Чтение онлайн

Его глаза сузились, он почти стал раздраженным, когда оттолкнулся от меня.

— Итак, никаких развлечений, пока я не заплачу?

— Да, ты уже должен за эту ночь пять сотен баксов, а еще даже не видел меня голой.

— Ну, хорошо, раз ты настолько привержена идее, что мне стоит внести значительный платеж, почему бы тебе не сказать, сколько ты хочешь, скажем, за всю ночь?

— Всю ночь?

— Да, допустим, за пять часов ночи? Какова твоя цена?

— Двенадцать сотен баксов, — сказала я, не дрогнув.

— Что если я захочу тебя, скажем, на… два дня. Сколько будет стоить такое развлечение? — спросил он, его глаза были широко распахнуты, а желваки стиснуты.

— Четыре тысячи долларов, и это выгодная сделка, — снова сказала я, не дрогнув.

Он громко рассмеялся.

— Ты знаешь, что придумываешь эти цифры, прекрасная Роуз? Хорошо, как насчет того, что я сделаю то же самое, и предложу шесть тысяч долларов за развлечение на все время моего пребывания в городе? Это справедливо? — его блекло-голубые глаза мерцали; выражение лица было довольным, и в этот раз он ждал быстрого ответа.

— Ну, Мистер Ч, это зависит от того, как долго ты пробудешь в городе, — парировала я.

Он притянул меня к себе, пройдясь кончиком носа по моей щеке и приблизившись губами к уху, затем схватил за руки и завел их за мне за спину.

— Никогда не называй меня так, — потребовал он. Тепло его дыхания коснулось моей шеи.

Я ахнула, мое сердце колотилось в груди.

— Как тогда мне следует тебя называть? Я даже имени твоего не знаю. — Мышцы плеч заныли. Я хныкнула, когда он усилил хватку. Маленькая обиженная девочка глубоко во мне забралась в шкаф, свернулась в клубок и пыталась защититься, но женщина, которой я была, та, которой стала, которая продавала свое тело за деньги и брала быка за рога, считала это до странности сексуальным. Что-то в нем: богатство, которое у него было, уважение, которым он располагал, волновало меня до глубины души. Возбудившись, меня не заботило то, как он хотел, чтобы я его звала, мне просто было нужно, чтобы он трахнул меня.

— Тебе это нравится? — прошептал он, и потерся своей легкой щетиной по моему лицу. Его серо-голубые глаза сузились, красноречиво показывая, кем бы он хотел меня видеть, когда я на его территории. Я снова захныкала и слегка кивнула.

— Это «да»?

— Да, — тяжело дыша, сказала я. Каждый нерв умолял его ласкать мою кожу, касаться меня так, словно до него никто этого не делал.

Он, мужчина, который даже не назвал своего имени, вытащил мои руки из-за спины и завел их за голову. Я сплела пальцы, он опустил мои руки мне на затылок. Медленно провел пальцами по моей щеке, коснулся губ и приоткрыл рот, прижав пальцем нижнюю губу. Мышцы его шеи напряглись, когда он сглотнул. Я провела кончиком языка по губам, пробуя на вкус желание, которое он показывал мне, и которое я хотела принять.

— Держи руки так. Не двигайся. — Он провел пальцами между моих грудей и до верхней пуговицы коротеньких шортиков. Дрожь опустилась по позвоночнику и начала накапливаться в киске.

Он просунул руку в карман моих шорт, достал телефон и бросил его на стол позади меня.

— Что-то еще? — Он выдохнул слова у моей кожи, наклонившись и прижавшись пухлыми губами к тому месту на моей шее, где бился пульс.

— Да, восемь тысяч долларов, и я останусь с тобой, пока ты в городе. — Я резко вздохнула. И застыла, когда почувствовала, как его пальцы расстегнули пуговицу и опустили молнию на моих шортиках. Его дыхание стало прерывистым, а твердый член выпирал в брюках.

— Восемь тысяч и ты будешь моей и только моей? Чего бы я ни захотел от тебя, ты все сделаешь? В чем бы я ни нуждался, ты дашь мне это? Я несу чушь, моя прекрасная Роуз, — он скользнул пальцами по моему бедру, под шортики, и с силой дернул их, заставляя упасть к моим самым сексуальным красным туфлям.

Не вздрогнув, не прикрыв себя руками между ног, я стояла там голая ниже пояса и смотрела, как он сантиметр за сантиметром изучал меня. Сначала его взгляд скользнул по лодыжкам, затем прошелся от голеней до колен, его глаза впитывали каждую, утоляющую жажду, клеточку моего тела. Он ласкал пальцами мое бедро, а я не двигалась. Я настроилась выиграть эту игру. Что бы он ни думал, игра или нет, я не собиралась сдаваться. Восемь тысяч долларов — более чем разумная плата, раз он отлучает меня от постоянных встреч. Конечно же, восемь тысяч — я заработала бы за три очень, очень хороших месяца. Но ему не стоило знать об этом.

Его пальцы порхали по внутренней стороне моего бедра.

— Выйди из шорт, но не снимай туфли.

Я сделала то, что он просил, все еще держа руки на затылке. У меня затекли локти. Он опустился на колени и отодвинул в сторону мои шортики. Проведя носом по внутренней поверхности моего бедра, в то время как кончики его пальцев скользили по внешней, он выпрямился, ухватившись за край моего шерстяного свитера и тонкой черной майки. Наши взгляды встретились в немом разговоре, и я поняла, о чем он просил, даже не произнеся ни слова. На мгновение, я оцепенела от его молчания. Опустить ли мне руки, чтобы снять майку и свитер, или стоять так, не двигаясь, пока он не скажет мне, что делать?

— Я хочу увидеть, как каждый сантиметр твоего тела реагирует на мое прикосновение.

Я кивнула и вытянула руки из затекшего положения за головой, чтобы ухватиться пальцами за тонкий край черного топа и снять его.

— Что ты делаешь? Я сказал тебе двигаться?

— Нет, но ты хотел, чтобы я разделась, Мистер.

— Просто подними руки вверх.

Он поставил ногу между моих лодыжек и заставил расставить ноги шире. Потом стянул майку и свитер одним быстрым движением.

И я осталась только лишь в черном кружевном бюстгальтере и красных туфлях на четырехдюймовых шпильках. Холодный воздух в комнате коснулся моего тела, прежде чем его руки начали ласкать мою талию и поднялись вверх по моему позвоночнику к лифчику. Задержав дыхание, я стояла напротив него, а по моей коже пробегали мурашки; от его прикосновений оставалась гусиная кожа. Он поглотил меня полностью. Стирая пространство между нашими телами, его пальцы проворно расстегнули застежку на моем лифчике, освобождая от давления лямок на моих плечах. Мои сиськи обрели свободу, соски затвердели, ведь каждый нерв заканчивался либо между моих ног, либо на сосках.

— Моя милая Роуз, опусти руки, — выдохнул он.

Взгляд моего безымянного любовника прилип к моей груди, когда он снял расстегнутый лифчик с моего тела. Он с трудом ухмыльнулся, неровно дыша и держа бюстгальтер кончиками пальцев, а потом бросил его в груду моих вещей, которые бросал на пол.

Погладив руками мои плечи, опустился к локтям и проследовал ниже, и наши пальцы сплелись. Подняв мои руки, он сделал шаг назад. Я была обнажена, как в день своего рождения, но уже сформирована намного больше, чем в тот день, когда меня лишили невинности. Он наклонил голову, рассматривая меня. Впервые в жизни мужчина смотрел на меня как на женщину, которой я должна была быть, а не как на существо, которым я стала. Его внимание заставляло мое сердце еще больше колотиться в груди. Воздух в комнате овивал мое обнаженное тело; каждая клеточка была наполнена волнением, когда я сменила позу. В голове тикали часы, когда я увидела его взгляд, впивающийся в мою обнаженную кожу. Он сделал еще один резкий вдох, прежде чем начал говорить те слова, из-за которых моя киска стала мокрой от чистого сексуального желания.

— Ты идеальный шип ядовитого стебля, моя прекрасная цветущая Роза. Осторожно дожидающаяся, когда я вдохну твой аромат, сорву и вытащу из куста. — Его шепот превратился в грубый рык.

Каждая частичка моего тела таяла от его слов, колени ослабли, пульсация между ног участилась. В эту секунду мне было нужно, чтобы он трахнул меня. Меня не беспокоило, отдаст ли он мне гребаные деньги, этот мужчина пленил меня своими глазами, завладел мной своими словами. Неужели этот безымянный мужчина будет тем, кто, наконец, даст мне настоящую передышку, которую я искала всю жизнь? Исцеляясь словами, соскальзывающими с кончика его языка и без усилия проникающие в каждую фибру моего существа, я желала, чтобы он украл мое дыхание и убил моих демонов. Я была готова раствориться в любом предложении, которое он бы не сделал, и стала бессильна в своем намерении оставаться профессионалом. Это вдруг стало личным, очень личным. Я согнула руки в попытке коснуться его тела, нуждаясь почувствовать его губы, сливающиеся с моими, но он отступил на шаг назад. Мое сердце, подступившее к горлу, упало вниз.

— Ты не хочешь меня? — спросила я, неподвижная от его слов, чувствуя себя глупо из-за того, как легко я позволила себе сыграть в его игру.

— Я не говорил этого.

— Тебе и не нужно, твои действия говорят сами за себя, — произнесла я.

Я была эмоционально растерзанна. Я оттолкнула его и отвернулась, чтобы одеться; вдруг он прижался всем телом ко мне сзади. Его губы прижались к моему уху, голос приказывал. Он крепко прижался к моей спине, а рука обхватила грудь, накрыв ее ладонью. Другая рука легла между моих ног, длинными пальцами глубоко проникнув в мою киску.