Слово и сталь
Шрифт:
– Я посмотрел на обычного дождевого червя в микроскоп - поведал мне Костик вдохновенно - Меня его пасть, ну, если ее так можно назвать, впечатлила, и я подумал - а вот если к такой пасти приделать тело гусеницы...
– Я понял - вот ведь фантазер, так его матушку. Так и убил бы.
– Еще у него есть бонус - глаза сценариста горели, он явно вошел в раж - Некоторых игроков он заглатывает целиком, и их вещи остаются в Атавнииле. И вот та команда, которая его завалит, имеет сорокапроцентный шанс получить вещи этих проглоченных игроков. Помню, год назад его все-таки прибил какой-то клан, там им столько всего выпало, что и понятно - Атавниил до этого десятка три рейдов уничтожил. Это дело потом еще месяца два на форумах обсуждали. Здорово, да?
– Не то слово - стал ненавязчиво подталкивать его к двери я - Отличная придумка.
Валяев все понял, и подхватил очкарика под локоток.
– Пошли, Костя, человеку надо в душ, ему еще денежки нам сегодня зарабатывать.
– Да-да-да - Костик вышел за дверь, и подняв руку с кулаком кверху изобразил что-то вроде 'Но пасаран'.
– Киф, у меня будет к тебе просьба - задержался в дверях Зимин - Это касается моей сестры.
– Да - я обратился в слух.
– Генрика девочка очень домашняя, но в прошлом у нее, как и у любого из нас, был не самый лучший период. Неудачная любовь, потом серьезный стресс, потом я ее очень долго искал, она попала не в то место и не в ту компанию, в которую следовало. Поэтому будь с ней повнимательней, моя сестрица крайне ранима. И лично тебя прошу, дружище - не надо с ней флиртовать. Она не понимает всего этого и может это принять за чистую монету. Стало быть, начнет страдать, мучаться, переживать, а мне этого не нужно, я очень за нее волнуюсь всегда. Ты понял меня? К тому же, рядом с тобой будет Вика, а Генрика не любит соперниц. Очень не любит.
– Я все понял - кивнул я - Постараюсь вообще держаться от нее подальше, во избежание.
– Да, это верно - кивнул Зимин - Это было бы лучшим из всех возможных вариантов
Проводив гостей, я пошел и сделал себе еще один бутерброд, жуя который я понял, что меня немного царапало весь разговор. Это было отсутствие Азова, который по идее обязан был здесь находиться, вопрос-то и из его плоскости. Интересно, почему его не пригласили?
Плюнув на формальности, я свалил недоеденные нарезки в одну тарелку и засунул их в холодильник. Это дамы все раскладывают аккуратно, рыбу к рыбе, колбасу к колбасе, а мы и так все съедим, один хрен в желудке все перемешается. Заветрившаяся нарезка, пельмешки и кетчуп - это наше все. Холостой мужик на таком харче может атомную войну пережить. Женатый тоже, но ему немного сложнее, он уже избалован супами и мясом по-французски.
В игру я вошел как обычно - почти в час 'х'. Ну вот как-то так, не складывается у меня со своевременностью.
Переходы замка были пусты, стража, завидев меня, брала 'на караул', что приятно повышало самооценку. Странно, вроде видят меня впервые, а ведь узнают? Впрочем, все это условности.
Я вышел на замковый двор, небо было бездонное и звездное, оно буквально завораживало взор. Его оттеняли факелы, которые горели на крепостных стенах.
– Красота - выдохнул я.
– Не то слово - подтвердил кто-то.
Я обернулся, рядом со мной стояла призрачная фигура в дырявых одеяниях, да еще и заляпанных кровью.
– Эммм?
– рука привычно легла на навершие меча.
– Не спешите - дернулся призрак, слегка отлетая от меня в сторону - Я безобиден. Да и не причините вы мне вреда своей сталью.
– Да?
– не стоит доверять словам совершенно незнакомого привидения, по этой причине руки с рукояти меча я не убрал.
– Я Муррох Мак-Кейн, первый владелец этого замка - вздохнул призрак - Вот, после смерти кой век брожу по его коридорам и двору, и ищу того, кто отмстит за подлое моё убийство этим ненавистным Мак-Магнусам. Может, ты возьмешься, юный гэльт? Награда будет велика, я не поскуплюсь.
Вам предложено принять задание 'Ступай же сталь, по назначенью!'
Условие - отомстить наследнику клана Мак-Магнусов за давнее убийство последнего из клана Мак-Кейнов.
Награды:
2000 опыта;
500 золотых;
Легендарный предмет, соотвествующий классу игрока;
Карта клада, в котором находятся фамильные ценности Мак-Кейнов.
– Нашел юного!
– засмеялся я - У меня седых волос уже пол-головы. Нет, приятель, это без меня.
– Жаль - вздохнул призрак и стал таять на глазах - Тогда прощай, прощай... И если что - зови.
– Делать мне больше нечего - сообщил я уже совсем пустому месту.
Надо будет нашим сказать, что здесь этот тип бродит, чтобы сдуру задание не приняли, знаю я их.
В оазисе было еще красивее. Если в Пограничье небо было скорее черной пеленой, оттененной звездами, то здесь, в пустыне, оно было скорее темно-синее, не столько бездонное, сколько романтическое. С учетом того, что я стоял в небольшом песочном кратере, это ощущение усиливалось. Видно, за то время что меня здесь не было, ландшафт немного поменялся, пески же. Было ровное место, ветерок подул - появился холм. Еще подул - ложбинка.
– Белый братец, ты чего в ямку забрался?
– легкой походкой, словно пританцовывая, ко мне спустился Барон, и взял меня за плечи своими холодными руками - Пришел.
– А то - укоризненно посмотрел на него я - Я же слово дал.
– Слово - вещь такая - покачал белым пальцем Барон - Дал, взял, это все относительно.
– Слушай - мне подумалось, что разумнее всего для начала решить два мелких вопроса, которые задвинуть было никак нельзя, но о которых запросто можно было и запамятовать после того, как мы займемся основным делом - Тут вот какая штука. Послание у меня к тебе есть. Поручение даже, можно и так сказать.
– И от кого же?
– Барон достал пригоршню орешков и забросил парочку в рот - Хотя, погоди-ка... Ого. Неплохими знакомствами обрастаешь, братец. Не скажу, что очень уж желательными, но неплохими.
Оп-па! А это я не предусмотрел. Он же сейчас про отметку Странника брякнет, на глазах у любезнейшей публики, и все мои сегодняшние ухищрения отправятся коту под хвост.
– Есть такое - чуть ли не заткнул ему рот я - Черный Властелин у нас тут завелся, то ли от хорошей жизни, то ли от сырости, уж не знаю, и он очень недоволен тем, что ты его людей... То есть, уже не людей переманиваешь. Велел тебе передать, чтобы ты не зарывался, а то он обидится. Сильно обидится. А в гневе он, сдается мне, крайне неприятен.
– Я услышал твои слова - Барон прикоснулся пальцами к тулье цилиндра, как бы подчеркивая свои слова - Глупо враждовать с ураганом, он просто сметет тебя, и даже не заметит этого. Если еще увидишься с ним, скажи, что Барон Сэмади признает его право на то, что он будет всегда говорить последним, хотя его слово при этом будет первым.
– Если увижусь - скажу - пообещал ему я - И вот какая штука еще, это из личных просьб. Есть у меня приятель, ну, как приятель - знакомец хороший. Сейчас он бобер, конкретный такой, с зубами, с хвостом лопатой и даже, наверное, с фамильной запрудой, но раньше он человеком был. Богиня его прокляла, подарив ему вечную жизнь в таком зубастом виде, за правду бедолага пострадал. И теперь ни убить его невозможно, ни утопить, при этом от болот отойти он тоже не может, и все эти века так по ним скачет. Скажи, ты сможешь что-то сделать для него? На тот свет отправить или проклятие снять?
– Которая из этих дур отметилась?
– равнодушно поитересовался Сэмади.
– Месмерта.
– Хорошо, что не Тиамат - отметил Барон - С ее проклятием я бы не справился.
– А с этим?
– Я смогу забрать его жизнь и вдохнуть в него не-жизнь. Он умрет, но не умрет, став при этом моим слугой навеки. Но, согласись, я не самый худший хозяин, не так ли?
– Этого я не знаю, и проверять не желаю - сообщил ему я - Это - без меня.
– Н-да?
– безгубый рот Сэмади раздвинулся в улыбке - Все время забываю о твоей неуступчивости и о том, что ты редкостно цепляешься за жизнь. Ну да ладно, наша любовь впереди. Поможем мы твоему бобру, не сомневайся. Кстати, а кто такие бобры? Я про таких не слыхал, у нас в Архипелаге такие не водились.