Чтение онлайн

"Иглы" открыли огонь первыми, выпустив каждый по одной ракете AMRAAM. Это были ракеты типа "пусти и забудь", что позволяло американским истребителям отвернуть сразу после их пуска. Однако "иглы" поступили иначе. Они устремились на противника следом за ракетами, движимые желанием отомстить, на которое их подвигли десятичасовые размышления над словами президента, услышанными по радио. Отныне они руководствовались личными мотивами, и первое звено "иглов" продолжало сближаться с иранскими F-4, следуя за самонаводящимися ракетами, выбравшими себе цели. Три из четырех истребителей противника, захваченные врасплох поведением ракет - американские летчики называли их "слэммерами", были сбиты. Четвертый сумел осуществить маневр уклонения, благословил свою счастливую звезду, повернул, чтобы выпустить свои ракеты, и тут же увидел на экране радиолокатора американский истребитель, который находился всего в пятнадцати километрах - и это при скорости сближения почти в две тысячи узлов. Заколебавшись, иранец повернул на юг, что оказалось роковым. Пилот "игла" вместе со своим ведомым в полумиле позади снизил скорость и зашел с хвоста, точно с "шестерки" <В американских ВВС принято считать, что нос самолета направлен на двенадцать часов, а хвост - на шесть, на "шестерку".>. Ему хотелось внимательно посмотреть на противника и затем сбить его пушечным огнем с близкого расстояния. Этим утром летчик иранского истребителя слишком медленно реагировал на стремительно меняющуюся ситуацию. Еще через пятнадцать секунд его F-4 огненным шаром заполнил поле прицела американского "игла"...

– Лис-третий, Лис-третий, я сбил его!

Теперь к району боя приближалось второе звено американских перехватчиков. Наземные диспетчеры ОИР, потрясенные тем, как быстро закончилось первое столкновение, отдали приказ своим истребителям повернуть в сторону приближающихся "иглов" и выпустить дальнобойные ракеты с радиолокационным наведением. Но и в этом случае американцы не отвернули и не попытались уйти, как этого от них ожидали. Они продолжали полет, повернув на девяносто градусов и сохраняя неизменным расстояние между собой и иранскими истребителями, пустившими ракеты. Это помешало радиолокаторам последних воспользоваться эффектом Допплера <Положительная допплеровская частота является признаком приближения ракеты к цели.> и определить расстояние до цели. В результате ракеты полетели наугад, без наведения на цель. Затем "иглы" повернули в сторону вражеских истребителей, зашли к ним в хвост и выпустили собственные ракеты с расстояния меньше десяти миль, воспользовавшись тем, что иранские F-4 замешкались, пытаясь заново обнаружить временно исчезнувшие цели и произвести второй залп. Получив предупреждение от наземных диспетчеров, что к ним приближаются ракеты, иранские истребители сделали попытку отвернуть и уйти от них, но оказались слишком глубоко в зоне досягаемости "слэммеров", и через несколько секунд все четверо взорвались.

– Эй, приятель, говорит "Бронко", - послышался насмешливый голос американского пилота на частоте связи наземных иранских станций с истребителями.
– Посылай нам еще. Мы проголодались. Собьем их, а потом употребим ваших баб!
– Он перешел на канал "Скай-один" и связался с АВАКСом. Это "Кобра-Лид", где самолеты противника, прием.

– В вашем секторе их больше нет. Будьте наготове.

– Понял.
– Подполковник, командовавший 390-й эскадрильей, снова сделал крутой поворот, встав на крыло, и посмотрел вниз, где увидел множество танков, которые двигались из места своего сосредоточения. Впервые в жизни он пожалел, что его истребители вооружены ракетами "воздух - воздух", а не "воздух-земля". Подполковник Уинтерс был родом из Нью-Йорка.

Он знал, что в госпиталях огромного города полно больных, а он здесь воюет с теми, кто несут ответственность за это. Два сбитых им самолета и всего три летчика вместе с ними - небольшая плата.
– Кобры, это ведущий. Выстраивайтесь в боевой порядок за мной.
– Подполковник проверил запас горючего. Скоро потребуется дозаправка.

Далее в небе появились "штурмовые иглы" 391-й эскадрильи, их сопровождали истребители F-16, вооруженные ракетами HARM. Небольшие одноместные машины летели с включенными приборами, задача которых заключалась в том, чтобы засечь подвижные пусковые установки ракет "земля - воздух". В этом районе, сразу позади наступающих танковых войск, оказалось немало таких установок, оборудованных зенитными ракетами для борьбы с самолетами противника на малой высоте, это были главным образом французские "кроталь" и устаревшие русские СА-6. Летчики спикировали вниз, чтобы привлечь их внимание, затем пустили антирадарные ракеты, стараясь облегчить задачу приближающимся F-15E. Перед ними стояла задача уничтожить артиллерию противника.

***

Поисками вражеских артиллерийских установок занимались "хищники". После уничтожения радиостанции "След бури" и гибели диспетчеров, управлявших их полетом, канал связи был прерван и три "хищника" разбились. В системе сбора развединформации образовалась брешь, и понадобилось несколько часов, чтобы исправить положение. На театре военных действий осталось всего десять таких беспилотных самолетов. Сейчас в воздухе находились четыре, практически незаметно кружащиеся на высоте восемь тысяч футов над наступающими бронетанковыми дивизиями противника. Вооруженные силы ОИР пользовались главным образом ствольной артиллерией на механической тяге. Теперь артиллерийские установки заняли новые позиции и готовились к очередному огневому налету. Они располагались позади двух бронетанковых бригад, готовых сделать следующий бросок к военному городку короля Халеда. Один "хищник" обнаружил артиллерийскую группу из шести батарей. Полученные сведения тут же поступили на пункт сбора развединформации, оттуда к АВАКСам, которые в свою очередь передали ее шестнадцати штурмовым "иглам" 391-й эскадрильи.

***

Саудовская группировка с нетерпением ожидала результатов. Ее сорок четыре боевые машины - танки и бронетранспортеры - растянулись на восемь километров. Занять более широкий сектор майор не решился. Ему приходилось наиболее оптимально рассредоточить бронетехнику по отношению к огневой мощи противника. Майор надеялся хотя бы временно задержать его, а если удастся, то и остановить. Раздавшийся в небе свист послужил сигналом - он сам и его люди нырнули в машины и закрыли люки. Восьмидюймовые снаряды стали рваться перед занятой ими позицией. Первоначальный огневой шквал длился три минуты, с каждым мгновением снаряды ложились все ближе к саудовской группировке...

***

– Тигры - вперед!
– прозвучал приказ командира эскадрильи истребителей. Противник предполагал, что удар будет нанесен по танкам - именно там располагались прикрывающие их зенитные установки с ракетами "земля - воздух", которыми занимались "штурмовые иглы". Три звена по четыре истребителя в каждом мгновенно рассредоточились, затем разбились на пары, снизились до четырех тысяч футов и помчались со скоростью пятьсот узлов, оставляя позади дымный след. Артиллерийские батареи вытянулись аккуратными рядами, орудия в сотне метров друг от друга, а позади них тягачи и машины с боезапасом - в точности как предписывается уставом, подумал полковник Стив Берман. Его наводчик-оператор выбрал кассетные бомбы. Вниз полетели два контейнера BLU-97 с мелкими бомбочками комбинированного действия - зажигательными, осколочными и фугасными, - каждая размером с мяч для игры в софтбол, в общей сложности свыше четырехсот мини-бомб. Первая батарея целиком исчезла в массе огненных вспышек, покрывших всю ее позицию. Тут же послышался оглушительный грохот - это взорвались грузовики с боезапасом.
– Летим дальше, - произнес летчик, и истребитель накренился в крутом повороте. Он намеревался нанести удар по второй батарее, но тут заметил...

– ПВА на десять часов.
– Это оказалась самоходная зенитная установка ZSU-23. От нее уже потянулись следы трассирующих снарядов к его истребителю. Выбираю "маверик", - послышался голос оператора, сидящего сзади.

Этот танец смерти продолжался считанные секунды. Истребитель уклонился от зенитного огня и выпустил ракету "воздух - земля", устремившуюся вниз и уничтожившую гусеничную артиллерийскую установку. Затем летчик полетел к следующей гаубичной батарее.

Похоже на учения, промелькнула мысль у пилота. Он был здесь и раньше, еще капитаном принимал участие в прошлой войне в Персидском заливе. Ему довелось уничтожать наземные цели, но тогда они тратили время главным образом на охоту за пусковыми установками "скал". Опыт, накопленный в боевых действиях, не может сравниться с учебными полетами и атаками на цели на полигоне базы ВВС Неллис. Здесь он преследовал настоящего противника. Операция была запланирована только в самых общих чертах. Он охотился за целями в реальном масштабе времени, глядя на экран радиолокатора, направленного вниз, и замечая цели острым глазом летчика-истребителя. К тому же в отличие от игр на полигоне и в него эти парни стреляли настоящими снарядами. Ну что ж, зато он сбрасывал на них настоящие бомбы. Зенитный огонь усилился, и Берман направил самолет к следующей цели.

***

Это походило на кашель посреди разговора. Неожиданно раздался грохот разрывов, два, а то и три десятка снарядов взорвались в сотне метров перед боевой позицией, через тридцать секунд упало еще десять, потом, спустя снова тридцать секунд, всего три. На горизонте, далеко за первой линией только что появившихся вражеских танков, всплыли облака дыма и пыли. Через несколько секунд земля содрогнулась и послышался отдаленный грохот. А еще через несколько секунд ему все стало ясно. Над головой показались истребители, летящие на юг. Судя по очертаниям, это были свои. Затем майор увидел в отдалении от них еще один "игл", который тащил за собой дымный хвост; все сильнее раскачиваясь, "игл" наконец перевернулся, и от него отделились две точки, вскоре превратившиеся в раскрытые парашюты. Они должны были опуститься где-то в километре за его позицией. И тут же истребитель врезался в землю, взметнув гигантский огненный шар. Майор послал машину за парашютистами, а сам продолжал наблюдать за приближавшимися танками противника, которые по-прежнему находились вне пределов досягаемости его танковых орудий, а у него все еще не было артиллерийской поддержки, способной преградить им путь.

***

Проклятье, подумал полковник, происходящее действительно напоминало учения, вот только сегодняшний вечер ему не удастся провести в офицерском клубе, рассказывая о своих приключениях, или заскочить в Лас-Вегас посмотреть шоу и побывать в казино. Во время третьего захода на цель они напоролись на заградительный огонь, и подбитый "игл" не смог дотянуть до базы. Раскрытый парашют еще не опустил полковника на землю, а он уже заметил приближающуюся машину и не мог понять, своя она или вражеская. Через пару секунд он разобрал, что машина походит на американский "хаммер". Когда ноги Бирмана коснулись плотного песка и он почувствовал сильный удар, машина была уже в пятидесяти метрах. Нажав на кнопку, он отстегнул лямки парашюта и выхватил пистолет, но тут же увидел в машине двух саудовских солдат. Один из них выпрыгнул из машины и направился к нему, а второй развернул "хаммер" и поехал к месту, где опустился оператор.

– Идем, идем!
– торопил саудовец. Через минуту вернулся "хаммер". Напарник Бермана сидел в нем, держась за колено и морщась от боли.

– Вывихнул ногу, босс, - объяснил он.
– Приземлился прямо на гребаный камень.

Все, что он слышал о саудовских водителях, оказалось правдой, полковник понял это через несколько секунд, ощутив себя, словно в боевике Берта Рейнолдса. "Хаммер" мчался по пустыне, подпрыгивая на ухабах, чтобы побыстрее укрыться в безопасности вади. Наконец полковник с удовлетворением увидел очертания саудовских танков. Его доставили прямо на командный пункт. Перед ними все еще рвались снаряды, но теперь прицел противника сбился, и они падали с полукилометровым недолетом.