Чтение онлайн

В процессе становления и развития психоанализа З. Фрейд выдвинул положение о наличии в душевной жизни человека особого рода энергии, являющейся основой функционирования психического аппарата. Не углубляясь в понимание природы данного вида энергии, он назвал ее психической и сосредоточил внимание на рассмотрении того, как и каким образом происходит ее накопление в психике человека, распределение в системах сознания, предсознательного и бессознательного, а также перетекание из одной системы в другую.

В работе «Толкование сновидений» (1900) З. Фрейд высказал соображение о том, что при регрессии в сновидении происходит изменение «распределения энергии в отдельных системах», и, благодаря находящейся между ними цензуре, восприятия оказывают воздействие на «распределение нашей психической энергии». При рассмотрении вопроса о функционировании психического аппарата он выделил в нем первую систему (бессознательное) и вторую систему (предсознательное). Первая система характеризуется, по его мнению, свободной, подвижной энергией, вторая – связанной. По сравнению с первой системой, второй системе «удается сохранить большую часть энергии и использовать для отодвигания лишь небольшое количество ее».

Соответственно рассмотренным им системам, З. Фрейд вычленил первичные и вторичные психические процессы. В более общем плане первичные процессы были отнесены им к бессознательным, а вторичные – к сознательным. Подвижная, несвязанная, свободная энергия свойственна первичным процессам, в то время как неподвижная, связанная, сдерживаемая – вторичным процессам. В бессознательном отдельные заряды энергии могут быть перенесены, смещены, сгущены, что находит свое отражение, в частности, в сновидениях.

Исследуя роль сексуальности в жизни человека и образовании неврозов, основатель психоанализа использовал понятие «либидо» как силы, в которой выражено сексуальное влечение. Фактически речь шла об энергии сексуальных влечений, как одной из составных частей психической энергии. Позднее, в 1920-х гг., когда он выдвинул иную теорию влечений (противопоставление не между сексуальными влечениями и влечениями Я, а между влечением к жизни и влечением к смерти), понятие либидо было отнесено З. Фрейдом к энергии влечения к жизни, энергии Эроса. При этом ему пришлось пересмотреть ранее выдвинутое им представление о свободно-подвижной энергии первичных процессов. Так, в работе «По ту сторону принципа удовольствия» (1920) он заметил, что «мы имеем мало основания отождествить первичный психический процесс со свободно движущимся зарядом». Исходя из представления о навязчивом повторении, З. Фрейд пришел к мысли, в соответствии с которой влечение можно было бы определить как «наличное в живом организме стремление к восстановлению какого-либо прежнего состояния», то есть своего рода «выражение косности в органической жизни». Сделанный им вывод, что все живущее должно вследствие внутренних причин умереть, способствовал рассмотрению психической энергии в плане действенности влечения к жизни и влечения к смерти, инстинкта разрушения.

Представление З. Фрейда о влечении к жизни и влечении к смерти вносило уточнение в его концепцию развития человека и человечества, что нельзя сказать о психоаналитическом понимании природы психической энергии. Не случайно в работе «Очерк о психоанализе» (1940) он писал о сложности постижения существа этой энергии. Так, если энергия Эроса рассматривалась им в плане энергии сексуального влечения, либидо, то, как был вынужден признать З. Фрейд, «у нас нет аналога термина «либидо» для описания энергии инстинкта разрушения». Фактически основатель психоанализа лишь приблизился к скрытой тайне психического. Признавая это, он писал: «Пользуясь примером остальных естественных наук, мы полагаем, что в психической жизни задействован какой-то вид энергии; но у нас нет ничего, что позволило бы больше узнать о нем, используя аналогии с другими формами энергии...Мы говорим о катексах и гиперкатексах психического материала и даже решаемся предположить, что гиперкатексы вызывают синтез различных процессов – синтез, в ходе которого свободная энергия трансформируется в связную, дальше этого мы не продвинулись».

Предложенная Э. Эриксоном (1902–1994) эпигенетическая матрица, или карта, изображающая путем картирования основные стадии жизненного цикла, являлась своеобразным аналогом дальнейшего развития представлений З. Фрейда о психосексуальных фазах становления человека. В основе картирования лежали два предположения: во-первых, личность развивается по ступеням, предопределяемым готовностью индивида проявлять интерес к расширяющейся социальной среде, познавать ее и взаимодействовать с ней; во-вторых, общество стремится к такому устройству, которое соответствует данной готовности индивида и поощряет непрерывную тенденцию к взаимодействию, старается обеспечить и стимулировать надлежащую скорость и последовательность раскрытия его потенциала.

В соответствии с этими предположениями в работе «Детство и общество» (1950) Э. Эриксон предложил эпигенетическую матрицу или карту, отображающую восемь психосоциальных стадий развития человека: (I) базисное доверие против недоверия, или орально-сенсорная стадия; (II) автономия против стыда и сомнения или мышечно-анальная стадия; (III) инициатива против чувства вины или локомоторно-генитальная стадия; (IV) трудолюбие против чувства неполноценности или латентная стадия; (V) идентичность против смешения ролей или подростковый возраст и ранняя юность; (VI) близость против изоляции или ранняя взрослость; (VII) генеративность против стагнации или взрослость; (VIII) целостность против отчаяния или зрелость.

Поясняя суть эпигенетической матрицы или карты, Э. Эриксон исходил из того, что психосоциальное развитие происходит посредством критических шагов, то есть поворотных пунктов, моментов выбора между прогрессией и регрессией, интеграцией и задержкой. Каждый критический пункт психосоциального развития связан со всеми остальными, которые зависят от правильной последовательности отдельного пункта и каждый из них существует в какой-то форме до того, как обычно наступает его критическое время.

Впоследствии Э. Эриксон предупреждал против неправильного использования предложенной им эпигенетической матрицы, которое имело место со стороны некоторых психоаналитиков. Одни исследователи абсолютизировали «положительные» чувства, в частности, доверие, рассматривая его в качестве достижения, которое индивидуум добивается на соответствующей стадии своего развития раз и навсегда. Другие стремились превратить психосоциальные стадии в «шкалу достижений» и тем самым недооценили значение «отрицательных» чувств или пренебрегли ими, несмотря на то, что в действительности данные чувства являются динамическим дополнением «позитивных» чувств. По мнению Э. Эриксона, «предположение, что на каждой стадии достигается ценное качество, невосприимчивое к новым внутренним конфликтам и к изменяющимся условиям, по-видимому, представляет собой проекцию на развитие ребенка той идеологии успеха, которая может опасно пропитывать наши личные и общественные мечты и делать нас неспособными к усиленной борьбе за наполнение смыслом существование в новой, индустриальной эре истории».

Предупреждение Э. Эриксона против неправильного использования эпигенетической матрицы не означало, что он уделял большое внимание рассмотрению «отрицательных» чувств, по сравнению с «положительными». Он лишь обращал внимание на важность учета того и другого и недопустимость абсолютизации тех или иных чувств. Что касается рассмотрения «положительных» чувств, то в работе «Проницательность и ответственность» (1964) им был предложен перечень ценных качеств, которые, на его взгляд, эволюция заложила в основополагающий план как стадий жизни, так и институтов человека. В соответствии с предложенными им психосоциальными стадиями жизни он отнес к этим ценным качествам энергию и надежду, самоконтроль и силу воли, направление и целеустремленность, систему и компетентность, посвящение и верность, аффиляцию и любовь, производство и заботу, самоотречение и мудрость. Выделенные курсивом ценные качества Э. Эриксон назвал «базисными добродетелями», поскольку считал, что «без них и без их восстановления от поколения к поколению все другие, более изменчивые системы ценностей утрачивают смысл и релевантность».

Представление об эрогенности было введено З. Фрейдом в работе «О нарциссизме» (1914). Под эрогенностью он понимал функцию какого-либо органа, благодаря которой в психику посылаются сексуально возбуждающие раздражения. Если в более ранних своих трудах, включая «Три очерка по теории сексуальности» (1905) основатель психоанализа говорил об эрогенных зонах, то в работе «О нарциссизме» он решился видеть «в эрогенности общее свойство всех органов тела». Такое понимание эрогенности позволило ему говорить о повышении или понижении ее в том или ином месте организма.

Изменение эрогенности в различных органах тела соотносилось З. Фрейдом с изменением концентрации сексуальной энергии на Я. В этих изменениях он усматривал причину возникновения некоторых психических заболеваний, в частности, ипохондрии.

Понятие эрогенной зоны было введено З. Фрейдом при рассмотрении частных сексуальных влечений и психосексуального развития ребенка. В работе «Три очерка по теории сексуальности» (1905) он исходил из того, что источником влечения является возбуждающий процесс в каком-нибудь органе человека, а ближайшей целью влечения – прекращение раздражения в нем. Органы тела дают возбуждение. Соответствующему органу тела, в котором зарождается частичное сексуальное влечение, З. Фрейд дал название «эрогенной зоны».