Чтение онлайн

Два взгляда встретились, рассеченная светом тьма пронзительно сверкнула, отразившись в густой зелени, а нечто, отдалено напоминавшее человека, сделало еще один шаг. И сочувственно оскалилось, простирая беспокойные руки по направлению к девушке…

Ровно час до рассвета. Ровно десять шагов разделяет две человеческие фигуры… У которых осталось еще немного ночи.

Безразличный к творящейся вокруг суете, флегматичный до отвращения и расслабленный до безобразия, Гестас Рах задумчиво почесал подбородок и смачно сплюнул.

— Долго ждать… Не люблю.

— А что ты вообще любишь? — прищурился Мортимер Тамм. — Есть, спать, стрелять?

В армейской униформе он чувствовал себя неуютно, что выливалось в излишнюю язвительность. К тому же, из них двоих Морт был более эмоциональным, хотя со стороны и не скажешь. Со стороны они оба казались эдакими гранитными глыбами, которые мужественно переживают все невзгоды, с безупречной улыбкой отражая любую попытку вывести их из равновесия. Вот только… Если Гест действительно был спокойным и уравновешенным увальнем, то Морт скорее играл роль. Нельзя сказать, что неудачно — напротив, почти все купились на его маску, а некоторые — привет, Рей — так и вовсе считали курсанта Тамма едва ли не родственником Гестаса. Но сам-то Мортимер прекрасно понимал, что это не совсем правда… А точнее — совсем не правда.

— Я тишину люблю, — заявил Гест, размышлявший над важным вопросом — зевнуть прямо сейчас или подождать еще немного. — И когда все как всегда люблю. В общем, лишь бы перемен не было, а остальное переживу.

— Оно и видно, — мрачно изрек Мортимер, пытаясь справиться с нахлынувшим на него волнением. — Стоит себе, ворон… ой, то есть патроны считает, позевывает… да-да, не притворяйся мебелью, я-то прекрасно знаю, о чем ты сейчас думаешь… Так вот, позевывает и в ус не дует… то есть не в ус, а в нос… Или во что там? В общем, неважно.

— Что неважно? — курсант Рах приподнял бровь. Левую. — Все важно.

— Ага-ага, еще скажи, что тебе есть дело до всей этой суматохи. Скажи, что толпа тяжелых танков, которая вот-вот навалится на лагерь, тебя хоть сколько-нибудь беспокоит… Так я тебе и поверил.

— Почему же, беспокоит, — Гест ответил усмешкой на изумленный взгляд собеседника и обстоятельно, с чувством, с толком, с расстановкой, объяснил. — Меня беспокоит, что нам еще около получаса тут стоять и ждать, когда же эти улитки доберутся до нашей позиции. Хотя, какие полчаса… Больше. То есть, дольше придется тут торчать и на экран пялиться.

Он закончил проверять запасные обоймы и отложил их, вместе с автоматом, в сторону. Чтобы не мешали. Морт, заворожено следивший за этими манипуляциями, стыдливо подумал, что его-то оружие просто болтается за спиной, как досадная помеха. Нечищеное, непроверенное, непристрелянное… Все это курсант Тамм поленился сделать заранее, а сейчас дергаться поздно — не позориться же при товарище.

«Надеюсь, мне не придется им пользоваться… Это вон Гест пусть палит направо и налево. Ему нравится, вот и флаг ему в зубы. А я… Я подожду».

Правда, чего именно он будет ждать, Морт не знал. Ну, не продвигались его мысли дальше банального — избежать неприятностей, отойти в стороны, переждать беду. Он принадлежал к тем людям, которые при виде грозы прячутся под крышу, вырубают электронику и закрывают окна. Мортимер Тамм никогда бы не позволил себе пробежаться под дождем, когда над головой сверкают молнии и раздается величественный рокот грома. Он никогда не стал бы рисковать…

— Расслабься, — посоветовал Гестас Рах своему приятелю. — Время еще есть, а от твоей нервозности никакого проку в бою не будет.

— Кто только что говорил о неприятном ожидании? — излишне резко парировал Морт. — Уж не ты ли? Кстати, с Димом нам пришлось возиться намного дольше… И ничего! Ты, почему-то, не ворчал. Наоборот, постоянно мне говорил: «Потерпи, он нормальный парень, просто нужно дать ему время придти в себя». Говорил ведь?

— Говорил, — Гест степенно качнул головой. — И по-прежнему считаю, что был прав. Ты разве не видел тогда? Его состояние, его чувства… Он был, как нитроглицерин: с виду спокоен, но стоит серьезно зацепить… И все. Дим слетает с катушек. То есть, слетал, — поправил себя здоровяк. — Потому что сейчас, вполне вероятно, его уже нет в живых.

Неподалеку глухо громыхнуло, словно подтверждая слова «брата Димаса Раха», Морт даже непроизвольно обернулся, но увидел лишь пару растерянных курсантов, не знающих, что им делать с рассыпавшимися по земле ящиками. На их счастье — пустыми, а то, будь там боеприпасы, могло не поздоровиться всем… В том числе и Мортимеру Тамму.

«Повезло? Да нет, весь лагерь уже вооружился, ничего удивительного, что в коробках ничего не оказалось…»

Морт поежился, на всякий случай припоминая богов и святых. Он не был религиозным, но защита высших сил никогда не лишняя… Ох, не лишняя! Мало ли какой казус приключится, мало ли какая опасность подстерегает в следующем мгновении. Кстати, об опасностях… Вот сидят тут двое курсантов, два увальня с автоматами и кучей патронов, сидят и рассуждают о всякой ерунде. Каждый своими мыслями занят… Хотя, какие у Геста мысли? Так, одна банальщина сплошная — вон, как с автоматом возится, словно тот маленький ребенок, за которым каждую минуту глаз да глаз нужен. Или форма, которую здоровяк приводит в порядок каждое утро — похлеще того же Рея будет. Тот хоть каждую складочку на одежде не проглаживает раз по десять… А зачем? Какой в этом смысл? Не лучше потратить время на что поумнее? Впрочем, чего это он… Гест всегда был таким, а Морт всегда снисходительно относился к причудам товарища. Получая аналогичное отношение взамен. Если начистоту — они составляли почти идеальную команду, в которой каждый дополнял каждого. Мортимер выступал в роли эдакого мозга, генератора идей и, по случаю, гибрида стратега и тактика, а Гестас был своего рода мускулами, силовой частью их дуэта. Еще он, по случаю, сдерживал излишне горячего товарища, противопоставляя нездоровому энтузиазму спокойствие и уверенность. Что, надо сказать, действовало на Морта отрезвляюще… Но сейчас курсанта Тамма беспокоили иные мысли. Не о приближающейся танковой лавине, не о войне и о том, что их всех, быть может, поджидают аккуратные ряды металлических гробов…

Мортимера Тамма тревожил Лес Ивви. И те, кто вчера ушел в этот Лес.

— Слушай… — Морт неуверенно облизнул тонкие бледные губы. — А с чего ты взял, что Дим мертв? Этот кадр живучее любой заразы… Не верится, что он просто так копыта откинет. Не такой он человек. Или… — глаза курсанта потемнели. — Ты что-то знаешь? Что-то, чего не знаю я? Скажи!

Собеседник не повелся на столь явную провокацию — ветер шумел листвой где-то неподалеку, оттенки неба смещались в сторону более светлых, а солнце готовилось показать свой край из-за размытой линии горизонта. Все это вызывало у Геста чувство крайнего умиротворения, переходящего потихоньку в умиление и восторженную мечтательность. Поэтому, на выплеснувшееся в словах раздражение Морта он ответил даже мягче, чем обычно.

— Адам, — здоровяк приподнял правую бровь и широко улыбнулся, словно только что хорошо пообедал и не менее хорошо подремал после этого самого обеда. — Адам Голод. Наш неугомонный админ игры.

— Ну? Он-то здесь причем?

— Притом, — Гест направил дуло автомата на безмолвную стену Леса. — Если ты заметил, Адам ушел после Дима. Один. Никого не предупредив. Не думаешь же ты, что он отправился цветочки собирать.

— Не думаю, — подтвердил курсант Тамм. — Но данных все равно маловато. Лично я вообще не видел, как админ по-тихому свалил из лагеря… Ты точно уверен, что видел, как он входил в Лес? И даже если так… Какая связь между ним и Димасом? С равным успехом наш доморощенный гений мог преследовать любого бойца… Любого!

— Нет, — здоровяк тяжеловесно качнул лохматой головой. — Адам, конечно, редкостный проходимец, но, при этом, далеко не дурак. Ох, не дурак! Зачем ему бросаться в самое пекло из-за простых курсантов? Какой смысл?

— Верно, никакого… — с подозрением косясь на собеседника протянул Морт. — Постой! А с каких пор Дим стал таким особенным, аж жуть?

— Так ты не заметил?

— Чего именно? — опасения росли и крепли. — Адама? Дима? Их вместе? Или чего?

— Взгляда.

— Чего-чего? Ты спятил! — Морт выдавил из себя неубедительный смешок. — Или гражданских фильмов пересмотрел? Где они друг друга слезами умиления заливают… И ловят каждое движение, жест или… да, взгляд. Ну-у-у-у… не ожидал от тебя.