Чтение онлайн

– Но зато, если торт будет вкусным, ты всегда сможешь ему пригрозить, что больше никогда такой не сделаешь. Смекаешь?

Что? Пригрозить?! Ехиде-Беру, которому так полюбились имя и повадки маркиза де Сада?!!

Вот уж когда я всерьез призадумалась.

А что? Такой отменный повод для шантажа упустить было никак нельзя. Бер среди братьев-скаронов больше всех тяготел к сладостям. Причем, так, что нагло отобранная плюшка могла стать серьезным поводом для обиды. Не знаю, что уж и почему, но их тяга к сладкому была настолько невероятной, что у нас теперь половина кухни до потолка забита всякими вкусностями. И эти здоровяки почти постоянно жевали что-нибудь вредное для фигуры. Причем, это выяснилось далеко не сразу, потому что в Фарлионе и возле Айдовой Расщелины нам было как-то не до вкусностей. Ели на бегу, спали на ходу... но зато когда приехали в столицу, и Ника в первый раз поставила на стол булочки с повидлом... честно слово, я думала они друг друга поубивают. Это была страсть, что называется, с первого укуса. Как попробовали, так и не смогли остановиться. Просто безумие какое-то. Причем, я искренне надеялась, что по истечении времени оно сойдет на нет и перестанет быть таким острым. Ужасы Браслета позабудутся, парни наедятся, успокоятся. Однако фигу вам - братики не только не охладели и не остыли к сладкому, а требовали его постоянно и с такой настойчивостью, что я уж не знала, что и подумать. Они, как дети, тянули в рот все сладкое и жутко сладкое. И, как дети, безумно радовались, если удавалось в последний момент слямзить у кого-то из-под носа последний (самый вкусный, естественно!) кусок. Более того, рычали друг на друга, представляете? Ворчали, бурчали и всерьез дулись, если кому-то доставалось чуть меньше, чем другим. В общем, форменное помешательство.

И я, честно говоря, уже не знала, как с этим бороться.

Пока что мы придумали только один способ: булочек на стол всегда ставилось поровну для каждого из них. И упаси Аллар, если кто-то замахнется на чужую! Но зато не было более верного способа унять их вечный спор на тему: "кто спер последнюю?", чем отдать кому-то свою собственную. Все. За одну жалкую плюшку на них можно было потом по полдня пахать. Поэтому неудивительно, что Бер присмотрел для себя рукодельницу Нику, у которой булочки получались невероятно вкусными, потрясающе воздушными и неправдоподобно легкими. А поскольку вредничать он порой умел не хуже меня, то...

Короче, Гор меня озадачил.

– Ладно, - наконец, решила я.
– Список составлю и попробую. Только ты пока никому не говори, а то вдруг не получится?

– А крем там будет?
– с жадным любопытством посмотрел брат.

– Ох-хо-хо... будет.

– Попробовать дашь первому?

– Дам, - обреченно вздохнула я.
– Только до поры до времени ты молчишь и Бера по пустякам не заводишь. А на рынок сам пойдешь. И чтобы остальным ни гу-гу. Понял?

– Договорились.

– Очень хорошо, - успокоилась я и полезла обратно под одеяло.
– Тогда я буду спать, а ты смотри кино и балдей. Кстати, что с рукой-то делать? Вернуть? Физический контакт тебе постоянно нужен?

– Нет, - заметно повеселел Гор.
– Только сначала.

– То есть, все время тебя держать за ручку не надо?

На меня из его глаз снова взглянула проснувшаяся Тьма. Внимательно так взглянула, изучающе, остро.

– Нет, - наконец, чуть изменился голос брата, а сам он словно был стал старше и немного другим. Чуточку чужим, хотя и совсем не страшным.
– Мы тебя узнали. Мы чувствуем. Мы слышим то, о чем ты сейчас думаешь.

– Ой, это вы зря: обычно я такие гадости думаю...

Тихий потусторонний смех легким холодком пробежался между лопаток.

– Не бойся, сестра. Тень тебя больше не коснется. Мы не позволим. И... спасибо тебе. Мы еще не успели тебя поблагодарить, - Гор наклонился и тихонько дунул мне в нос.
– А теперь спи. Мы не станем тебе мешать.

– Ау-у-у, - послушно зевнула я и закрыла глаза.
– Спокойной ночи, Гор.

– Спокойной ночи, Гайдэ.

Королевский турнир мечников (как следовало догадаться, довольно популярное среди знати событие) проводился в столице примерно раз в два-три года. И специально для него в одном из многочисленных предместий Рейданы был построен самый настоящий стадион с просторным ристалищем и вместительным амфитеатром. Этакий Колизей - разумеется, с поправкой на местные реалии.

Что характерно, к стадиону вели отличные подъездные пути, дабы благородные леди и господа не утруждали себя верховой ездой и могли спокойно добраться сюда в удобных экипажах. Имелся также небольшой парк, где, как по секрету рассказал нам Эррей, частенько случались дуэли. Имелось круглое озеро, на берегу которого можно было неплохо провести выходные. И имелось немало лавок, в которых даже самый взыскательный покупатель мог удовлетворить свои высокие запросы. Другое дело, что лавки открывались лишь на время турнира, но зато прибыль, полученная торговцами за эти несколько дней, с лихвой окупала все немаленькие затраты на их содержание.

Соблюдая образ великосветской дамы, на турнир я приехала в платье. Повздыхала, конечно, потому что до последнего надеялась, что можно будет влезть в верховой костюм и еще разок поразить местную общественность, но не дали. Пришлось напяливать очередную новинку нежно кремового оттенка, прятать довольно глубокое декольте за полупрозрачной драпировкой, прикреплять на макушку осточертевшую шляпку и в таком неприличном виде выходить к прибывшему за мной на карете Эррею.

Ему, правда, понравилось - как ни странно, мои сложные наряды неизменно вызывали в нем здоровый мужской энтузиазм, однако подошедшие секундой позже Гор и Бер при виде готового разразиться напыщенной речью друга так выразительно нахмурились, что лен-лорду та Ларо пришлось поспешно прикусить язык и ограничиться весьма скромным комплиментом, дабы не получить от братьев в какое-нибудь чувствительное место сапогом.

Еще надо отметить, что зрительские места (вернее, самые лучшие из них) на Арене были уже давно и прочно за кем-то застолблены: у богатых и знаменитых, как водится, имелись специально обустроенные ложи - у кого под плотным тентом по типу палаточного, а у кого и с настоящим каменным козырьком над головой. На тот случай, если вдруг прольется дождик и вздумает испортить хозяину ложи хорошее настроение. Таких "каменных" лож было немного - всего у пятерых лен-лордов и, разумеется, у короля. Причем, все они располагались на одной стороне громадного амфитеатра и лепились довольно тесно друг к другу. По бокам от них находились ложи попроще и поскромнее. А напротив, заполоняя все доступное пространство, имелись простые до невозможности каменные ступени, охватывающие ристалище гигантским полукругом. Которые, одновременно, играли роль и сидячих мест, где устраивались бедняки. При этом, среди последних также имелось четкое распределение: самые бедные сидели (а то и стояли вокруг поля) в самом низу, хотя там вроде как лучше видно, а те, кто позажиточнее, наоборот, забирались как можно выше. Более того, места на Арене не покупались, а отвоевывались, как говорится, уже по прибытии, так что до начала турнира, я думаю, тут кипели нешуточные страсти. Однако к тому моменту, как глашатаи объявили о появлении короля, основные трения уже подошли к концу и народ чинно расселся по добытым с боем лавкам.

На турнир мы явились довольно поздно: я посчитала, что раньше полудня делать тут просто нечего. На мой взгляд, гораздо интереснее посмотреть на схватку полуфиналистов и финалистов, чем на всякие отборочные туры, а последние всяко будут длиться до обеда. Так что можно было не торопиться, хорошенько выспаться, неспешно собраться и приехать аккурат к самому интересному. Не шибко переживая о том, что пропустим по-настоящему увлекательный бой. Однако когда я озвучила эти аргументы вслух, Рорн вдруг заливисто рассмеялся и уверенно заявил, что благородные леди появляются на турнире не для того, чтобы вдоволь поглазеть на поединки. И что, вообще-то, их основная задача - привлекать к себе внимание, затмевая своей неземной красотой все то, что творится на арене.

Я на такое объяснение только плечами пожала, но решение все равно не изменила. В итоге, приехали мы хорошо после полудня, когда уже определились первые победители. Добравшись до Колизея, беззаботно бросили дорогой экипаж, прошли через большую арку (таких тут было целых шесть), служившую, одновременно, и входом, и выходом на Арену, быстро огляделись и, не мешкая, поднялись в ложу лен-лордов та Ларо, не желая лишний раз толкаться среди остального люда.

А народу было много. И даже очень, я бы сказала, много - вокруг бортиков, ограничивающих зеленый кружок ристалища (блин, как оно напоминало ровный газон футбольного поля!), скопилось такое количество праздно одетого народа, что просто яблоку негде было упасть. Сплошная стена из чужих спин и небритых затылков. А выше - настоящий живой ковер из разноцветных нарядов, многочисленных лиц, мелькающих тут и там букетиков цветов, которые дамы то ли получали в подарок от кавалеров, то ли собирались одаривать ими победителей... и везде - шум, гам, бессчетные разговоры... ну, примерно как в Лужниках в разгар торгового дня, когда ты тщетно пытаешься отыскать среди миллионов одинаковых палаток одну единственную, ради которой, собственно, сюда и приехал.