Чтение онлайн

И он многозначительно смотрел на меня. Они с отцом вели на этот счет старинный спор. Тот заявлял, что свободному народу полагается независимое образование, после чего нехорошо ухмылялся. Тем не менее, Сноу в этот раз престиж поставил выше и согласился, чтобы маги расширили внутреннее жилое пространство. Раз оптимизация площадей не освободила их в достаточном количестве. Решился он не сразу, так как магическое вмешательство означало, что потом, в течение года, комнаты будут казаться чуть меньше, чем они есть на самом деле.

Так что сейчас я не без гордости констатировала, что смогла организовать празднество на семьсот двадцать оборотней. Многие семьи даже я видела впервые. У нас выросло целое поколение молодняка до трехсот лет от роду. На них пришелся пик рождаемости, когда хорошие урожаи плюс политика отца по избежанию войн дали свои плоды.

Многие обнищавшие дворяне вывезли сюда своих сыновей и дочек в надежде пристроить их не при помощи влияния или кошелька, а простым прадедовым способом — на смотринах. Здоровые зубы и крепкие мышцы — неплохая заявка на семейное счастье. Наверное, с годами я стала чересчур циничной.

Поговаривали, что среди приглашенных есть и совсем безродные, прославившиеся либо силой, либо способностями. Талантливые интуиты были огромной редкостью, кто уж станет смотреть на знатность рода. И папочка расстарался — разыскал их, оплатил проезд и даже выходной наряд. Правда, из общей казны кланов.

Я подходила к своему креслу в первом ряду, протискиваясь через гостей, которым отдельное место не положено. При помощи одних локтей это бы мне вряд ли удалось. Я шла и рычала, и вот от этих звуков народ расступался, потому что так рычать в человеческом теле может только первородный. В низком тембре, обещая расправу. Многие кланялись.

Что мне в этот раз показалось необычным, никто не шептался. Не обсуждал «больных Кёнингов». Меня провожало глухое молчание. Оборотни ждали новостей и реакции священного камня.

Отец кивнул мне с постамента, его речь так и лилась ровным потоком. Я заметил справа от себя, через четыре кресла, Аделаиду. Первое на моей памяти нарушение этикета на Огненной Луне. Занимать места в этом ряду могли только верховные семьи. Дер Варр сидел справа от меня, а разделяло нас одно пустое сидение, на которое вскоре вернется папа.

Пока ничего неожиданного не прозвучало. Уже находясь в зале, я услышала и про то, что народ сейчас богаче, чем сто лет назад, и про отсутствие войн, и про союзников среди соседей и других рас. Наконец родитель перешел к главному.

— Я не брал слова более ста лет. Не потому что боялся вердикта Луны. Не имел для этого поводов. Главные заявления сегодня жду от Дарианы. У меня тоже есть, что сказать. Я намерен создать новую семью и уже сделал предложение своей избраннице.

Как будто из легких вышибли воздух. Отец, конечно, передовой альфа, поругивает свой народ за косность. Но не до такой же степени! В то, что он спит с графиней, а уходит к другой… Нет, это крайне маловероятно.

— Я не уверен, что любимая пойдет за меня. И сомневаюсь, что главы двух других домов меня поддержат. Готов отказаться от управленческих обязанностей в княжествах в пользу дочери и супруга, которого она обещала выбрать в ближайшее время. Наверное, пора перестать контролировать каждый ваш шаг. Впервые в жизни я завишу от другого существа настолько, что плохо представляю, каким будет завтрашний день… Однако настаиваю, чтобы меня поняли. Я продолжу служить своему народу всем, что у меня есть и так, как я считаю правильным. Каждый по-прежнему может обратиться ко мне за помощью. Я остаюсь Вольфдерлайном и главой клана. Техническим наследником, пока не появятся щенки по прямой линии у моей дочери, становится Стефан дер Варр. За домом Ущербной Луны остается возможность выбрать главу на замену мне или моей семье.

Вот это объявление. «Вольфдерлайн уходит от дел», «Наш сухарь задумал сбежать», — прокатилось сзади. Да, узнаю, однокровников. Отец же, видимо, сказал все, что собирался, и сделал обязательную паузу перед тем, как произнести ритуальную фразу:

— Прошу Луну подтвердить мои слова.

Он склонил голову. Кристалл позади него завибрировал и засиял нежным розовым светом. Рудольф Вольфдерлайн говорил правду. Но и этого ему мало, он пошел дальше:

— Прошу Луну подтвердить мой выбор.

О таком отваживались просить единицы. Кристалл соглашался соединять только истинные пары. Но, как правило, у двоих есть другие способы это проверить. Да и не отец ли постоянно твердил, что твердолобые волки чересчур возвеличивают этот фактор… Он прикрыл глаза, чтобы не видеть реакции гостей. Кристалл поднялся на пару десятков сантиметров вверх и поменял цвет на яркий серебристый, режущий глаз. Цвет истинной любви.

На самом деле мало кто из присутствующих с ходу бы определил, что это значит. Аделаида громко вскрикнула: боль смешалась с недоверием. Отец, не говоря ни слова, спускался к ней. А я уже знала, что он получил свои доказательства. Татуировки Жозефины вряд ли отличались от тех, что теперь украшали холеные кисти древнейшего вампира Белогорья.

Маркус сжал мои пальцы.

— Лучше не говори ничего. Ты поддерживаешь его. Ты сразу все понял.

— По-моему, он все озвучил. Единственный раз наш умнейший альфа послушался сердца. И одно это делает его по-настоящему мудрым.

Графиня что-то тарахтела на языке, в котором преобладали гласные звуки. Отец умудрился за эту неделю изучить праязык вурдалаков? Или он освоил его раньше. Он всегда повторял, что врага нужно знать лучше, чем друга.

Аделаида вылетела из зала. Оборотни расступались перед ней, а два боевика Ущербного дома выскользнули следом. Отец со вздохом расположился рядом со мной. Я старалась его игнорировать. Тем более что пришла очередь Маркуса толкать речь с камнем Серых за спиной.

— Я бы попросил госпожу Дариану встать по правую руку от меня. Тем более что она выступает сразу за мной. То, что я скажу, относится и к ней тоже. Она последние десять лет была самым близким человеком для моего сына.

Конечно, я занервничала сильнее, но, как всегда, хорошие манеры взяли вверх. Я поднялась к альфе и раскланялась с присутствующими. Отсюда открывался нормальный обзор, можно спокойно разглядывать знакомых и незнакомых волков. Я тут же заметила Яриста, мы не виделись миллион лет. Даже обязательные церемонии вроде этой умудрялись пропускать по очереди. Он тоже сидел на первом ряду, вместе с еще несколькими дер Варрами и Стефаном.

Стоило ли брать ребенка сюда? По регламенту, первые лица дома появлялись на огненном празднике не ранее ста шестидесяти, однако Маркус, очевидно же, собирался объявить, что вместо разбившегося с матерью и сестрами Энди прямым наследником станет наш мальчик. И он обязан развеять слухи о том, что Стефан — не его сын. Иначе это отравит будущее всего клана. Я старалась не продолжать эту мысль.

После того, что я услышала, то единственное, что пресекло бы россказни, это анализ крови. Но и здесь нашлись бы горячие головы, которые бы утверждали, что всесильный дер Варр подделал результат. Так что вердикт кристалла был бы идеальным решеним, но отважится ли на это Маркус?