Чтение онлайн

Лола постаралась взять себя в руки, как к ней подошёл Гордей.

– Что, крошка, трудно?
– спросил иронично.
– А мне как трудно!

Сказал так, как будто это Лола была виновата в сложившейся ситуации. В том, что сидит голая перед ними, показывая, как вибратор массирует розовые складочки. В том, что бесстыжая девица смотрит то на мучения и терзания Лолы, то плотоядно - на Гордея. В том, что не может сдвинуться с места чтобы прикрыться, одеться, сбежать из этого кошмара. В том, что боль, возбуждение и стыд смешались в дикий коктейль, вытравливающий всё живое изнутри.

– Прекрати, пожалуйста, - смогла выдавить из себя, прикусывая губы, чтобы не разреветься.

– Что прекратить?
– явно издевался Гордей.

– Развяжи меня.

– Нет, - снисходительно обронил.
– Я еще не наигрался.

– Ну так и игрался бы вот с ней, - кивнула на Алину.
– Зачем я тебе?

Гордей долго и задумчиво смотрел:

– С ней, говоришь? Можно и с ней.

А потом, усмехнувшись, добавил:

– Раз уж разрешила, можешь даже сказать, в какую дырку ей вставить. Есть предпочтения?

Лола наблюдала, как Гордей взял стул, на котором остались её вещи, поставил его между диваном и ней.

Она почти ничего не ощущала из-за ревности. Неужели он будет трахать эту девицу? Прямо при ней.

– Нет, Гордей, нет! Пожалуйста. Я не это имела в виду, - вжалась в стул.

– Почему же не это? Сама же сказала, чтобы я с ней...

– Прекрати!

Но Гордей расстегнул ширинку, вытащил свой возбужденный от наблюдения за Лолой член и одел на него презерватив, предварительно вынутый из кармана. Повернулся к Алине.

– Снимай трусики и наклонись. Обопрись на стул, - скомандовал.

Девушка с улыбкой встала с дивана, плавной раскачивающейся походкой приблизилась к Лоле, повернулась к ней попой и медленно стащила трусики.

– Не дразнись, - усмехнулся Гордей.
– Она же меня любит.

– Любит?
– вскинула бровь Алина, подходя к свободному стулу, наклоняясь и расставляя пошире ноги.
– Ты шутить.

– Да какие уж тут шутки. Смотри, сейчас зарыдает от ревности.

Лола только сейчас поняла, что по её щекам текут две дорожки из слез. И капают на грудь.

– О, извини, дорогая, - словно действительно сожалея, обратился Гордей к Лоле.
– Совсем забыл.

Он вернулся к столику, на котором остался смартфон, что-то поклацал опять на экране, и Лола поняла, что вот теперь она действительно умрёт. Вибратор, до сих пор работавший в половину, а то и в треть мощности, сейчас был включён на полную.

То, что испытала Лола в следующие несколько минут, трудно описать словами. С одной стороны в ней беспощадно вибрировал ненавистный гаджет, принося волны возбуждения и удовольствия. А с другой - ей хотелось исчезнуть и никогда больше не появляться в этом мире. Гордей, её принц, её идеал, её мужчина, трахал прямо при ней другую. При этом он специально стал боком к Лоле, чтобы ей лучше было видно, как массивный член плавно входит в нежную плоть, а потом так же плавно выходит. Руки мужчина держал за спиной, двигая только тазом. И еще хищно наблюдал за Лолой. Как будто впитывал её боль, ревность, унижение, её истерзанную любовь.

Алина также явно получала удовольствие от процесса. Мало того, что ей обломился секс с таким шикарным самцом, так еще и соперницу уделала. Она не понимала, что это не её игра, что это битва характеров тех двоих, кто явно сейчас совершал ошибку.

С каждым движением бёдер Гордея Лола рассыпалась на кусочки. А потом на еще более мелкие. Из-за вибрации она уже не понимала, где заканчивается возбуждение и начинается боль. Всё смешалось в один тугой узел. Слёзы продолжали литься из глаз, Лолу начало трусить. Еще чуть-чуть - и она сгорит, останется только пепел.

Лола закрыла глаза, чтобы не видеть секс любимого мужчины с другой. Но кто бы еще закрыл ей уши? Завязанные руки и ноги полностью лишали её возможности отключиться, сбежать из этого кошмара. Под стоны Алины, хриплое дыхание Гордея и шлепки их бёдер она могла только тихо скулить, глотая слёзы.

По участившимся шлепках и более громким повизгиваниям Алины Лола поняла, что финал парочки уже близок. А еще с ужасом ощутила, что её возбуждение тоже скоро выйдет наружу.

Через несколько мгновений это действительно произошло. Трое кончили почти одновременно. Алина с громким вскриком. Гордей - с утробным рычанием, всё так же немигающим взором наблюдая за Лолой.

И Лола, которую во время оргазма накрыла истерика. Её трусило, грудь сдавил спазм, стало нечем дышать, слезы теперь уже потоком текли по щекам. Организм просто не выдержал нервного и физического напряжения. Дрожание перешло в судороги. Но Лола не могла освободиться. Она только молча открывала и закрывала рот, не произнося ни звука и не в состоянии сделать вдох.

Гордей, наблюдавший за ней всё это время, отреагировал почти мгновенно. Он отпихнул в сторону Алину и со словами:

– Пошла вон, - бросился к Лоле.

Девушка, привязанная к стулу, задыхалась. Её била крупная дрожь.

Гордей подскочил к ней, схватил за плечи, начал трясти. Прямо вместе со стулом. Но у Лолы так и не получалось сделать вдох.

– Дыши!
– приказал, почти закричал.
– Дыши-и-и!!!

От того, что мужчина орал, как ненормальный, ничего не произошло. Глаза девушки закатились. Только снова судороги. И становилось понятно, что она отключается.

Тогда мужчина размахнулся и резко ударил её по щеке.

Удар отрезвил, позволил вынырнуть из истерики, глотнуть хоть немного кислорода. А потом еще... и еще...

– Вот так, маленькая. Давай, дыши!

Гордей быстро развязал девушке руки, потом ноги. Непрестанно приговаривая:

– Дыши, моя хорошая. Дыши, куколка...

Все это время девушка сидела с закрытыми глазами, судорожно хватая ртом воздух. Грудь ходила ходуном.

Как только освободил Лолу, мужчина схватил девушку в охапку и потащил на диван. Положил на спину.

– Девочка моя. Куколка. Дыши...
– уговаривал.

Потом, будто бы опомнившись, выдернул из неё злополучный вибратор. Отшвырнул в угол, не выключив. Как мерзкую жабу.

Лола, так и не открывая глаза, задышала спокойнее. Она по-прежнему была голой, только в чулках. И озноб всё еще продолжался. Поэтому мужчина полез в нижний ящик комода, вытащил плед и укрыл её.

– Вот так, моя сладкая. Дыши...
– уже намного более спокойно проговорил в макушку.

Видно было, что Лола по чуть-чуть приходит в норму. Губы из синюшных приобретают обычный цвет. Кожа перестаёт быть мертвенно бледной.

Гордей лег рядом, укутал не только пледом, но и своими объятиями.