Слишком редкая, чтобы жить, или Слишком сильная, чтобы умереть
Шрифт:
Никогда не забуду, как однажды я проиграла все наши деньги в наперстки. Всю ночь Лидка прорыдала в подушку. Я сидела на ее кровати и тупо смотрела в одну точку.
– Юля, как ты могла?! Мы же столько времени откладывали!
– Лида, сама не знаю, как получилось. Я же видела шарик. Знала, где он. Я отгадывала. Я видела, как другие люди выигрывают.
– Да эти люди подставные. Это свои, понимаешь?
– Ну откуда я могла знать?! Я же хотела как лучше. Думала приумножить наш капитал. Все получилось как под гипнозом.
– Легких денег не бывает.
– Это я уже поняла. Только не пойму, как они это делают. Ведь я видела шарик, а когда я на него показывала – все мимо.
– Они же мошенники. Профессионалы.
– Тогда почему их не заберет милиция? Они же обманывают людей.
– Потому что милиция их крышует.
– Как же так?
– Юля, ты в какой стране живешь? Открой пошире глаза.
– Лида, я верну наши деньги! Обещаю!
– Да ты с ума сошла! Забудь.
ГЛАВА 9
На следующий день я отправилась на то место, где проиграла деньги в наперстки, и подошла к бритоголовым ребятам.
– Ребята, деньги отдайте.
– Какие деньги?
– Которые вы вчера обманным путем забрали. У меня, между прочим, лишних денег нет. Мне они слишком тяжело даются.
– Слушай, иди отсюда подобру-поздорову.
– Уйду. Если деньги вернете.
– Послушай, подруга, у тебя что, проблем мало? Добавить?
– Это я тебе сейчас проблемы сделаю! У тебя лицензия на игровую деятельность есть?
– Какая лицензия?
– Простая. Ты налоги государству платишь за то, что мошенничеством занимаешься?!
– Какие налоги?! Это моя территория!
– А у тебя на лбу написано, что территория твоя?! Ты ее купил?
– Купил.
– Тогда покажи документ на сделку купли-продажи.
– А ты кто такая, чтобы я тебе что-то показывал?!
На мои крики уже собралось много зевак, и проходящий мимо милицейский патруль не смог не остановиться.
– Что случилось?
– Тут мошенники народ дурят! – кричала я громче всех, но в это время наперсточники уже убрали свои коробки и сделали вид, будто они ни при чем.
– Тут девчонка сумасшедшая к нам привязалась. Вы бы ее проверили. Похоже, у нее не все дома.
Но не тут-то было. За меня заступились люди – они в один голос пошли говорить, что эти прохиндеи и в самом деле дурят народ на наперстках. Буквально через несколько секунд типчики растворились в толпе, а милиция грозно дала мне понять, чтобы я не нарушала порядок. В противном случае будут неприятности.
– Это я нарушаю?! – судорожно хлопала я глазами, сжав кулаки от охватившего меня чувства несправедливости. – Я, между прочим, потерпевшая. А вы преступников упустили!
Как только толпа разошлась и я направилась в сторону метро, чьи-то огромные руки схватили меня за шиворот и попытались затащить за ларек.
– Послушай, ты что, на всю голову отмороженная? У тебя напрочь чувство страха отсутствует?
– Деньги верните, – стояла я на своем.
– Знаешь, когда я тебя увидел, у меня первое желание было тебе голову проломить, – честно признался верзила. – А пригляделся, это желание напрочь отпало. Мы такую, как ты, давно ищем.
– В смысле?
Я дернулась, и верзила, наконец, убрал руки.
– Бригада, которая развела тебя на деньги, моя.
– Ты бригадир, что ли?
– Он самый.
– Надо же, начальник собственной персоной.
– Только не вздумай меня ментами пугать. Тут наши менты работают. Если они и захотят доставить кому-то проблемы, то только тем, кто идет против нас. Так что у меня здесь все схвачено. Нам как раз девчонка шустрая нужна, чтобы народ зазывала в наперстки играть. Давай с нами в доле работать. Деньгами не обидим. И свою потерю отобьешь и заработаешь нормально.
– Ты хочешь, чтобы я людей обманывала?!
– Не людей, а лохов. Улавливаешь разницу?
– Значит, я вчера лохом была?
– Конечно. Еще каким. Я, глядя на тебя, не выдержал, подошел и сказал, что хорош деньги спускать, а то без штанов останешься. Я же тебя домой прогонял, а тебе бесполезно. Смотришь задурманенными глазами и твердишь: «Сейчас отыграюсь и уйду». Я тебе уже и так и этак намекаю, мол, не отыграешься, а тебе по барабану. Пойми, если не мы лоха будем доить, это сделает кто-нибудь еще.
Через полчаса мы уже обедали в кафе, и мой новый знакомый объяснял схему моей работы:
– У тебя внешность яркая. Есть дар убеждения. Голосистая. А еще ты бесстрашная. Без царя в голове. Именно такую мы искали. Лохи будут клевать на твою внешность. Денег поднимешь. Когда в бригаде есть яркая и эффектная девушка, народ больше ведется. Кстати, меня Жгутом зовут.
– Это что, имя такое?
– Кличка. Мы по именам не общаемся.
– А у меня клички нет.
– Будешь Лавина.
– Почему?
– Потому что, когда я тебя сегодня увидел, подумал, это не девочка, а настоящая лавина. Дай волю, все сметешь на своем пути. Ты вообще знаешь, что такое страх? Это чувство тебе знакомо?
– Я вся – сплошной страх. Временами пугаюсь собственной тени. Единственное, чего не боюсь, так это с мужиками зубатиться.
– А ты с юмором.
Мы одновременно рассмеялись. Жгут посмотрел на меня уже более серьезно.
– В общем, я принимаю тебя на работу.
– Я как-то не привыкла устраиваться на работу, не зная заработной платы.
– Десять процентов от дневной выручки. Обычно даю пять. Так что десять процентов – неплохой старт для того, чтобы встать на ноги.
– Двадцать.
– Что?!
– Что слышал. Двадцать процентов – и по рукам.
– Послушай, нас в бригаде четверо. Трое плюс я. Не можешь же ты равную долю со всеми получать. Нам еще за место заплатить надо. Ментам дать. Знаешь, сколько нахлебников? У нас расходов немерено.
– Да какие у вас расходы? Картонная коробка, шарик да наперстки.
– Моя последняя цена десять процентов.