Чтение онлайн

Просто отлично! Никакой информации. Ни-че-го!

Лана взглянула на часы, половина десятого, пора укладывать детей. Она отказалась читать книжку дочери, уж как-то неуверенно к тому моменту выговаривались у нее слова. Не слушая капризов, быстро уложила Кирилла. Дожидаться пока уснет, не стала. Прихватив бутылку с изрядно потеплевшим вином, переместилась к себе в комнату.

Включила негромко музыку, поставила бокал на столик, пожевала задумчиво кусочек сыра. Есть не хотелось вообще, хотя за день она даже нормально не пообедала.

Вино снова полилось в бокал. Уже третий по счету, в бутылке оставалось меньше половины. Движения Ланы становились всё более неуверенными. Она попыталась встать, чтобы сходить в душ, но удержать равновесие было сложно.

«Видел бы меня Серега», — хихикнула Лана. — «Сэр Гэй», как его называл один из немецких менеджеров, когда звонил по работе. Это было смешно. Сергей всегда злился, а Лана любила его поддеть при случае.

Ее подташнивало, всё вокруг расплывалось. Но она решила допить всю бутылку, раз уж сегодня такое настроение. С трудом удалось вылить остатки в бокал, часть расплескалась рядом.

Она еще помнила, как плакала, сидя на диване, как жаловалась самой себе, как упала бутылка и с грохотом покатилась по полу.

Уснула, не раздеваясь, кое-как свернувшись клубком. Фонари бликами освещали комнату и женщину с заплаканным лицом.

Сквозь пелену сознания прорывалось бесконечное: «Ма-а-а-м». Лана с трудом подняла голову, со стоном схватилась за виски. У дивана стояли испуганная Катя и насупленный Кирюшка, они дружно собирались зареветь, потому что вид матери их явно напугал.

С трудом Лана попыталась сесть, голову опять пронзила острая боль. Тошнило так, что перед глазами плавали зеленые круги, а фигуры детей временами теряли четкие очертания.

«Боже мой, как я вчера напилась… Кошмар какой… Который час? Дети голодные…» — в голове грудились мысли, но соображать было так тяжело, что оставалось только усилием воли собрать себя в кучу и попытаться встать.

Для начала как могла успокоила детей, потом ушла в ванную, где приняла душ и привела себя в порядок.

«Ты с ума сошла…Больше заняться нечем?» — зло произнесла вслух, глядя на свое отражение в зеркале.

Контрастный душ позволил немного прийти в себя, таблетка аспирина помогла уняться головной боли, уже можно было по-быстрому сварить кашу, прибраться в комнате. От запаха пролитого вина и алкоголя просто мутило. Лана брезгливо выбросила пустую бутылку, помыла и убрала посуду. Понимая, что ей необходим свежий воздух, собрала детей на прогулку и, несмотря на моросящий дождь, вышла на улицу. Голове, действительно, сразу стало легче, а мысли понемногу прояснялись.

Для того чтобы окончательно прийти в себя, гуляла с детьми намного дольше обычного. Катя и Кирилл были не против, можно было сколько угодно бегать, играть друг с другом, бросать камешки в воду и собирать упавшие, пусть и мокрые от дождя листья.

Прогулка помогла. Несмотря тошноту и слабость, в голове как будто всё встало на свои места, исчезли плаксивость и желание себя жалеть. Она решила подвести итоги.

Раз родные Андрея не хотят по какой-то причине с ней общаться, надо дождаться его звонка. Значит, надо ждать. Метаться по больницам — не выход. Это в ее пригороде, всего одна больница, а в городе их более тридцати. К тому же, теперь информацию о больном просто так не получить. Когда у Ольги мама лежала в травме со сложным переломом, так составлялся список родственников, кто мог посещать и узнавать состояние. Вся информация только через лечащего врача, а на входе давно сидят охранники, которые иногда даже родных не пропускают в отделения, если их нет в списке. Ольга еще долго возмущалась, что как будто не в больницу пришла, а в следственный изолятор.

Они уже возвращались домой, когда снова раздался звонок. — «Надо купить новый телефон, хотя бы самый простой, а то с этим неудобно», — подумала Лана, вынимая планшет из сумочки.

Незнакомый мужской голос сначала испугал, и она уже собиралась бросить трубку, но вдруг поняла, это Андрей. Как же изменился его голос, раз она его не узнала!

Пытаясь справиться с дрожью в руках, Лана покрепче вцепилась в планшет.

— Лана! Это я. Привет.

Это казалось каким-то чудом, и Лана даже не поверила, что снова слышит голос человека, которого, казалось, потеряла навсегда.

— Андрюша… — только и смогла тихо сказать она.

— Вот, сегодня разрешили звонить… телефона только у меня моего нет, поэтому у соседа по палате взял ненадолго.

— Как ты? Как ты себя чувствуешь? Ты звонил маме, сестре? Они мне сначала звонили, а потом исчезли. Я уже не знала, что и думать…

— Я говорил с ними. На днях могут разрешить посещения. А то, что они пропали… Понимаешь… Они просто еще с тобой не знакомы. И им многое видится по-другому… Но я им всё объясню. Ты не переживай.

Лана замерла. Она поняла, что первый шок у родственников спал, и теперь в случившемся они винят Лану. И правильно винят. Если бы она не вмешала Андрея в свои разборки с бывшим мужем, он бы не пострадал.

Скорее всего, и Андрей понимает, по чьей милости он оказался в больнице. И делать вид, что она не подозревает Сергея — нельзя. Даже если после всего, что произошло, Андрей решит с ней больше не встречаться. Она набрала в грудь воздуха и выпалила:

— Я знаю, кто тебя избил. К тебе приходили из полиции? Куда мне позвонить, чтобы рассказать всё?

— Никуда, Лан, не надо…Я не стал писать заявление. Кто там этими алкашами заниматься будет? Да и смысл?

— Мне кажется, в этом замешан Сергей… — упавшим голосом произнесла Лана.

Андрей помолчал. И по его молчанию она поняла, что он тоже так думает. Лана с силой сжала пальцы, ногти больно впились в ладошку.

— Тем более, Лана… — наконец, сказал он. — Если выйдут на него… Он отец твоих детей. Что мы Кате скажем? Что он ей скажет, если сядет, а потом выйдет и найдет ее? Так что давай не будем… Я всё уже для себя решил.

Лана прикусила губу. На глазах выступили слезы.

— Ты знаешь, когда всё это случилось, когда мне написали, что ты умер…Я думала, я умру тоже, — с трудом выдавила она.

— Видишь, я живучий, — попытался пошутить Андрей. — А Женьке голову оторву, когда выпишусь.

Лана улыбнулась.

— Что врачи говорят? Ты долго еще там будешь? Может, мне приехать, тебе что-нибудь надо?

— Врачи говорят, жить буду. Но поваляться немного придется. Передачки особо не нужны, я тут на особой, больничной диете. Но тебя видеть хочу безумно. Я соскучился.