Чтение онлайн

Как-то раз одному монаху [33] стало очень больно за бесов. Приклонив колена, пав ниц, он молился Богу следующими словами: «Ты – Бог, и стоит Тебе захотеть, Ты можешь найти способ для спасения и этих несчастных бесов, которые сперва имели столь великую славу, а сейчас обладают всей злобой и коварством мира, и если бы не Твоё заступничество, то они погубили бы всех людей». Монах молился с болью. Произнося эти слова, он увидел рядом с собой морду пса, который показывал ему язык и его передразнивал. Видимо, Бог попустил это, желая известить монаха, что Он готов принять бесов, лишь бы они покаялись. Но они сами не желают своего спасения. Посмотрите: падение Адама уврачевалось пришествием Бога на землю, вочеловечением. Но падение диавола не может быть уврачевано ничем иным, кроме его собственного смирения. Диавол не исправляется потому, что не хочет этого сам. Знаете, как был бы рад Христос, если бы диавол захотел исправиться! И человек не исправляется лишь в том случае, если не хочет этого сам.

– Геронда, так что же, диавол знает, что Бог есть Любовь, знает, что Он любит его, и, несмотря на это, продолжает своё?

– Как не знает! Но разве его гордость позволит ему смириться? А кроме этого, он ещё и лукав. Сейчас он старается приобрести весь мир. «Если у меня будет больше последователей, – говорит он, – то в конце концов Бог будет вынужден пощадить все Свои создания, и я тоже буду включён в этот план!» Так он полагает. Поэтому он хочет привлечь на свою сторону как можно больше народу. Видите, куда он клонит? «На моей, – говорит, – стороне столько людей! Бог будет вынужден оказать милость и мне!» Он хочет спастись без покаяния! А разве не то же самое сделал Иуда? Он знал, что Христос освободит умерших из ада. «Пойду-ка я в ад прежде Христа, – сказал Иуда, – чтобы Он освободил и меня!» Видишь, какое лукавство? Вместо того чтобы попросить у Христа прощения, он сунул голову в петлю. И посмотрите, благоутробие Божие согнуло смоковницу, на которой он повесился, но Иуда, не желая остаться в живых, поджал под себя ноги, чтобы они не касались земли. И всё это ради того, чтобы не сказать одно-единственное «прости». Как это страшно! Так и стоящий во главе эгоизма диавол не говорит «согреших», но без конца бьётся над тем, чтобы перетянуть на свою сторону как можно больше народу.

Смирение обладает великой силой. От смирения диавол рассыпается в прах. Оно – самый сильный шоковый удар по диаволу. Там, где есть смирение, диаволу не находится места. А если нет места диаволу, следовательно, нет и искушений. Как-то раз один подвижник принудил тангалашку сказать «Святый Боже…». «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный!» – протарабанил тангалашка и на этом остановился, «помилуй нас» не говорил. «Скажи: „Помилуй нас!“» – Куда там! Если бы он сказал эти слова, то стал бы ангелом. Тангалашка может сказать всё, что хочешь, кроме «помилуй нас», потому что для произнесения этих слов необходимо смирение. В прошении «помилуй нас» есть смирение – и просящая великой милости Божией душа приемлет просимое.

Что бы мы ни делали, необходимы смирение, любовь, благородство. Ведь это так просто – мы усложняем нашу духовную жизнь сами. Будем, насколько возможно, усложнять жизнь диавола и облегчать жизнь человека. Сложны для диавола и легки для человека любовь и смирение. Даже слабый, болезненный, не имеющий сил для подвижничества человек может победить диавола смирением. Человек может в одну минуту превратиться в ангела или в тангалашку. Как? Смирением или гордостью. Разве много времени понадобилось для того, чтобы Денница превратился из ангела в диавола? Его падение произошло за несколько мгновений. Самый лёгкий способ спастись – это любовь и смирение. Поэтому нам нужно начать с любви и смирения, а уже потом переходить к остальному.

Молитесь Христу о том, чтобы мы постоянно радовали Его и расстраивали тангалашку, коли ему так нравится адская мука и он не хочет покаяться.

Геронда, почему диавола называют «миродержцем»? Он что, правда, владычествует миром?

– Этого ещё не хватало, чтобы диавол правил миром! Сказав о диаволе князь мира сего [34] , Христос имел в виду не то, что он миродержец, но то, что он господствует суетой, ложью. Да разве можно! Разве Бог допустил бы диавола до миродержительства? Однако те, чьи сердца отданы суетному, мирскому, живут под властью миродержителя века сего [35] . То есть диавол правит суетой и теми, кто порабощён суете, миру Ведь что значит слово «мир»? Украшения, суетные финтифлюшки, не так ли? [36] Итак, под властью диавола находится тот, кто порабощён суетой. Сердце, пленённое суетным миром, удерживает душу в состоянии неразвивающемся, а ум – в помрачении. И тогда человек только кажется человеком, по сути же он является духовным недоноском.

Помысел говорит мне, что величайший враг нашей души, враг больший, чем даже диавол, – это мирской дух. Он сладко увлекает нас и навеки оставляет нас с горечью. Но если бы мы увидели самого диавола, то нас охватил бы ужас, мы были бы вынуждены прибегнуть к Богу и без сомнения шли бы в рай. В нашу эпоху в мир вошло много мирского, много духа мира сего. Это мирское разрушит мир. Приняв в себя мир сей, став изнутри мирскими, люди изгнали из себя Христа.

– Геронда, почему же мы не понимаем, как много зла приносит мирской дух, и увлекаемся им?

– Потому что мирской дух проникает в нашу жизнь мало-помалу. Как ёж к зайцу в домик входил: сначала он попросил у зайца разрешения просунуть в его домик свою голову, чтобы она не мокла под дождём. Потом просунул в домик одну лапку, потом другую, и, наконец, весь протиснулся внутрь, и своими иголками вытеснил косого из его жилища. Так и мирское мудрование обманывает нас маленькими уступками и мало-помалу овладевает нами. Зло идёт вперёд потихоньку. Если бы оно продвигалось резкими скачками, то мы бы не обманывались. Когда озорники ошпаривают лягушку, то льют на неё кипятком по капельке. Если вылить на лягушку весь кипяток сразу, то она подпрыгнет и убежит от опасности. Если же чуть полить на неё кипяток, то сначала она стряхнёт его, а потом успокоится. Если продолжать лить понемногу, то сперва она опять будет его немного стряхивать, но постепенно обварится, даже не заметив как. «Да что же ты, квакушка! Раз на тебя плеснули кипятком, вскакивай и беги!» Нет, не убегает. Надувается, надувается, а потом обваривается. Так же поступает и диавол – он «обдаёт нас кипятком» по капельке, а в конечном итоге, не заметив как, мы оказываемся «сваренными».

Душа, которую трогают красоты вещественного мира, подтверждает, что в ней живёт суетный мир. Поэтому она увлекается не Создателем – а созданием, не Богом – а глиной. То, что эта глина чиста и не имеет греховной грязи, значения не имеет. Пленяясь мирскими красотами, которые, хотя не греховны, не перестают, тем не менее, быть суетными, сердце ощущает временную радость – радость, лишённую Божественного утешения, внутреннего окрыления с духовным ликованием. Когда же человек любит духовную красоту, то наполняется и хорошеет его душа.

Если бы человек, и особенно монах, ведал своё внутреннее неприглядство, то за внешними красотами он бы не гнался. Душа так испачкана, так замызгана, а мы будем заботиться, например, об одежде? Одежду мы стираем, утюжим, и снаружи мы чисты, но какие мы внутри – об этом лучше и не спрашивать. Поэтому, обратив внимание на свою внутреннюю духовную нечистоту, человек не будет терять время на то, чтобы скрупулёзно вычищать свою одежду до последнего пятнышка – ведь эта одежда в тысячу раз чище его души. Но, не обращая внимания на скопившийся в нём духовный мусор, человек тщательно старается вывести со своей одежды даже самое маленькое пятнышко. Всю заботу нужно обратить на чистоту духовную, на внутреннюю, а не на внешнюю красоту. Предпочтение должно быть отдано не суетным красотам, а красоте души, духовной красоте. Ведь и Господь наш сказал, что весь мир не стоит столько, сколько стоит одна душа [37] .

Тех, кто не обуздывает своего сердца, стремящегося к таким вещественным пожеланиям, без которых можно обойтись (о плотских похотях не идёт даже и речи), тех, кто не соберёт свой ум в сердце, чтобы вместе с душой отдать их Богу, – ждёт сугубое несчастье.

– Геронда, желать чего-то это всегда плохо?

– Нет, само по себе сердечное пожелание не является злым. Но вещи, пусть даже и не греховные, пленяя частичку моего сердца, уменьшают мою любовь ко Христу. И такое негреховное хотение тоже становится злым, потому что через него враг мешает моей любви ко Христу. Если я желаю получить что-то полезное, например книгу, и это полезное пленяет частичку моего сердца, то такое пожелание недобро. Почему книга должна пленять часть моего сердца? Что лучше – хотеть книгу или вожделевать Христа? Любое пожелание человека – каким бы хорошим оно ни казалось, – всё-таки ниже Христа или Пресвятой Богородицы. Разве может Бог не отдать мне всего Себя, если я отдам Ему своё сердце? Бог ищет сердца человека. Даждъ Ми, сыне, твое сердце [38] . И если человек отдаст Ему своё сердце, то после Бог даёт ему то, что любит его сердце, лишь бы это было ему не во вред. Сердце не растрачивает себя зря только тогда, когда оно отдаётся Христу. И только во Христе человек в этой жизни обретает отдачу божественной любви, а в жизни иной, вечной – божественное радование.

Нам следует избегать мирских вещей, чтобы они не пленяли нашего сердца. Будем пользоваться вещами простыми, такими, чтобы они лишь обеспечивали наши потребности. Однако будем заботиться о том, чтобы используемые нами вещи были надёжными. Желая пользоваться какой-то красивой вещью, я отдаю этой красоте всё своё сердце. Для Бога потом в сердце не остаётся места. Например, проходя мимо какого-то дома, ты видишь роскошные украшения, мрамор, отделку, восхищаешься камнями и кирпичами и оставляешь среди всего этого своё сердце. Или ты видишь в магазине красивую оправу для очков, и тебе хочется её купить. Если ты её не купишь, то оставишь своё сердце в этом магазине. Если же купишь и будешь носить, то твоё сердце будет вставлено в эту оправу и приклеено к ней. Особенно легко попадаются на эту удочку женщины. Женщин, которые не растрачивают своё сердце по суетным пустякам, немного. Я хочу сказать, что диавол расхищает их богатые сердца с помощью всего мирского, цветного, блестящего. Если женщине понадобится тарелка, то она будет стараться найти тарелку с цветочками. Можно подумать, что в тарелке без цветочков прокиснет её стряпня! А некоторые духовные женщины попадаются на серьёзных рисунках – двуглавых византийских орлах и тому подобном. А потом спрашивают: «Почему мы бесчувственны по отношению к духовному?» Но как же ты придёшь в чувство, если твоё сердце распылено по шкафчикам и блюдечкам? У тебя нет сердца, есть лишь кусок мяса – сердечная мышца, которая тикает в твоей груди подобно часам. А такой механической работы сердца хватает лишь на то, чтобы ноги переставлять. Потому что немного сердца уходит к одному, немного к другому, и для Христа ничего не остаётся.