Случайная истинная для бескрылого
Шрифт:
Злость и предчувствие беды заставляло мышцы работать на пределе, а чутье обостриться так, будто дракон был все еще со мной. Звуки, мельчайшие движения, даже легкое колебание воздуха – все отслеживалось инстинктивно, направляя меня по нужному пути.
А потом до меня донесся крик. Точнее, для всех это был придушенный хрип, вырванный из ее горла чьей-то грубой рукой.
Я налетел на ублюдков в тот самый миг, когда ее плащ уже слетел на землю, а рубашка затрещала под чужой хваткой. Четверо. Один держал ее за руки, еще один собирался разодрать одежду, а оставшиеся двое явно наслаждались видом напуганной девчонки, что билась в руках у насильников.
Из моей груди против воли вырвалось яростное рычание, а в следующее мгновение тот, что лапал Лили, лишился трех пальцев.
Он завизжал как девчонка, увидевшая жирную крысу, и неверящим взглядом уставился на искалеченную руку. Это стало последним, что он увидел в своей жизни.
До оставшихся не сразу дошло, что произошло, а когда они, наконец, осознали, что их дружок мертв, для них самих было уже поздно.
Следующим во тьму отправился тот, что держал Лили. Я зашел сзади и стиснул его руки, а потом бережно, почти нежно, отвел их в стороны, заставляя отпустить мою девочку. Лили всхлипнула и метнулась в сторону под протяжный вой второго выродка. С мерзким звуком затрещали ломающиеся кости, а потом мои пальцы сомкнулись на его шее, выдавив из него жизнь.
Двое последних сообразили, что вступать в схватку бесполезно, и попытались убежать, но волна огня, смешанного с самой тьмой, настигла их, не дав сделать и десятка шагов.
И только потом я выдохнул и позволил себе чувствовать. Ярость затопила меня, я попытался затолкать ее поглубже, но она вырвалась из-под контроля.
– Решила сбежать? – Прошипел я, хватая Лили за локоть и таща за собой по пустынным улицам. – Или захотелось поразвлечься?
Внутри все клокотало. И не только от злости. Страх, что эти выродки могли причинить вред моей истинной, перекрывал ярость. Стоило лишь подумать о том, что они могли с ней сделать, если бы я опоздал, горло перехватывало ледяной когтистой лапой.
Лили молча перебирала ногами. Ей приходилось почти бежать, чтобы подстроиться под мой быстрый шаг, а я буквально летел вперед, спеша увести ее с этих улиц. Спрятать подальше от чужих глаз, сберечь, чтобы никто больше не покусился на то, на что имею право только я.
Она – моя истинная. И никто, кроме меня, не смеет даже коснуться ее.
До трактира мы добрались за пару минут. Я буквально силой протащил Лили через общий зал, где еще сидели припозднившиеся постояльцы, поднялся на второй этаж и втолкнул девчонку в комнату, заперев за собой дверь. Остановился, тяжело дыша от сдерживаемых эмоций.
– Ты даже не осознаешь, насколько здесь опасно! – Рыкнул я, сдергивая с себя куртку и бросая ее в сторону кровати. – Как у тебя вообще хватило ума шляться по улице посреди ночи?
Она стояла передо мной, опустив голову и вздрагивая от каждого моего слова. А потом вдруг посмотрела на меня. В светлых глазах дрожали слезы.
– Я просто… Я хотела освободиться от тебя! – Крикнула она, сжимая кулаки. – Я больше не выдержу! Тебя… твоих приказов.
Меня обожгло ее словами. Я почувствовал, как дернулись мышцы на лице. Ее злость и отчаяние схлестнулись с моей яростью и страхом.
– И поэтому ты побежала прямо в лапы ублюдков! – Рыкнул я, делая шаг к Лили. – Так хочется поскорее умереть?
– Да мне уже все равно! – Снова закричала она. Ее щеки начали покрываться алыми пятнами. – Чем ты отличаешься от них? Ты ведь тоже хотел меня убить!
Глава 37
Он дернулся, словно от пощечины. В темных глазах бушевало алое пламя. Это была не злость – ее сменило что-то более глубокое, более темное. А я уже не могла остановиться.
– Ты так боишься за меня? Или все дело в вознаграждении, которое ты не получишь, если я пострадаю?
Рейвен сделал еще шаг, и я инстинктивно. Его лицо исказилось, словно мои слова попали в цель.
– Не смей так говорить. – Угрожающе прошипел он, склоняясь надо мной. Его глаза, оказавшись так близко, затягивали меня в красно-черную бездну. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы усмехнуться ему прямо в лицо.
– Хочу тебя огорчить – вознаграждения не будет в любом случае. – Я сглотнула и добавила уже тише. – Так что можешь убить меня прямо сейчас. Все равно я не смогу тебе заплатить.
Он молчал, продолжая прожигать меня взглядом. И я сказала все как есть.
– Ни я, ни моя семья не заплатит тебе. Я не из знатного рода. Просто… Просто сирота, чья родня сама и продала меня ферганцам.
Он замер, даже не моргая, и я не могла отвести взгляд. Молчал, казалось, целую вечность. В повисшей тишине я слышала, как бешено бьется мое сердце, отдаваясь гулом в ушах.
А потом он усмехнулся.
– Думаешь, я этого еще не понял? Я знал это еще до того, как мы пересекли границу Ферганы.
Только когда слезы скатились по щекам, обжигая кожу, я поняла, что плачу.
– Тогда почему ты все еще рядом? Почему не бросил там, в лесу? Почему не отпускаешь меня?
– Потому что мне плевать на деньги. – Отрезал он, делая еще шаг и сокращая расстояние между нами до критической отметки. Теперь мы стояли вплотную, почти касаясь друг друга. Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже, ощущала исходящую от него силу и ярость, которую он с трудом сдерживал. Рейвен обхватил ладонью мое лицо и хрипло прошептал. – А награду за свою помощь я могу взять, когда захочу.
Сердце едва не проломило грудную клетку, когда он меня поцеловал. Дыхание перехватило, когда Рейвен смял мои губы своими. Это был даже не поцелуй. Слишком грубый, требовательный, почти жестокий. Он впился в мои губы, словно хотел лишить меня возможности дышать, заставить подчиниться его воле. Наказать меня за неповиновение приказам.
На мгновение я застыла, пораженная случившимся. А потом в груди расцвел огненный цветок, заставляя меня обхватить дракона за шею, запустить пальцы в жесткие волосы, притянуть его к себе, отвечая на поцелуй.
Руки Рейвена оказались на моей талии, спустились ниже и снова заскользили вверх, стягивая с меня рубашку. Секунда – и я стояла перед ним, обнаженная по пояс. Прижатая к его горячей груди. Всего мгновение, чтобы сделать судорожный вдох, и Рейвен снова терзал мои губы. Его пальцы касались меня, то легко и невесомо, то грубо. Губы скользили по шее, ключицам. Их сменяли зубы, оставляя на коже отметины, будто дракон хотел поставить на мне клеймо. Доказать, что я принадлежу ему одному. А я отвечала ему с неменьшей страстью.