Чтение онлайн

Более двух веков томилась Русь под властью Орды, более двух веков терпела Русская земля порабощение от иноплеменников. Но русский народ и под ордынским гнетом спасался от гибели тем, что хранил святую веру Христову в сердцах своих. И святая вера Православная помогла народу покаяться, объединиться, обрести свободу и благоденствие, создать могучую Российскую державу.

Возлюбленные о Господе братья и сестры!

В прошлом веке пошатнулись духовные основы жизни России. Страшен и грех русского народа, соблазнившегося безбожными теориями, допустившего над собою власть богоборцев-большевиков, забывшего заветы благочестивых предков, во множестве утратившего даже веру спасительную. За этот грех и карает нас Господь Правосудный. В конце прошлого – начале нынешнего века Россия стала унижена, как во дни нашествия ордынского, и миллионы русских людей постигли тяжкие страдания, разорения, нищета. Бедствия будут длиться, если народ не покается, не обратится к Господу Милующему.

Подвиг святых мучеников князя Михаила Черниговского и боярина его, Феодора, учит нас: неизмеримо страшнее, чем утрата богатств и имуществ, земной славы и чести, потеря святой веры, измена Христу Спасителю, обрекающая человека на вечную гибель. Веру Христову должны мы хранить в любых обстоятельствах, беречь ту святыню в сердце своем, тогда смилуется над нами Господь, поможет выстоять в этой жизни и обрести счастливое бессмертие.

Святой мученик Михаил сподобился венца в Царстве Небесном, и благословение князя-страстотерпца почило на его потомках: в лике святых просияли его дочь, преподобная Евфросиния Суздальская, и его внук, благоверный князь Олег Брянский, от него произошли знаменитые русские роды князей Брянских, Горчаковых, Долгоруких, Волконских, Оболенских, Одоевских, Щербатовых. Если мы всей своей жизнью: словом и делом, христианской любовью и мужеством – будем свидетельствовать святую Православную веру, благо будет и нам, и детям, и внукам нашим, и всему народу нашему. По слову святителя Филарета Московского: «Ничто столько не нужно человеку, как вера. От нее зависит не только блаженство будущего, но и благополучие настоящей жизни, и не только благополучие каждого из нас, но и благосостояние целых обществ».

Будем же беречь в душе величайшее и вечное сокровище – веру Христову – и не постыдимся в уповании на Вселюбящего Спасителя. Пусть укрепляют нас среди житейских трудов и испытаний те, кто не устрашился мучений и смерти за веру Господню, – блаженные небожители князь Михаил Черниговский и боярин Феодор, к которым ныне взываем мы со всею Церковью:

«Жизнь вашу мученически совершивше, исповедания венцы украсившеся, к небесным востекосте, Михаиле премудре с доблим Феодором: молите Христа Бога сохранити Отечество ваше и люди, по велицей Его милости», Ему же слава вовеки.

Аминь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Дорогие во Христе отцы, братья и сестры!

Сегодня Святая Православная Церковь празднует обретение честных мощей святителя Димитрия Ростовского – верного служителя Христова, защитника Православия, доброго пастыря, ревностного делателя на ниве Христовой.

Будущий святитель родился в 1651 году в Малороссии (как тогда называли Украину) в семье простого казака Саввы Туптало и во Святом Крещении получил имя Даниил. Родители Даниила были незнатного происхождения и небогаты, но владели неоценимым сокровищем, неизмеримо более дорогим, чем все богатства этого мира: искренней христианской верой и благочестием. Особенно благочестива была мать, о которой святитель впоследствии отзывался в своих письмах и дневниках с величайшим почтением. Под мудрым руководством таких родителей и сын их вырос христианином; в сердце мальчика горела искренняя любовь к Богу, крепнувшая с каждым днем.

Будучи людьми простыми, родители Даниила тем не менее весьма уважали книжную ученость, науки, хотели, чтобы сын их вырос образованным человеком. Мальчик получил неплохое по тем временам домашнее образование, а по достижении одиннадцатилетнего возраста был отправлен в Киевское братское училище. Способный ученик вскоре обратил на себя внимание как преподавателей, так и одноклассников своими многочисленными талантами, соединенными с поразительным для его возраста трудолюбием. Повезло Даниилу и с учителями: это были не бездушные схоласты западного типа, какими, к несчастью, в те годы уже начинали заполняться духовные училища России и Малороссии, а люди, действительно любившие свой предмет и стремившиеся поделиться знаниями с учениками. Так, в числе преподавателей Киевского училища был знаменитый проповедник и полемический богослов Иоанникий Галятовский (1620–1688); под его руководством Даниил в совершенстве овладел различными приемами риторики, что впоследствии очень пригодилось ему как в пастырской деятельности, так и в борьбе с расколом.

Усердные занятия науками нисколько не повредили и благочестию юного Даниила. Мальчик по-прежнему прилежно изучал Священное Писание и творения святых отцов, в свободное время молился, любил бывать в храме на богослужениях. Очень нравилось Даниилу читать о подвигах древних подвижников веры; в душе его постепенно росло желание уподобиться этим великим мужам.

В 1665 году Киев перешел под власть римско-католической Польши, и многие православные церковные деятели, в том числе и преподаватели Киевского училища, вынуждены были покинуть город и искать убежища в областях, остававшихся в русском подданстве. Возвратился в отчий дом и Даниил. К этому времени он уже окончательно решил для себя, что станет монахом; поэтому, прожив некоторое время с родителями, юноша стал просить их отпустить его в монастырь. Благочестивые родители, убедившись, что намерение сына – не юношеская романтическая прихоть, а обдуманное решение, дали ему свое благословение, и Даниил поступил послушником в киевский Кирилловский монастырь, где настоятелем был один из его учителей, бывший ректор Киевского училища игумен Мелетий Дзик. Хорошо зная своего бывшего ученика и духовного сына, отец Мелетий не стал испытывать его слишком долго; спустя год послушничества Даниил был пострижен в монашество с именем Димитрий, а еще через год рукоположен в сан иеродиакона.

Молодой иеродиакон с великим усердием подвизался на иноческом поприще. Священный сан отнюдь не заставил его возгордиться; он со смирением исполнял все монастырские послушания, приходил в монастырский храм на службы первым и уходил последним, много молился и, по слову Священного Писания, «всем был слугой». Не оставлял Димитрий и научных занятий: по поручению игумена он сочинял в своей келье душеполезные тексты, изучал Писание и святоотеческое богословие. По сути, его обучение продолжалось под руководством все того же преподавателя – ректора училища, которое им обоим – и учителю, и ученику – пришлось покинуть не по своей воле.

Так прошло несколько лет. Иеродиакон Димитрий достиг больших успехов как в богословских науках, так и в деле проповеди, и игумен Мелетий решил ходатайствовать о его рукоположении в сан священника, хотя Димитрию было всего двадцать четыре года. С этой целью игумен представил своего ученика архиепископу Черниговскому Лазарю (Барановичу; 1616–1693).

Поговорив с молодым иеродиаконом, владыка был весьма впечатлен его духовными, проповедническими и научными дарованиями. Рукоположив Димитрия в священнический сан, архиепископ Лазарь пригласил его на должность проповедника при Черниговском соборе.

Более двух лет проповедовал иеромонах Димитрий в этом соборе и других храмах Черниговской епархии. Повсюду разнеслась о нем слава как о замечательном проповеднике, который своими искусными словесами зажигает в сердцах слушателей стремление служить Богу и, что самое главное, не только лишь устами произносит эти красивые и правильные слова, но и сам живет так, как учит других. Личное благочестие отца Димитрия было для его прихожан не меньшим примером, чем его искусно составленные и произнесенные проповеди.

Когда Киев и прилегающие к нему области были освобождены от поляков, Димитрий вернулся в край своей юности по приглашению гетмана Самойловича и поселился в Николаевском Крупицком монастыре, где продолжал ревностно подвизаться в посте, молитве, непрестанном чтении душеполезных книг и проповеди слова Божия. Так благочестивый иеромонах надеялся провести всю свою жизнь, работая Богу в тишине и безмолвии; но, по слову Господню, не может укрыться город, стоящий на вершине горы (Мф. 5, 14), – поэтому и столь талантливый учитель благочестия не мог, конечно, укрыться от глаз нуждающейся в наставлении паствы.