Чтение онлайн

Нос ноет и щекочет под ним. Отхожу подальше, к оставленным инструкторами рюкзакам. Отворачиваюсь, стягиваю балаклаву и прижимаю к разбитому носу охапку снега.

Она становится алой. Выкидываю, прижимаю свежую.

Ладно... Это ерунда. Это я точно переживу.

Слышу, как увеличивается частота вращения лопастей, взлетает вертолет. Волной воздуха меня сбивает, и я падаю на колени в снег.

Черт...

Как только давление воздуха в спину уменьшается, встаю, замечая, что сбило, слава всем богам, не только меня!

Гул становится тише.

Отряхиваюсь от снега.

– Псих, хочешь анекдот?
– улыбается Танго, вставляя в губы сигарету.

– Жги.

– “Приходит юнга к капитану: товарищ капитан, а что значит черная метка?
– Значит, тебя скоро убьют.
– А если мне прислали радужную?
– Ну... тоже хорошего мало."

– АХа-ха-ха-ха! Гыыы… - дружный басовитый ржач со всех сторон.

Это типа про меня?!

Закатываю едва заметно глаза. Смешно…

– Ну что ты так грустно смотришь, Бедолага?
– улыбается мне Танго, хлопая по плечу.

От хлопка едва ли не улетаю в сугроб в третий раз.

– Поздно так смотреть. "Фарш невозможно провернуть назад!.." - затягивает на весь лес, на известный мотив.
– Сто двадцать километров впереди!

Сто двадцать… - пытаюсь осознать это расстояние. Сто двадцать!!

Смотрю вслед улетающему вертолету.

Да, хорошего, Божена, мало. Но фарш обратно не провернуть…

Спуская со спины на зад хобу, или по нашему "поджопник", Солод садится чуть в стороне от всех.

Группа всегда идёт со скоростью самого слабого. Надеюсь, придем как положено по нормативам. Рюкзак ещё тащить ему...

– Бедолага, - подхожу.
– Рюкзак открывай.

Пока копошится, мне снова хочется отвесить себе рука-лицо. Потому что развязывает шнур он оттопырив мизинцы.

Ебать... Где ж ты таких манер набрался? Точно не от бати.

Присаживаюсь рядом на корточки.

Ищу у него в рюкзаке килограммовый паек.

– Это я к себе пока положу.

Встречаемся взглядами, через щели своих балаклав.

Не сразу понимаю, от чего меня коротит. Ааа... Ресницы! Черные и длинные. Словно маслом намазанные. Я такие, пожалуй, только у девок видел. И то, вряд ли свои. А ну ещё у пацанёнка сирийского видел, которого из под обстрелов вытаскивали.

Не в батю... Не в батю сын. Я бы прямо тест на отцовство сделал на месте Солода.

Вот, отжимался - в батю.

Я вообще, к танцорам без претензии, у нас вот Танго - танцор. Это ему никак не мешает мужиком быть. Но блять, эти мизинчики, реснички... Это зашквар!

– Ох, Валера, Валера... Тебя бы это... Тестостероном проколоть, что ли. Может, жизнь бы и заиграла другими красками. Ты когда руками что-то делаешь, не надо вот этого, - оттопыриваю мизинец.
– Пацаны не поймут. Насуют тебе в морду. У нас, нормальных мужиков, такая распальцовка уместна, только когда накуриться товарищу предлагаешь.

Кивает.

Ну хоть не капризный, и то хлеб... Кивает на всё.

– Товарищ инструктор, а чо мы без автоматов?

– Какой тебе автомат?
– поднимаюсь я.
– Совсем ошалел? У тебя ни одной боевой задачи на переходе не стоит. Ты должен научиться ориентированию и выживанию в зимней тайге.

– Здесь же зверья полно! Вон, тропа волчья.

– Волк не идиот, на толпу не пойдет.

– А если стая?

– Стая по нюху поймёт, сколько здесь боевых единиц прошло. Ей это неинтересно. Волки ищут больных, слабых... По запаху.

– Ну а если?..

– Но если лично тебе попадется Волк с ебанцой, у тебя нож-штурм и ядерный перцовый баллончик. Опорная нога вперёд, встречаешь зверя плечом, левое предплечье отдаешь волку, правой - струя в морду.

Бедолага ощупывает нагрудные карманы.

– Вот здесь твой "перец", - тыкаю ему в грудак пальцем, на нужный карман.

Ловко и быстро уклоняется от прикосновения, поддаваясь корпусом назад.

Ебанутое созданье... Но реакция - зачёт.

Ухожу к инструкторам.

– Пойдем, короче, к реке, а дальше по ней, там снега меньше, идти проще, - показывает на карте Танго.
– Вот здесь будет первая ночевка. А завтра к вечеру выйдем к усилителю сигнала. Отметимся Солоду. Йода, ты батарейки взял?

– Взял.

– Дальше пойдем по полосе лесного пожара... А там - посмотрим.

– Слышь, Бедолага...
– ловлю краем уха разговор.
– А ты чо такой изящный?

С подъебкой и явно провоцируя конфликт.

Скашиваю взгляд.

Бедолага показывает фак. Вот это правильная распальцовка, хвалю. Может и выйдет из него толк.

– Итак, бойцы! Сейчас мы поделим вас на тройки. Первая тройка в авангарде пашет в снегу тропу, вторая утаптывает. Остальные идут на лайте. Каждые двадцать минут, авангард идёт в тыл отдыхать, и в дело вступает следующая тройка. И вот так “ручейком” двигаемся.

– А нас же пятнадцать... И трое инструкторов. Кому Бедолагу?
– стебутся курсанты.

– Бедолага просто идёт в тылу и на том спасибо.

– Нечестно...

Оттягиваю нашивку, читая фамилию курсанта.

– Бобров... Бобров отныне у нас носит позывной "Честный". Честный сейчас решит по-честному, встаёт ли Бедолага в авангард наравне со всеми. Но если Бедолага упадет и не встанет, тащить его будет на себе Честный. Так как норматив никто нам не отменял. Так что?

– Не... Нахер такое. Пусть идёт "и на том спасибо".

– Честный у нас получил первый скилл по маршброску - "не нагружать бедолаг". Иначе, потащишь на себе. Силы в отряде должны быть усреднены нагрузками. Снег не жрать. Покараю. Все ждём привала и горячей воды. Первая тройка - Честного. И это второй скилл. Понял, какой, боец?

– Инициатива имеет инициатора?

– Бинго. Меньше выебывайся. Вперёд! Направление - между двух холмов.

Замыкаем с Танго строй. Перед нами - Бедолага.

Скашиваем друг на друга взгляды, беззвучно угорая над его походняком.