Чтение онлайн

– Черт его знает, – ответил он мне.

Захожу в «Лавленд» и попадаю в какой-то сумасшедший дом. Морти надрывается и орет на Нобби и двух работающих там пареньков. Продавцов он отчитывает за то, что они ленивые, ревет, что своей ленью поднимут мертвого из могилы, что он ни разу в жизни не видел, чтобы люди так старательно ленились, и что если они хотят получить затрещину, то это не проблема: пускай подходят и получают. Хотят ли они? Парнишки так напуганы, что боятся шелохнуться и отмалчиваются. Нобби же вот-вот разразится слезами. Ему тоже достается от Морти за невостребованные порноиздания, захламляющие помещение магазина. «Тебе следует играть с девчонками в парикмахерскую и накручивать бигуди, Нобби. Выгоняй этих никчемных придурков вон и начинай разбирать завалы. Сложи все ненужное в коробку и выбрось все на хер!!! И плевать мне, что сейчас субботний вечер. Хоть канун Рождества. Меня достало твое девчачье нытье каждый раз, когда я прихожу забрать бабки. Все понял, Нобби?» Вот примерно так.

Морти проходит мимо и кивком призывает меня следовать за ним. Мы молча шагаем к его машине. У моего друга сейчас такое же критическое состояние, как и тогда, когда после инцидента с Фредди Херстом, взмахнув плащом, он упорхнул от меня по ступенькам, ведущим к набережной канала. Мы направляемся на север к Эдгар-роуд. Он пыхтит и тяжело дышит, матерится себе под нос и постоянно качает головой. Если попытаться заговорить с Морти, когда он в таком виде, то он или сожрет тебя живьем, или просто проигнорирует твою реплику. В конце концов он успокаивается и сам начинает разговор.

– Ублюдок, который поставлял нам товары через Джима, не хочет нас знать в ближайшие месяцы. Говорит, что у нас нескромные запросы.

– Кажется, мы нашли покупателя на таблетки. На всю партию целиком. И сможем выручить за них два с половиной миллиона.

По-моему, его не впечатляет моя информация. Он просто пожимает плечами, как будто это совсем не его дело.

– Джин сегодня весь день был на тропе войны, совершал безрассудные поступки и сводил людей с ума.

– И кто, по его мнению, убрал Джима?

– Никто ничего не знает. С восьми утра мы с Джином мотаемся по всему Лондону, и ни одна собака ничего путного не прогавкала. Но Джин твердо намерен дойти до конца. Он отправился повидаться с каким-то мужиком, разговор с которым может состояться только наедине. Велел мне отсидеться в «Лавленде». Теперь же он хочет видеть тебя. Даже не спрашивай почему. Я все равно не знаю. Я уже сказал ему, что ты не очень-то силен в разборках. Но он настаивает на встрече с тобой.

– И где?

– Увидишь, когда доберемся.

Джина мы находим в общей комнате над забегаловкой в Килберне. Он сидит и потягивает виски прямо из бутылки. Пиджак висит на спинке стула. Из динамиков выводит ноты Элвис. Надеюсь, Джин не впал в меланхолию от того, что некто пристрелил его кореша. Комната обставлена в соответствии с пристрастиями богатого ирландского содержателя паба. Тут есть и бежевый кожаный диван, и религиозные атрибуты, а вдоль одной стены расположилась гигантская морозильная камера. Наверное, внизу гамбургеры расходятся «на ура».

– Если вам, парни, что-то понадобится, я!… – кричит хозяин.

Джин резко вскакивает.

– Нет, все и так отлично. Мы в порядке. Я скоро к тебе спущусь.

Макгуайр выставляет парня за его собственную дверь, аккуратно прикрывает ее, затем поворачивается и хватает меня за горло. Он швыряет меня в противоположную стену. Я выставляю руку вперед, пытаясь смягчить удар, но запястье беспомощно сгибается от удара. Раздается опасный треск, и тут же меня пронзает нестерпимая боль. Джин стремительно подбегает ко мне и со всего маху пинает ногой в живот. Перехватывает дыхание. Меня сейчас стошнит.

– Черт, Джин, ты что, совсем охренел? – ошарашенно вскрикивает Морт. – Уймись, мать твою! Слышишь, Джин?

– Заткнись, Морти! – цедит сквозь зубы Макгуайр, весь просто холодная ярость. – Через минуту все тебе объясню.

Джин поднимает меня за ворот, шарахает головой о стену и без усилий волочит к морозильной камере. Хозяин повесил на нее дешевый замок во избежание мелких краж. Джин хватает его, дергает, и тот, щелкнув, поддается грубой силе. Он поднимает крышку и сует меня лицом в лед. Чувствую горький леденящий холод. Пытаюсь медленно отодвинуться от заледенелых торговых упаковок гамбургеров и пакетов фигурно нарезанной картошки. Джин прямо впихивает меня в лед. Сильный мороз обжигает лицо. Клубами поднимается зловещая дымка и струится через края морозильника. Джин вытягивает меня за волосы, вцепляется массивной ручищей мне в нижнюю челюсть и прибивает головой к стене, так что я едва достаю ногами до пола. Ствол пистолета со всего маху сталкивается с моим лбом и рассекает кожу в кровь.

– Ну, давай выкладывай. Что мне нужно знать? А? Или, клянусь, придется засунуть тебя в этот ящик!

Там места хватит. Я чувствую дыхание Макгуайра. Оно пахнет виски и табаком.

– Не понимаю я, Джин. За что?

– Попадешь туда живым или мертвым! Понял? – надрывается Макгуайр, побагровев, как соус чили, и раздувая ноздри.

– Что ты от меня хочешь?

– Я запихну тебя туда в любом случае, убийца хренов!

– Джин, я никогда в жизни никого не убивал. Клянусь тебе. Здоровьем матери, – бессовестно вру я.

– Лжешь, мать твою! – ревет Джин, выбивая из меня мозги о стену.

– Джин, – встревает Морти. Тот поворачивает голову. – Он не убийца. У него даже пушки нет. Угомонись, дружище.

– Он убил Джимми, – талдычит Джин и снова окунает меня головой в холодильник, вдавливая ее в коробку с котлетами по-киевски, соскребая моей щекой иней со стенок камеры. Я зажат так, что не могу даже говорить, только вижу, как на белый иней из носа течет алая кровь.

– Не может быть, Джин, – мотает головой Морти. – Ты что-то путаешь, черт возьми. Отпусти его, а то сломаешь парню шею.

– А может, я хочу сломать его вонючую шею. Убери от меня свои руки, Мортимер! – кричит Джин.

Что это: безумная фантазия параноика, или же ему действительно что-то известно? Пронзающий холод обжигает щеку. Я даже забываю о ноющем запястье.

– Джин, – Морти встает на защиту моей жизни, – отпусти его. Поговори с ним по-человечески.

Одним движением Макгуайр вытягивает меня из морозильного ящика, задирает мне голову и швыряет через всю комнату. Пролетев над журнальным столиком, я приземляюсь на диван. Джин шагает ко мне. Сейчас он разорвет меня в клочья. Вот она – моя смерть. Но тут Морти – храни его Господь – прыгает между нами и преграждает ему путь.

– Успокойся, Джин. Прошу тебя. Пожалуйста, – чуть ли не умоляет он. Я еще ни разу не слышал, чтобы Морт употреблял это слово.

– Не смей говорить мне, чтобы я успокоился. Этот мелкий пакостник пришил Джимми.

– Почему ты так решил, Джин? – Морти отчаянно пытается утихомирить нашего ирландского друга.

– Ладно, уроды. Оставайтесь на месте и не двигайтесь. Сейчас я вам все расскажу.

Неужели ты снесешь это, Морт? Он назвал тебя уродом. Если они схватятся врукопашную, я мог бы незаметно проскользнуть мимо них в дверь или сигануть из окна.