Чтение онлайн

Сара легонько положила свою ладонь Никосу на плечо, провела вниз по руке до запястья, и остановилась. Он потихоньку стал сбрасывать скорость. И когда стрелка оказалась на 120 км/ч., она убрала руку и заговорила.

– Я вышла за него, потому что была влюблена в него. Он был добр ко мне. И кажется, любил меня…

– Хм… кажется ей! – с сарказмом сказал Никос, не давая ей договорить.

– Тогда я была уверена, что он любит меня, – продолжила спокойно Сара, – А сейчас мне, только кажется, что он любил меня. Он хороший человек. Просто мы оказались настолько разные, что не смогли жить под одной крышей. К тому же он… к тому же он…– она замолчала и отвернулась к окну, надевая большие солнцезащитные очки.

– К тому же он… что он? – продолжил Никос, переспрашивая.

Она молчала.

– Сара, – позвал он ее. Но она продолжала смотреть в окно. Словно отгородилась невидимым, стеклянным куполом от всего мира, и осталась там одна.

Ей осталось только как в детстве сказать: «Я в домике».

Он сбросил скорость и перестроился в крайний правый ряд. Ему очень хотелось остановить машину, открыть дверцу, вытащить ее из этого «панциря» и обнять. Обнять, прижать к себе, провести ладонью по ее рыжим волосам, и разбить вдребезги тот самый купол, которым она себя окружила. Ему хотелось вырвать ее из цепких лап одиночества, в которое она сама себя отдала. Хотелось забрать ее себе. Для себя. Чтобы она была только его, только его. И ничья больше. И он бы защитил ее. От всего защитил бы. От бурь. От этого мира. От одиночества. Он сделал бы для нее всё.

Но Никос знал, знал, что эта женщина не может кому-то принадлежать. Она со всеми. Но она ни с кем. Всегда одна. Сара была женщиной, покорившей множество сердец, но путь к собственному сердцу она тщательно скрывала. Невозможно удержать того, кто всегда будет рваться на свободу.

Он съехал на обочину и остановил машину.

– Почему мы остановились? – спросила она, поворачиваясь к нему. И снова ее взгляд, голос, лицо, настроение, были такими, как какие-то десять минут назад. Десять минут, показавшиеся ему целой вечностью.

– Мне показалось что тебе…– он замолчал.

– Что мне? – с искренней улыбкой переспросила она.

Он всматривался в ее лицо, и не мог поверить, что еще несколько секунд назад, эта женщина, отгородившаяся от него стеной завесы, была настолько далека от него, что от Земли до Марса пешком и то ближе было бы дойти. А теперь она улыбается, и снова здесь, с ним. Такая близкая, такая своя и такая родная.

Он улыбнулся и выехал на дорогу.

– Не делай так больше! – попросил он.

– Как? – ответила она, вполне искренне недоумевая.

– Ты знаешь, как, – ответил Никос и посмотрел на нее.

– Нет, – засмеялась она в ответ, – не знаю. Как не делать?

– Не закрывайся от меня.

– Но я не…

– Не спорь, – перебил он ее. – Только не спорь со мной.

– Ладно, – ответила Сара спокойно и снова отвернулась к боковому окну.

Какое-то время они ехали молча.

– Ну, вот опять! – воскликнул он.

– Что опять? – спросила Сара и встревожено посмотрела на него.

– Ты уходишь в себя. Вновь закрываешься! Ааааа… когда ты так делаешь, у меня ощущение, что рядом со мной Снежная Королева едет, а кондиционер работает на максимуме.

– Ты сейчас пошутил так, да?! – спросила обижено Сара.

– Нет! Какие тут могут быть шутки?! Ты же… ты…, как тебе вообще это удается?

– Что?

Он сердито посмотрел на нее.

– Сара, ты издеваешься?

– Тааак, – протянула она. – Что я опять не так делаю?

– Ты все делаешь так! Все так! За исключением одного.

– И чего же?

– Ты…, я не знаю, как у тебя это получается, и как ты это делаешь, но… не знаю, как объяснить.

– Говори, как есть, я о-о-очень, постараюсь понять, что ты имеешь ввиду, – она начинала сердиться.

– Вот сейчас…, еще двадцать минут назад, ты была, такая своя, такая родная и близкая, а потом…, потом ты словно накинула на себя невидимый и непроницаемый купол и спряталась там, плотно его закрыв. И я не знаю…, но меня словно холодом обдало. Словно ты только что была со мной, а потом раз, и исчезла. И стало так пусто. И.…одиноко, – закончил он шёпотом.

Она смотрела на него, и не могла поверить в то, что кто-то может вот так ощущать ее одиночество. Ощущать, как она закрывается от всех и всего мира.

– Прости! – прошептала она. – Прости, я.… я не хотела, чтоб ты это ощутил. Я даже не думала, что кто-то может это чувствовать. Чувствовать, как я… ухожу в себя.

– Как тут не чувствовать?! Я удивляюсь, что тебе еще до сих пор этого никто не сказал, – он посмотрел на нее.

– Макс говорил несколько раз. Но я часто не воспринимаю его слова всерьез. К тому же это Макс, а с ним всегда всё не так как со всеми.

– И часто ты это делаешь? – и он снова взглянул на её лицо.

Оно было задумчивым и непроницаемым.

– Понятно. Ты делаешь это постоянно, – утвердительно заключил он.

– Ну, как бы не так уж и постоянно, – робко возразила она.

– Ага, конечно, – уже более спокойно и даже с улыбкой заметил Никос. – Очень тебя прошу, никогда так больше не делай. Хотя бы пока ты со мной.

– Я постараюсь, – ответила Сара и провела рукой по его волосам, взъерошивая их.

Оставшуюся часть пути они ехали, беззаботно болтая о разных пустяках, рассказывая друг другу смешные истории из своей жизни.

Никос больше не поднимал тему, которую они не закончили. Но то, что она тогда так и не договорила, он запомнил.

Подъезжая к Коринфскому заливу 8 , он сказал:

– Вот и Коринф. Помнишь его? – и он указал рукой в левую сторону.

– Конечно, помню! Как его можно забыть?! – весело ответила она, повернувшись в ту сторону, куда он показывал.

– Это уж точно! Как можно забыть 160 метров высоты, с которой ты в прошлый раз сиганула вниз. Такое сложно забыть! Как тебе, вообще, пришла в голову эта сумасбродная мысль – прыгнуть?!

В свой прошлый приезд, когда они проезжали по мосту и остановились посмотреть на царившую вокруг него атмосферу, Сара увидела группу людей, занимающихся банджи джампингом 9 и, конечно же, она захотела прыгнуть. Они долго спорили с Никосом, ведь он был определенно против такого экстремального увлечения. Но Сара, даже слушать ничего не хотела. И через час, дождавшись своей очереди и пройдя инструктаж, экипированная и с безумно бьющимся сердцем, Сара стояла на краю моста и смотрела вниз. Сосчитав мысленно до семи, она – прыгнула.