Сложный выбор
Шрифт:
– От чего в тебе столько недоверия? Отчего не можешь поверить, что от слов я своих не отказываюсь и помочь тебе хочу.
– Ты мне уже не поможешь.
– Если тьма тебе жить мешает, мы ее изведем, найдем средство, а нет, будешь с ней жить, да скрывать надежно. Ты мне лучше скажи, кто надел на тебя обруч этот, кто столь искусно смог его выплавить. Ведь сделан он из нескольких, то по рисунку видно. Уж не Данияр ли постарался?
Сердце ускорилось, кровь прилила к щекам, стало жарко. Заглотнув прохладный воздух, Светомира закашлялась. Ни к чему ему об этом знать, ничего про него не скажет. Она отрицательно помотала головой, и притихла. Скверно сделалось, больно. Сразу глаза его вспомнились, то, как раздевал ее, целовал, да слова ласковые шептал на ушко. Перед глазами встала та ночь страшная, когда все ее надуманное счастье разлетелось. Страшно ей тогда было гнев Данияра видеть, да только никак она не ожидала от него предательства такого. Сейчас небось с Есиславой воркует! А та к нему так и льнет, любому слову внемлет, радуется, что с ней остался.
– Странно… - тем временем протянул Светозар. – Одаренный огнем ведь его на тебя нацепил. Если скажешь кто, найду его и заставлю обруч снять.
– Я не знаю кто. В беспамятстве была, а когда очнулась, он уже на мне был. Бежала я тогда, хотела в горах укрыться переждать, но вместо этого сорвалась, да упала.
– От кого же ты бежала?
– От ведьм.
– Светомира. Говори как есть, не скрывай правду. Самое плохое я уже знаю. Ведьмы к обручу даже прикоснуться бояться и не растянуть им его, не сделать из нескольких один. А любой одаренный огнем тебя сразу же сдал бы. Тебя ведь Данияр с Новых земель привез, а после прознал, что ты ведьмой стала, вот и изготовил обруч такой, чтоб не видно его было под одеждой. Знай, я найду его.
– Можешь думать, что угодно. Я не помню ничего.
– Коли действительно не помнишь, может то и к лучшему, ни к чему, чтобы сердце ныло. А сейчас посиди смирно.
Девушка сразу же заметно напряглась, посмотрела недоверчиво, а увидев в его руках небольшую деревянную чашу, завернутую в ткань, скривилась. Легко с ней не будет.
– Я сама, - произнесла она.
Мужчина приподнял ее, вручил небольшой сверток и, отойдя немного в сторону, остановился. Девушка стояла не шелохнувшись, смотрела на него внимательно, будто подвоха ждала, а он сложил руки на груди, да вопросительно бровь приподнял.
– Отвернусь, но отходить не буду.
Светомира тоже повернулась к нему спиной, странным ей казалось его поведение, неправильным. Не верилось, что в обиду не даст, как бы сам не обидел. Она постоянно оборачивалась, поглядывала на его спину, пальцы дрожали и плохо слушались. Мысли бились в голове, слишком многое она не понимала, от чего напряжение лишь росло. Не выдержав, она спросила:
– Зачем я тебе сейчас нужна? Что за выгоду ты видишь? Или же хочешь, чтоб я своими ногами за тобой шла, чтоб не знала на что ведешь меня? Дак ты веревку на шею накинь и тащи, уж это будет более на тебя похоже, без всякого притворства. Не верю я в заботу твою искрению. Или ты, как и все, о пророчестве услышал и теперь хочешь меня для своих благ использовать? Для этого ты хотел обруч с меня снять? Чтоб узнать, что за свет с тьмой во мне живут? А коли не пригожусь - на костер отправишь? Я тебе сразу скажу, нет во мне кроме гнили ничего, лишь она внутри меня сидит и отравляет.
– Светомира! – прикрикнул на нее Светозар. – Прекрати!
После каждого шага все внутри сжималось сильнее, но лучше пусть будет так, чем все это притворство. Не нужно больше напрасных надежд... Как же легко его вывести из себя, сейчас он совершенно не походил на того воина, что пытался к ней относиться не как к ведьме. Мужчина надвигался на нее, не сводя своего взгляда, его лицо не выражало никаких эмоций.
– Хватит придумывать! Хватит грызть себя. Я не могу тебе объяснить почему я так поступаю, почему мне безразлична метка на твоем теле, просто знаю, что иначе поступить не могу. И мы не будем более говорить об этом. А как вернемся в мои земли, я найду Данияра, и подниму с тобой брачный кубок. И будь ты разумной девицей, без пререканий согласишься со мной!
Глава 20
Весь путь Светозар был учтив. Хоть он и молчал, изредка хмурился, поглядывая на нее, но вопросами своими не докучал, не требовал рассказать все как есть, и про Данияра более речь не заводил. Как только Светомира начинала прихрамывать, он останавливался отдохнуть и делал вид, будто его вовсе не заботит их медленный темп. Неожиданное поведение мужчины, настораживало, она даже было глаза прикрыла на очередном привале, попыталась уснуть, да с батюшко й повидаться. Ведь предупредил ее тогда, и сейчас поможет, подскажет! Но сколько она не пыталась получить его совета, он не появлялся перед ней.
Его слова, про брачный кубок, пробегали волной нервной дрожи от макушки до пят. Ну, смешно же! Какой здравомыслящий воин предложит подобное, да еще и выбор свой объяснить как следует не соизволит. Никак его крепко головой приложили, что рассудок растерял. А коли рассчитывал, что она отнекиваться будет, да противиться, то нет! Ответила ему Светомира согласием, чтоб думал, прежде чем небылицы подобные сказывать. Уверена она была, что он так далеко не зайдет, но если покорность изобразить, то может и выяснит быстрее, что ему надобно на самом деле. Правда после ее согласия Светозар ее поцеловать попытался, но она, не подумав, ему такую оплеуху залепила, что пальцы на его щеке отпечатались, и так страшно ей стало, что она сжалась вся. Но он лишь лицо потер, сказал, что заслужил, но чтобы более подобное не повторялось.
Так и не было у него больше попыток с ней сблизиться. Лишь был замечен за подглядыванием, когда она в чистую одежду переодевалась, которую оставил лекарь, хотя и уверена была, что не лекарь он вовсе, а целитель, но называла его так, как сказали, не спорила и не доказывала свою правоту. Хочет так, пусть будет так, побудет и дальше дурой доверчивой, раз так надо.
Настораживало лишь, что к отряду своему не стремится вернуться. Лишь шары сигнальные запускает в воздух, да цветов разных. Наверняка обозначают они что-то. Да не ее это дело, как есть, все равно не скажет.
В какой-то момент Светозар напрягся, приблизился к Светомире, стал оглядываться, да прищуриваться, а после и вовсе на месте замер, велев девушке к земле прижаться. Сам весь подобрался, сосредоточился.
– Покажись! – прокричал он.
Прямо перед ним показался комок огня, подлетел к нему, сделал круг и вернулся назад, замерев на месте.
– Зачем за нами следуешь огненный?
– Предупредить хочу, - раздался приглушенный голос Радимира. – Предали тебя, не сдержал своего слова в тайну твою посвящённый. Сказал, что околдовали тебя чарами неведомыми, да так, что ты рассудка лишился, ведешь за собой девку гнилую, относишься к ней как к равной. Жгут они сейчас поселение ведьмовское, а после тебя повяжут, а Светомиру на костер отправят.
– Отчего верить я тебе должен, чем слова свои подтвердить можешь. В своих людях уверен я, никто против моего слова не пойдет.
– Предупредить мое право, а коли не веришь, сам ступай, да погляди, а девушку мне оставь.
Светозар замер, было видно, что задумался. Радимир же стоял поодаль, опираясь рукой о ствол дерева, ждал, не торопил принять решение побыстрее. В его руках то и дело появлялся огненный шар, который тот подкидывал вверх и затем ловил, впитывая огонь ладонью. Пользовался он тем, что одаренным огнем принято доверять, нарочно свою силу демонстрировал, чтоб не сомневались в словах его. Только вот знала Светомира, что не прост он, что не стоит словам его верить, видела она, на что он способен.
– Знаю я его, - прошептала она, так чтобы только Светозар ее слышал, - недобрый он человек, зло несет, кровью омыты его руки, мысли его гнилью затуманены, язык ложь несет, да слова недобрые знает. Средь ведьм жил, своим у них слыл, сильна тьма внутри него, хорошего ожидать от него не следует.
– Светомира, одаренный огнем гниль в себе держать не может, успокойся. Не действует на него ведьмовская сила. Может, ошиблась ты, пленным он был, вот и запомнила его.
– Нет, нельзя ему верить. Он ко мне приходил в нем и огонь и тьма уживаются, и велика сила его, я сама все видела, поверь мне сейчас. Не слушай его, настороже будь.