Чтение онлайн

Шесть часов пыток. Шесть часов боли и унижений. Шесть часов работы на грани, где моё мнение, либо же усталость, не имели абсолютно никакого значения. Шесть часов тренировок? Нет, шесть часов очередного круга ада, и попытки не сойти с ума.

— После обеда советую отдохнуть, — голос Учителя доносился до меня, словно сквозь толщу воды. В ушах набатом долбилось сердце, дыхание прерывалось сухим и болезненным кашлем, а перед глазами, то и дело, всё плыло. — И да, не стесняйся, жри больше. Считай это залогом твоего выживания.

Хлопнув меня напоследок по плечу, садист в обличии учителя, совершенно бесшумно скрылся из виду. Я же стоял на коленях, уперев в них ладони и пытался отдышаться. Получалось так себе, но что-то ведь делать надо! Усталость, страх, боль, ненависть, — такой себе коктейль. И никакие мотивирующие речи здесь не помогут. Даже зверь внутри меня и тот затих. Очень уж хотелось верить, что он просто спит, а не трусливо забился в свою норку, лишь бы не сталкиваться с Учителем снова.

Обед и последующие три часа прошли, как в тумане. Ни Рикс со своими доставучими разговорами, ни наличие десятка новых учеников в столовой, этот туман никак не развеяли. Только и отметил, что Мики снова нет, да кое-как затолкал в себя кашу. После по стеночке в камеру и на топчан. Чтобы провести все три часа без движения, в пустых попытках уснуть. Тело горело огнем, а разум совершенно не хотел проваливаться в забытье. Впрочем, мыслей тоже не было. Что определенно плюс.

После всё повторилось в точности. Перекус, арена и якобы тренировки от Учителя, которые больше походили на пытки. Благо здесь, зная уже, как правильно выполнять те или иные упражнения, ошибок не совершил ни единой. Боль — хороший учитель, думал я, в надежде на скорый отдых. Только вот под конец, один хрен, целых пять минут служил грушей для битья.

После был душ, который совершенно не хотелось принимать. Стоя на выходе из арены, только и думал о том, чтобы прилечь. В сон, правда, не клонило, но тело так и жаждало принять горизонтальное положение и больше не двигаться. Никогда.

Перебороть себя получилось с трудом. Добрался до душа, лишь бы постоять под струями ледяной воды. Смыть видимость пота, охладить разгорячённые мышцы и всё на этом. Как в тумане столовая, каша без вкуса, и по стеночке до камеры. Топчан показался на диво мягким, а спасительная тьма забытья пришла мгновенно.

Последующие две недели прошли, как под копирку. Не было у меня ни сил, ни времени, чтобы думы разные думать. Единственное, что тревожило и с каждым днем всё больше это неизвестность в отношении Мики. Рикс только головой качал, а Зана, видя и наверняка зная обо всем от своего дружка, постоянно лыбилась мне в ответ. Наверно, будь у меня силы, злился бы, а так лишь равнодушно скользил по ней глазами, чем, кажется, знатно её подбешивал.

Изменения в распорядке дня произошли неожиданно. Правда только для меня одного.

Выходя после завтрака на арену, сильно удивился никого на ней не обнаружив. Присутствовал лишь учитель, и взгляд его не сильно мне понравился.

— Идем, — мотнул он головой вместо приветствия. — Сегодня твой день.

Смысл этой фразы дошел до меня спустя несколько минут. Кабинет учителя, его немигающий взгляд и голова, наклоненная на бок.

— Раз в месяц, — начал он чуть погодя, — целый день я трачу на кого-то из вас. Мы разбираем слабые и сильные стороны. Подводим итоги и определяем дальнейший вектор движения. Сегодня твоя очередь и мне довольно-таки интересно, что о своем положении думаешь ты.

Небольшая пауза, пока Хин наливал себе, хм, странно, что чай. Большая кружка вместила в себя целых шесть ложек сахара, а сам запах, поплывший по кабинету, сильно отдавал, вроде бы, мятой.

— Первое слово за тобой, — отсалютовал он мне кружкой. — Пусть месяц и не прошел, но ты парень неглупый. Наверняка в твоей лысой башке какие-то мыслишки, да есть. И да, врать и увиливать не советую. Пояснения нужны?

В ответ я просто покачал головой. Врать человеку, который запросто может заглянуть в твои мысли? Нет уж, увольте.

— Можно вопрос? — чуть петуха не дал и это раздражало.

— Валяй, — махнул рукой учитель.

— С Микой всё в порядке? — навязчивая мысль о ней, а точнее о её пропаже, не давала покоя.

— Да, — такой простой ответ, но продолжения не было.

— Спасибо, — кивнул я, решив не настаивать на подробностях.

Уроки с этим монстром приучили к покорности, ибо боль, которую они приносят, лучший учитель.

— Говорил же — толковый парень! — улыбнулся мужчина и что-то в его улыбке меня насторожило.

Секунда, другая и когда пришло озарение, сначала сам ему не поверил. Да ну бред же! Или со зрением проблемы? Впрочем, мимолетное мгновение прошло, будто его и не было.

— Начинай, — кивнул Хин, делая глоток.

Ох, как завертелись мысли! Если до сего дня я хоть как-то выстраивал их плавное течение, то сейчас всё это превратилось в безумный хоровод.

— На самом деле, — начал я, сглотнув, — меня беспокоит не так много вещей. Первое это защита от ментала и второе — двойственное сознание. Зверь внутри, как чужая сущность, раздражает. Я не знаю, когда он может взять контроль, не знаю, как его контролировать. А если, завтра он решит полностью отобрать моё тело?

Признаться, не такой реакции я ожидал.

Громкий хохот сотряс кабинет. Учитель смеялся открыто, не обидно. И это было странно.

— Двойственное сознание, — хлопнул он по столу, запрокинув голову к потолку. — Нет, ну ты точно не шпана подзаборная. Слогу учился? Где?

— Нет, — пожал я плечами, судорожно гоня мысли о прошлой жизни. — Воспитали так.

— Хорошо, хорошо, — покивал Хин. — Значит, говоришь, интересна тебе защита от ментала и зверь беспокоит? А, что, если я скажу тебе, что никакой двойственности у тебя нет?

— Но, — нахмурился я.

— Не перебивай, — попросил! учитель. — Всё дело в том, что тебе так легче. Проще ведь перенести ответственность на другие плечи, не так ли? Вот и пожинай плоды своего «воспитания». Твой разум решил, что ты не можешь быть тем чудовищем, которое способно рвать плоть, испытывая при этом удовольствие. А ты ведь испытывал, да? Чувство силы и власти опьяняет, так ведь? Зана, знаешь ли, не из пугливых, но именно ты её напугал. Она привыкла иметь дело с демонами, но первобытная ярость зверя для неё в новинку. Именно та ярость, которая не знает границ. Зана своего рода эмпат. Лежащий в основе её естества, суккуб питается эмоциями и чувствами других. Показное ей не интересно — ей важны настоящие эмоции! А энергия, которую она получает при совокуплении, поддерживает в ней жизнь. Лиши её страсти, и она не проживет и месяца. А страсть она вызывать умеет, здесь ты сам знаешь.

Интересно девки пляшут… Как ушат ледяной воды, ей богу. И нет, информация о Зане мне в хрен не брякала. Да, полезная, да интересная, но и только. А вот то, что никакого зверя внутри меня нет, а это лишь игры подсознания, не хило так выбивает пол из-под ног. Хотелось бы, конечно, иметь запасной вариант, на случай, если Я отключусь, но, похоже, не судьба.

— Разложил? — кивнул МОИМ мыслям Хин. — Теперь, что касается защиты от ментала. Здесь я тебе помочь не могу, могу лишь направить. Именно созданием, как ты это называешь «зверя», ты выкопал себе неплохую норку для защиты от ментальных магов. То место, куда прячется твоё сознание, когда «выходит» зверь, очень и очень хорошо скрыто. Научишься уходить туда по своему желанию и прочитать тебя смогут немногие. А уж, если получится оставаться при этом в сознании, как бы странно это не звучало, ммм! Ты знаешь, — Хин вдруг резко замолчал, нахмурился и резко собрался. — Значит так, — начал он уже другим тоном. Жестким и хлестким. — Запомни, что я тебе сейчас скажу и сразу выкинь из головы. Менталы — цепные псы Императора. И если Мастер узнает о твоей норке, считай, что ада ты еще не видел. Он сделает всё, чтобы выковать из тебя послушную собачонку, способную им противостоять. И я зуб даю, что в таком случае ты уже больше никогда не будешь собой.