Чтение онлайн

– О'кей, что там на Среднем Востоке?

– "Театр" уже миновал индийские корабли и ушел от них на сто тридцать миль. Не поверишь, но индийцы вернулись после этого на прежнее место и возобновили патрулирование подходов к Персидскому заливу, - сообщил своему верховному главнокомандующему адмирал Джексон.

– И нашим и вашим, - сделал вывод Бен Гудли.

– Так можно поссориться с обеими сторонами, - заметил Арни.

– Операция "Кастер" заканчивается. 366-е авиакрыло тоже в Саудовской Аравии, за исключением одного истребителя - его пришлось посадить в Англии. Одиннадцатый полк, "Черная кавалерия", прибыл на место, его личный состав получил боевую технику, которая находилась у нас в Саудовской Аравии, и теперь продвигается к назначенным позициям. Таким образом, пока все идет хорошо, доложил начальник оперативного управления.
– Противная сторона подняла несколько истребителей, вылетевших к границе, однако мы с Саудовской Аравией поставили там воздушный заслон, и потому ничего не случилось - разве что наши летчики и летчики ОИР обменялись рассерженными взглядами.

– Как, по-вашему, они могут сейчас изменить свои намерения и отступить?

– Нет, - прозвучал голос Эда Фоули.
– Уже поздно. Они приняли твердое решение и не изменят его.

***

Встреча произошла в пятидесяти милях от мыса Рас-Эль-Хадд, крайней восточной оконечности Аравийского полуострова. Крейсеры "Нормандия" и "Йорктаун", эсминец "Джон Пол Джоунз" и фрегаты "Андервуд", "Доил" и "Николае" заняли арьергардную позицию с тем, чтобы получить возможность бункероваться у танкеров "Платте" и "Сэпплай" после скоростной гонки из Средиземного моря. Вертолеты перебросили капитанов кораблей на "Анцио", командир которого, старший по званию, стоял теперь во главе усиленной эскадры. Там в течение часа их ознакомили с задачей. Эскадре предстояло провести четыре транспортных корабля, груженных снаряжением для бронетанковой бригады, в саудовский порт Дахран. Для этого им нужно было плыть на северо-запад к Ормузскому проливу. Туда они прибудут после шести часов хода, в 22.00 по местному времени. Пролив был шириной в двадцать миль и усеян островами, не говоря уже о том, что через него проходит один из самых загруженных фарватеров мира - даже сейчас, несмотря на нарастающий кризис. Супертанкеры, каждый из которых превосходил водоизмещением все вместе взятые боевые корабли оперативной группы TF-61.1, были всего лишь наиболее известными судами, проходящими через пролив. По этому же фарватеру шли огромные контейнеровозы под флагами десятка государств и даже многопалубный корабль для перевозки овец, который походил на многоярусный городской гараж для парковки автомобилей, - на нем доставляли живых овец из Австралии. Запах, исходивший от этого судна, сделал его знаменитым на все океаны мира. В проливе был установлен радиолокатор, который осуществлял управление движением - никто не решался даже подумать о последствиях столкновения с груженным супертанкером. Так что вряд ли можно было рассчитывать, что эскадре TF-61.1 удастся проскочить через пролив совершенно незамеченной. Тем не менее не исключались определенные маневры. В самом узком месте пролива военные корабли будут держаться к югу, лавируя между островами, принадлежащими Оману, и потому могут оказаться затерянными в радиолокационных помехах. Далее они пройдут южнее Абу-Муса под прикрытием множества раскинувшихся здесь нефтедобывающих платформ, а затем устремятся прямо к порту Дахран мимо крошечных государств Катар и Бахрейн. У противника, как сообщили капитанам офицеры разведки, на военных кораблях, построенных в Америке, Англии, Китае, России и Франции, имелось то или иное ракетное вооружение. Транспортные суда, входящие в состав TF-61.1 и несущие столь важный груз, были, разумеется, невооруженными. Эскадра развернется "коробочкой": впереди, в двух тысячах ярдов, будет идти крейсер "Анцио". "Нормандия" и "Йорктаун" займут позицию в двух тысячах ярдов от транспортных судов по правому борту, а эсминец "Джоунз" замкнет группу. Два танкера, окруженные эсминцами и фрегатами, образуют вторую группу, которой выпало играть отвлекающую роль. Вертолеты будут находиться в воздухе как для того, чтобы нести патруль, так и для того, чтобы создать видимость значительно более крупной цели с помощью включенных транспондеров. Командиры кораблей согласились с планом и теперь ждали прибытия вертолетов, которые вернут их обратно. Впервые за многие годы американская эскадра шла навстречу противнику без воздушного прикрытия с находящегося поблизости авианосца. Корабли имели полный запас топлива, и группа выстроилась в согласованный походный ордер, направив форштевни на северо-запад и соблюдая скорость двадцать шесть узлов. В 18.00 по местному времени над эскадрой с ревом промчалось звено из четырех истребителей F-16 для того, чтобы дать возможность кораблям с системами "Иджис" попрактиковаться в слежении за настоящей целью, а также проверить коды "свой - чужой", которыми будут пользоваться во время ночного перехода.

***

Они убедились, что Мохаммед Алахад был чертовски обычным человеком. Он приехал в Америку больше пятнадцати лет назад. О нем говорили, что он бездетный вдовец. У него была небольшая лавка на одной из улиц с лучшими магазинами Вашингтона, приносящая ему неплохой доход. А сейчас он находился у себя в лавке. И хотя на двери висела табличка с надписью "Закрыто", агенты пришли к выводу, что для мистера Алахада нет ничего интереснее, чем сидеть и проверять счета.

Один из агентов группы Лумис подошел к двери и постучал. Алахад открыл, и начался короткий разговор, сопровождаемый выразительной жестикуляцией. Можно было угадать его содержание: "Извините, но все магазины закрыты по приказу президента..." - "Да, я понимаю, но у меня масса свободного времени, да и у вас тоже, верно?" - "Конечно, но ведь есть приказ..." - "Ну и что? Кто об этом узнает, а?" Наконец агент в хирургической маске вошел в лавку и пробыл там десять минут, прежде чем снова выйти на улицу. Он завернул за угол и по радио из своей машины связался с Лумис.

– Это действительно лавка, где торгуют коврами, - сообщил агент по кодированному каналу.
– Если мы намерены провести там обыск, придется подождать.
– Телефон Алахада уже прослушивался, но пока никто ему не звонил, и он тоже не звонил никому.

Тем временем вторая половина группы Лумис находилась в квартире Алахада. Там они нашли фотографию женщины и мальчика, по-видимому, его сына, одетого в какую-то форму, - мальчик лет четырнадцати, подумал агент, снимок сделан камерой "поляроид". Но и тут все было в полном порядке и не вызывало ни малейших подозрений. Все выглядело в точности как в квартире бизнесмена, живущего в Вашингтоне, - или офицера разведки. Трудно было сказать, к какой из этих двух категорий принадлежит хозяин квартиры. У агентов ФБР были основания для расследования, но недостаточно доказательств, чтобы обратиться к судье за ордером на обыск. Однако велось расследование, связанное с проблемой национальной безопасности, причем речь шла также и о личной безопасности президента, а штаб-квартира ФБР предоставила им полную свободу действий. Они уже совершили два формальных нарушения закона, произведя обыск двух квартир, и еще два, начав прослушивание двух телефонов. Закончив всю эту работу, Лумис и Селиг прошли в многоэтажное жилое здание на противоположной стороне улицы. От управляющего они узнали, что в здании пустует одна квартира, окна которой выходят на лавку Алахада. Без труда они получили от нее ключи и установили там наблюдательный пост. Два других агента следили за черным ходом, ведущим в лавку. Затем Сисси Лумис связалась по сотовому телефону со штаб-квартирой ФБР. Может быть, у них было недостаточно доказательств, чтобы обратиться к судье или к прокурору, но их было с избытком, чтобы поговорить с другим агентом ФБР.

***

О'Дей заметил, что под подозрением по-прежнему находился еще один агент. Первым был Раман, а вторым - чернокожий сотрудник Секретной службы, его жена была мусульманкой и, судя по всему, пыталась обратить мужа в истинную веру. О'Дей обсудил проблему со своими сослуживцами, а в досье агента обнаружил записку, где говорилось, что семейная жизнь его движется к разводу, как и у многих других сотрудников Секретной службы.

Зазвонил телефон.

– Инспектор О'Дей слушает.

– Пэт? Это Сисси.

– Какое впечатление произвело на тебя дело Рамана?
– О'Дей участвовал вместе с ней в трех расследованиях, касавшихся русских шпионов, и знал, что эта "юная девушка" обладает хваткой бульдога, как только начинает кого-то подозревать.

– Помнишь запись на его автоответчике - звонок по ошибке, набрали не правильный номер?

– Ну и что?

– Наш торговец коврами звонил по телефону давно умершего человека, жена которого страдает аллергией на шерсть, - сообщила Лумис.

Вот оно что!

– Продолжай, Сие.
– Она прочитала ему свои записи и передала сведения, полученные агентами, побывавшими в квартире торговца.

– Похоже, мы напали на след, Пэт. Все слишком уж гладко, словно по учебнику. Выглядит настолько обыденно, что даже не подумаешь. Но зачем звонить из телефона-автомата, если только он не обеспокоен, что его телефон может прослушиваться? Зачем по ошибке звонить умершему человеку? И почему не правильно набранный номер оказался телефонным номером агента Секретной службы?

– Ты знаешь, Рамана нет в Вашингтоне.

– Вот и хорошо, пусть остается там, куда его послали, - посоветовала Лумис. Дело в том, что они не могли пока обвинить Рамана, у них не было прямых доказательств. В данный момент они всего лишь пытались собрать достаточное количество косвенных улик, чтобы подтвердить подозрение, павшее на него. Если Алахада арестовать, ему достаточно всего лишь потребовать себе адвоката. В чем его обвиняют? Что он позвонил по телефону? Ему не понадобится даже ничего говорить. Он будет просто молчать, а его адвокат заявит, что произошла какая-то ошибка. Не исключено, у Алахада уже приготовлено правдоподобное объяснение; естественно, он будет держать его наготове, потребует доказательств, а ФБР не сможет их предъявить.

– Но он может заподозрить неладное, разве не так?

– Лучше перестраховаться, чем потом жалеть о случившемся, Пэт.

– Мне придется поговорить с Дэном. Когда вы намерены произвести обыск в лавке?

– Сегодня вечером.

***

Солдаты полка "Черная кавалерия" безумно устали. Несмотря на отличную подготовку в условиях пустыни, не могли не сказаться две трети суток, проведенные в самолете; его сухой кондиционированный воздух, кресла, не приспособленные для столь продолжительных перелетов, личное оружие на полках над головами - такое количество автоматов вызвало удивление стюардесс, - а затем страна на расстоянии одиннадцати часовых поясов от прежнего места дислокации с ее обжигающей жарой...

Первым делом они провели пристрелку орудий. У саудовской армии был огромный полигон с автоматически появляющимися стальными целями на расстояниях от трехсот до пяти тысяч ярдов. Пристрелку орудий начали с наводки через канал ствола, пользуясь настоящими боевыми снарядами вместо учебных. Стрелки тут же с удовлетворением отметили, что боевые снаряды намного точнее учебных и летят "прямо через точку" - имелся в виду маленький кружок на перекрестии визирных нитей оптического прицела. Спустившись с низких платформ прицепных трейлеров, механики-водители гоняли свои машины, чтобы убедиться, что все механизмы работают исправно; впрочем, танки и гусеничные "брэдли" были совсем новенькими, как им обещали во время перелета, и все действовало отлично. Далее приступили к проверке систем связи, и все смогли поговорить друг с другом по радио. Следующим этапом была проверка систем ИССЭ - столь важных систем обмена информацией между экипажами. Наконец, настал завершающий этап. На тяжелых танках М1М2, которые хранились на базах в Саудовской Аравии, еще не было последних модификаций вооружения этих боевых машин - реечных снаряд одержателей, которые подавались в танки на поддонах. Их заменяли большие корзины из стальной проволоки, куда помимо снарядов укладывались личные вещи танкистов, среди которых особое место занимали бутылки с водой. Экипажи, один за другим, гоняли свои боевые машины по полигону, а стрелки гусеничных "брэдли" даже выпустили по одному противотанковому снаряду TOW, наводимому в цель с помощью тончайшей проволоки, разматывающейся позади. Затем все вернулись обратно и пополнили боезапас взамен израсходованного во время стрельб на полигоне.

Все шло спокойно и по-деловому. Солдатам "Черной кавалерии", привыкшим обучать высокому искусству механизированной смерти других, приходилось напоминать себе, что это не их обычные задачи и что окружающая пустыня вовсе не их пустыни, хотя все пустыни походят друг на друга. Здесь не было привычных карликовых кустов с ярко-желтыми цветами и койотов, зато были верблюды и уличные торговцы. Саудовцы радушно относились к своим гостям и щедро обеспечивали их пищей и безалкогольными напитками. Тем временем старшие офицеры корпели над картами, глотая чашку за чашкой горький местный кофе.