Чтение онлайн

Усилием воли подавив вспыхнувшую ярость, Дарес процедил сквозь зубы:

— Как вы встретились?

— Он пришел к кораблю… спросить, не нужна ли нам помощь, — на этот раз ответил Улис.

— И ты отдал ему инфокарту?

— Да.

— Зачем? — невольно вырвалось у Дареса.

— Я не мог позволить, чтобы она попала в руки Кадживейта.

— Почему же ты её просто не уничтожил? — спросил лорд. Лично он бы поступил именно так.

— Информация слишком ценная… отец должен… её получить, — хрипло ответил Улис.

— Куда пошел абориген?

— Я не знаю.

Дарес выругался и в сердцах стукнул кулаком по переборке. На жалобно дзангнувшем металле образовалась вмятина.

— Абориген должен передать инфокарту посланникам твоего отца?

— Я не знаю.

— Что ты сказал ему с ней сделать?

— Спрятать от приспешников Кадживейта.

Планета Датир находилась на самой границе удерживаемой императором Дагтом территории. Официально её обитатели, как и жители соседнего Катара придерживались нейтралитета, но тайно они поддерживали старую империю, снабжая Дагта карридием. Впрочем, продавали они его и Кадживейту, но по куда более высокой цене.

— Ты знаешь, куда он мог её спрятать? — без собой надежды спросил Дарес.

— Нет, — последовал ожидаемый ответ.

— Что ж, логично. Ты знал, что тебя будут допрашивать, — вынужден был признать лорд. — В таком случае, ты мне больше не нужен…

Дарес выхватил кинжал и одним движением перерезал Улису горло. Вытерев лезвие от фиолетовой кровь принца, он быстро зашагал к выходу.

— Пошлите императору Дагту соболезнования, — проходя мимо Корга, с надменной иронией бросил через плечо лорд и скрылся за круглой дверью.

Городов на Датире было немного, но абориген мог скрыться в любом из её многочисленных болот, и вся гвардия Дареса не сумела бы его там разыскать. Впрочем, утомительные, долгие поиски и не входили в планы лорда.

Стремительно взбежав на мостик, он обратился к командиру корабля.

— Я хочу, чтобы вы направили на все приемные станции Датира мое сообщение. Скажите, что я сравняю с землей все их города, если Тсагх, ходивший к месту крушения упавшего вчера корабля слайвис, не вернет то, что передал ему принц Улис.

— Ваша воля, лорд командующий, — проскрежетал у него в голове голос чоха.

— Дайте им декорий на размышление. Если ответа не последует, взорвите один из городов. Если и тогда реакции не будет, уничтожьте второй, и продолжайте взрывать их каждый декорий, пока вся планета не окажется в руинах.

— Вы считаете, это поможет? — безэмоционально спросил чох.

— Нет сомнений, о том, что один… или несколько местных ходили к упавшему кораблю знают многие. И гибель соплеменников может сподвигнуть их поделиться этой информацией. Слабаки всегда ломаются первыми. А привязанность к ближним — это слабость.

И, взмахнув полами черного плаща, Дарес покинул рубку.

Планета Кош

Лагерь

77 декарис 60 декория

3 декэдиса 124 декуна

Единственной мебелью в шалашах были сплетенные из веток гамаки. И если хрупкая Тала еще могла в них поместиться, то здоровенным землянам пришлось бы скрючиться в позе эмбрионов.

— Пожалуй, я лучше посплю снаружи, — хмуро пробормотал Медведь, разглядываяхрупкое ложе.

— По-твоему, лучше спать на земле? — резонно заметил Пилюля.

— Лучше! Я не помещусь в этих… веточках!.. — продолжал ворчать Медведь.

— Ложись на полу, — предложил Сверчок, забираясь в ближайший гамак.

Ноги снайпера свисали на пол, упираясь в противоположную стену. Перевернувшись на бок, он подтянул их к груди, кое-как втиснувшись в плетеное ложе.

Остальные последовали его примеру. Шумно сопя, Медведь возился в своем гамаке, пытаясь поудобнее устроить в нём свое большое тело.

На планету медленно опускалась ночь. Огня у пленников не было, и в шалашах царила тьма.

— Надеюсь, они не оборвутся под нами, — раздался из темноты задумчивый голос Скоробейникова.

Спустя секунду послышался сухой треск, а следом раздался глухой удар.

— СВЕРЧО-О-ОК!!! — заорал с пола Медведь.

Зазвучали тихие смешки. Потапов, было, приподнялся, чтобы переползти в соседний гамак, но потом махнул рукой и растянулся на полу.

Пилюля, несший первый караул, неслышно ходил вдоль шалашей. Заложив руки за спину, Булавин глядел во тьму. Сколько им уже пришлось пережить, а сколько еще предстоит?.. Веки полковника смежились, и он и сам не заметил, как провалился в сон.

Разбудили его раздававшиеся откуда-то из леса сухие хлопки. Натренированный слух половника мгновенно угадал в этих звуках работу ИМПов.

Открыв глаза, он стремительно сел. Рядом в гамаках шевелились его бойцы, но Медведя, который должен был нести караул последним, нигде видно не было.

— Что происходит? — испуганно спросила принцесса.

— Оставайтесь здесь, — приказал ей Молот и скомандовал своим бойцам: — Вперед!

Похватав ИМПы, земляне выскочили из хижины.

Медведь прижался к стволу одного из огромных деревьев, поливая огнем сновавших между шалашами существ.

— Чохи! — испуганно воскликнула Руся.

Хотя напавшие на деревню существа и отличались от тех «жуков», которых земляне видели на Лосманосе, вне всякого сомнения, это были именно чохи. Они были чуть меньше своих собратьев, охранявших арену Кадживейта, их чешуя имела темно-коричневый цвет, а вокруг жвал росли короткие, извивающиеся щупальца, похожие на какую-то уродливую бороду.

Трое чохов, разорванных на куски взрывными снарядами ИМПа, лежали у самых ног Потапова. Еще несколько мертвых «жуков» в беспорядке ваялось между шалашей, а десятки других чохов остервенело кидались на в панике метавшихся по лагерю, застигнутых врасплох обитателей лагеря. Чохи, никак не реагируя на огрызавшегося огнем Потапова, хватали пленников и исчезали с захваченной добычей меж деревьев.

Булавин увидел, как гибкая, многосуставчатая конечность обвилась вокруг ноги закричавшей от ужаса Идалы, и «жук» потащил свою жертву вглубь леса. Молот чертыхнулся и вскинул ИМП. Взрывная пуля врезалась в уродливую голову чоха, и «жук» рухнул на землю. Идала вскочила на ноги и опрометью бросилась прочь.

Рядом стреляли его бойцы.

— Их слишком много!!! — закричала Руся, поливая огнем снующих вокруг существ.

Земля между шалашей напоминал шевелящийся коричневый ковер. Но, вопреки всему, чохи не обращали внимания на стреляющих в них людей, и мало-помалу их поток начал истощаться.