтому я поворачиваю ее и заставляю лечь на меня. Мои руки и рот свободны, чтобы дать ей больше, пока она скачет на мне, диктуя темп.

Это неистово.

Ей так нужна разрядка, что она впивается когтями в мою спину, поднимаясь и опускаясь в торопливом, требовательном темпе.

Я поглаживаю ее большим пальцем и занимаюсь ее набухшей грудью, проводя зубами по твердым соскам. Она стонет, задыхается, и я никогда так не любил выражение ее лица, как в этот момент, когда она сосредоточена только на себе.

Когда наступает третий оргазм, я опрокидываюсь вместе с ней на край, еще несколько раз погружаясь в нее, прежде чем остановиться.

Мы оба задыхаемся, мои мышцы горят, грудь вздымается, а сердце колотится так, будто я только что пробежал марафон.

— Ты такая горячая, когда кончаешь, — говорю я, медленно отстраняясь и касаясь губами ее затылка. — Тебе хорошо? Хочешь еще?

Мы не можем долго обходиться без секса, но последние две недели мне приходилось самому заботиться о своем члене два, а иногда и по три раза в день. А сегодня? Это была самая дикая поездка с тех пор, как я узнал, что она беременна. Я немного жалею об этом, зная, что она, скорее всего, будет болеть весь день, но, черт возьми, если бы это не было горячо.

— Я пока в порядке. Прости, я…

— Не надо. Не извиняйся. Я дам тебе все, что нужно. — Я целую ее в лоб. — Поверь, я более чем рад твоему сексуальному влечению.

— Это гормоны. — Она прячет лицо в ложбинке моей шеи. — Доктор Джонс говорит, что я должна перестать быть такой возбужденной к концу второго триместра. А может, и раньше.

— Я чертовски надеюсь, что нет. — Я опускаю руку ниже, проводя пальцами по ее животику. — Когда она начнет пинаться? Я тут старею.

— Ты спрашиваешь каждый день. Он не начнет пинаться по крайней мере еще месяц, а возможно, и дольше.

Мы оба уверены в поле ребенка. Кэсс говорит, что это мальчик, но она ошибается.

Я поглаживаю выпуклость большим пальцем и постукиваю пальцами по середине, чтобы разбудить нашу маленькую принцессу. Хотя, возможно, все эти укачивания только что сделали свое дело.

— Пни, — шепчу я. — Давай, Ава, пни папу.

— Ава? Ты хочешь, чтобы твоего сына звали Ава? Над ним будут издеваться в школе.

— Это девочка.

— Это мальчик, — хмыкает она. — А что думают твои братья?

— Ну, один из них думает, что я гей. — Я ухмыляюсь и уворачиваюсь, когда она пытается ударить меня по голове.

— Я имела в виду пол ребенка.

— Это не важно.

Триумфальная улыбка кривит ее губы.

— Они в команде Оуэна, не так ли?

— Они из команды мальчика. Но, блядь, Оуэна не будет. Нико — единственный, кто все еще на моей стороне. Он ставит на девочку. Он поставил всем по сотне баксов.

— А разве он не проигрывает каждый раз?

— Заткнись. Это девочка. — Я притягиваю ее к себе и целую в макушку.

— Я скажу тебе, когда он, твой сын, начнет пинаться, так что, пожалуйста, перестань спрашивать каждый день. И еще, тебе нужно отпустить меня.

Я хихикаю, убирая руку. У нее сейчас объем мочевого пузыря как у младенца, и я готов поспорить, что дальше будет только хуже.

Неважно. Мне это нравится.

Мне нравится заботиться о ней. Мне нравится каждый вечер заезжать в продуктовый магазин, чтобы купить побольше лимонов или того, что она просит. Мне нравится прижимать ее к себе и гладить по волосам, пока мы смотрим кино.