Чтение онлайн

Тем не менее, интереса к Каспию флот не потерял. Каспийское море рассматривалось как прекрасный учебный полигон для подготовки флотских специалистов. Поэтому первоначальную морскую практику гардемарины проходили именно здесь. Простора для отряда учебных кораблей здесь хватало. Кроме того, сдесь готовились специалисты и для морской авиации, и для береговых служб. По сути дела флотилия была представлена многочисленными учебными центрами. В один из таких центров мы и летели. Расположенная в Форт-Александровске Школа Юнг, где учился Иван, была единственным учебным заведением подобного рода. И весьма престижным. Как ни крути, но к чужакам на флоте относились не очень приветливо. Но это мы и так поняли с Иваном. Хотя правила не запрещали поступать на службу любому человеку, который удовлетворяет принятым здесь требованиям, но на деле приемную комиссию очень интересовало твое происхождение. Если твой отец не чистил аэродром от снега, то о приеме в авиационное училище даже и не мечтай. Зря только время потратишь. Найдут к чему прикопаться. Иван в этом убедился на собственной шкуре. Тут даже ходатайство высочайшей особы не помогало. Немного позже, знакомые мне по нашему салону офицеры объяснили: такие порядки везде. Если ты не имел никакого отношения к флоту — Морской Корпус не для твоего сына. Поэтому даже дети влиятельных родителей вынуждены были основывать морские династии, начиная службу с самых низов. Школа Юнг именно для таких и задумывалась. И поначалу это намерение исполнялось.

— Теперь Маша не так. Там тоже семейственность. Все курсанты — сыновья нижних чинов флота. Не ошибусь, если предположу, что кто-то весьма влиятельный составил твоему брату протекцию. Иначе бы его просто туда не взяли. Кстати, поступивших благодаря протекции обычно не любят и строят им всякие каверзы. Советую не выпрашивать у брата подробностей. Все-равно он не будет всего рассказывать.

— А если расскажет?

— Тогда ты никому об услышанном не говори. Там не любят ябед и сикофантов. Только хуже ему сделаешь.

Слушать о таком было тревожно и неприятно одновременно. Все-таки Иван не только для Маши, но и для меня стал дорогим человеком. Поэтому я сменила тему разговора. Полет был долгим и одна тема сменялась другой. Вайнштока в основном интересовали дела салона Алексеевой и киностудии Нахалкова. Естественно его интересовал срок выходав на экраны второй серии «Звездных войн» — так теперь официально назывался наш кинопроект. И вот так слово за слово он затронул тему тех музыкальных произведений, которые вошли в первую серию нашего фильма.

— Скажите честно, кто настоящий автор слов и музыки?

— Но ведь в титрах все указано!

— Честно говоря, я титрам не верю. Я сам не чужд литературного творчества и о некоторых вещах судить могу. Мои знакомые прекрасно разбираются в музыке. Да я и сам, как образцовый еврей, все свои детские годы издевался над скрипкой. Я бы поверил еще в то, что музыку писали Штакельберг и Грозный. Но мои знакомые в этом сомневаются. А уж авторство слов — это с ума сойти! «Коллективное творчество художественно-литературной студии Алексеевой Т.С.» Кажется я ничего не путаю?

— Не стану с вами ни о чем спорить, тем более вы наверняка что-то подозреваете.

— Подозреваю. И не я один. Эти песни и музыка, никогда не могли быть созданы в России!

— И где же?

— Наверное на Марсе. Если там кто-то есть.

Думаете я стала подтверждать или опровергать его подозрения? Да он уже не первый, кто меня про это спрашивает. Правда, версию про марсианское происхождение песен высказал только он. Я попыталась сменить тему разговора, но у меня это не получилось. В конце-концов я попросила его позволить мне отдохнуть от разговора. Нехотя он согласился. Лететь еще было долго и решила просто выспаться.

Форт-Александровск ничем меня не удивил. Крупный военный городок, один из тех, что приходилось видеть мне и в прежней жизни. Ничего особенного. Единственно, что мне в нем понравилось — наличие пляжа. Я сразу решила, что как только образуется свободное время — хоть один денек но на нем провести, да в море искупаться. Оставив свои вещи в гостиничном номере, я взяла такси и поехала в Школу Юнг, которая находилась в стороне от города и на немалом удалении от моря. Встреча с братом произошла в комнате свиданий на КПП, куда его вызвал дежурный. Встретились, обнялись, расцеловались. И сразу выяснилось, что отпустить брата в увольнение конечно могут, но только если он «проявит уважение» к лицам, обозначенным в прилагаемом к отпускному билету списке. Про это ему сообщил никто иной как ротный баталёр. Да, что то подобное я ожидала. Глупо было предполагать, что в роте не знают о том, что сестра у Ивана богатая. Прекрасно знали. А потому баталёр озвучил условие, при выполнении которого брату предоставят краткосрочный отпуск. В общем, я должна была «уважить общество» и накрыть для него «поляну». В список «уважаемых членов общества» были включены и офицеры роты, и унтер-офицеры, и «нужные люди» из числа некоторых курсантов, включая самого баталёра. Гулять они собирались не все вместе, а естественно разделившись на категории и в разных местах. Офицеры отдельно, унтер-офицеры отдельно, нижние чины своей компанией. Если так не поступить, то никакого уважения к брату это «общество» испытывать не будет. Потому что «старые славные традиции» требуется соблюдать. А вот как раз этого Ванька делать и не собирался. Прежде всего ему стыдно было клянчить деньги у своей сестры. Он об этом не сказал, но ведь я достаточно пожила на белом свете. Кроме того, он прекрасно понимал, что уважения деньгами не купишь.

— Стоит пойти у них на поводу и они не отстанут больше никогда. За человека держать не станут, а в дойную корову превратят. Пойдут тут и посылочки, и подарочки к именинам, и денежка на опохмел… А заодно и слава лизоблюда. Так что прости сеструха, но приехала ты зря. Я уж как-нибудь потерплю до выпуска.

Да, высокие тут у них отношения. Иван прав: присосутся — не отстанут. И из-за этих уродов отказаться от встреч с братом? Нет ребята! Плохо вы меня знаете. Лебезить я не приучена. Но и уезжать ничего не добившись не стану. Отпуск вы Ивану дадите. Но не потому, что милость мне окажете, а потому что я вам ее окажу. Это здесь я всего-лишь дочь мелкого чина, которой непонятно чьим попущением богатство на голову свалилось. А там я была дочерью полковника. Настоящего полковника [2] . И кое кто это давно понял. Я не обязана оказывать знаки внимания ничем не проявившим себя людям. Но проявить уважение к флоту, почему бы и нет? Это скороспелая миллионерша побежит просить за брата, а дочь товарища полковника просто окажет честь, пригласив на устроенный ей праздник всю школу вместе с командованием. Мне это станет в хорошую копеечку, которая у меня совсем не лишняя, но принципы дороже! И не думайте, что я решила вместо скромной «проставы» устроить гигантскую. Мелко плаваете! Не хватало мне еще целый гарнизон приучать к алкоголизму! Готовьтесь ребята к серьезным испытаниям! А уж я позабочусь, чтобы они были действительно серьезные. Тем более, что я приехала не только брата навестить. Было у меня на уме еще одно дело. Вот о нем и поговорим с теми, с кем положено. Я попросилась на прием к начальнику школы и сделала ему одно заманчивое предложение.

— Василий Федорович! Вы наверное знаете о том, что следующим летом состоится очередной художественно-спортивный фестиваль, — начала я охмурять начальника школы, который судя по мундиру являлся типичным «черным полковником» [3] хотя и имеющим право на ношение «колбасного ножа» [4] .

А дальше я начала ему говорить о том, что не смотря на популярность этого мероприятия, оно выглядит каким то не таким грандиозным, каким могло бы выглядеть. Конечно, само по себе добровольное участие нашей молодежи в этом празднике здоровья и красоты, служит хорошим примером для подражания со стороны подрастающего поколения. Но ведь следует и о патриотическом воспитании не забывать. А патриотизм должен быть действенным. И разве цвет русской молодежи, собранный в стенах этой школы не может продемонстрировать похвальные для военных людей качества? Вот не верю я, что флот беден талантами. Наверняка в школе найдется команда, способная достойно представить флот в тех же шлюпочных гонках. А уж поверить в то, что среди курсантов нет людей, способных показать флотскую удаль на состязаниях по «Русскому бою», я тем более не могу.

Я плела словесные кружева внимательно наблюдая за реакцией хозяина кабинета. Сперва он был просто вежлив. Затем стал смотреть на меня с интересом. В конце нашей беседы с одобрительным восторгом. Теперь в его глазах я была не назойливой выскочкой, а гигантом мысли, матерью русского шовинизма и особой приближенной к государю императору. И произошла эта перемена после того, когда я вполне прозрачно намекнула, что «Есть возможность отличиться!» Что может быть более заманчивым для настоящего военного человека? На втором месте только возможность красиво «обставить» соперников. Василий Федорович был из настоящих. Мне ничего не говорили орденские колодки на его кителе, но знак классности говорил о многом. Заработать его было так же трудно, как и боевой орден. «Пилот высшего класса» — в «паркетных баталиях» этого не заработать.

Все что я говорила, открывало для него и его школы хорошие перспективы. Во-первых, Каспийская флотилия резко обходила на повороте остальные флоты Российской Империи. Такое дорогого стоит и командование это оценит. Во-вторых, победителям соревнований дается возможность бесплатно получать хорошее образование в академии Ордена. В-третьих, слегка приоткрыв завесу тайны, я намекнула о том, что скоро начнется создание еще одного флота, которому конечно нужны будут хорошо подготовленные специалисты и инструкторский состав. И готовить их лучше там, где юноши и ранее получали достойное воспитание.

— Соперники? Вынуждена вас огорчить. Кадетов Королевского флота мы не станем приглашать на фестиваль. Понимаете, те мерзкие пороки, что распространены среди них, несовместимы с христианскими ценностями. Но более стойким в вере итальянцам и испанцам отказа в участии не будет.

Судя по ухмылке, полковник не считал что испанцы с итальянцами способны превзойти в чем-либо его орлов. Правда он поинтересовался причиной отсутствия интереса к парашютному виду спорта.

— Нашим питомцам есть что показать. Ведь мы не только флот. Мы и к авиации имеем отношение.