Чтение онлайн

– Я только выполняю приказы.

Как часто я слышала эту фразу за последние дни. Неужели все готовы безоговорочно прогибаться под моего будущего мужа?

Хотя я и сама не лучше.

Ещё не один час я чувствую себя куклой в руках стилиста. Меняю образы один за другим. Сначала Валентина интересуется моим мнением, но, заметив моё полное безразличие, только отдаёт приказы, что и с чем дальше мерить.

Когда гардероб полностью составлен, включая шикарные вечерние платья, Валентина отправляет меня в салон красоты.

Меня встречают как родную. Тут же предлагают кофе, конфеты и берутся колдовать надо мной сразу в несколько рук.

Делают нежно-розовый маникюр, наносят какие-то маски на лицо и, конечно же, меняют мне причёску. Лепят из меня ту, что заказал для себя мой будущий муж.

Я даже не пытаюсь узнать, как буду выглядеть. К чему это? Они ведь только выполняют приказ. Сказали сделать из меня брюнетку – сделают.

Если надо будет – и фигуру мою перекроют. Нарастят всё, что нужно, лишь бы заказчик остался доволен.

Грустно усмехаюсь собственным мыслям и стараюсь не накручивать себя. Это всего лишь внешность.

– Как вам? – Одна из девушек разворачивает кресло к зеркалу и внимательно следит за моей реакцией.

А я не верю собственным глазам.

Всю дорогу до дома смотрю на своё отражение. Почему-то сложно поверить, что Лев не стал меня переделывать. Я осталась абсолютно такой же. Просто волосы стали выглядеть ухоженнее. И лицо будто светится изнутри.

Опускаю взгляд и только сейчас обращаю внимание на новую одежду. Она похожа на ту, что ношу. Просто другого качества. Но стиль и даже цвета максимально приближены к тому, к чему я привыкла.

Мне казалось, после сегодняшнего дня я не узнаю саму себя. Буду напоминать одну из тех гламурных девушек, что видела мельком в магазине, в котором работала.

Снова смотрю на себя и успокаиваюсь. Может быть, всё будет не так страшно?

Захожу в дом и сразу вижу, как Макар на беговеле несётся прямиком к высокой тумбе, на которой стоит пузатая фарфоровая ваза. Действую быстрее, чем успеваю подумать. Бросаюсь к ребёнку и успеваю его перехватить.

Смотрю по сторонам и пытаюсь понять, с кем ребёнок. Но никого не вижу.

– Привет, – улыбаюсь я малышу. – Ты здесь с кем?

– Один, – гордо заявляет парень, после чего добавляет: – Няня уснула.

– Кушать хочешь?

Макар активно мотает головой.

– Тогда пойдём, покажешь свою комнату и любимые игрушки.

С этим предложением мальчик соглашается.

Он шустро взбегает вверх по ступенькам. А я с каждым его шагом проклинаю этот холодный дом. Тут ведь легко убиться можно! Самое ужасное, что комната Макара выглядит не лучше. Холодные, скучные тона. Такая же мебель и идеальный порядок. Ни одной разбросанной игрушки. Вспоминаю, когда Инга была маленькой, они валялись на каждом шагу. Мы с мамой не успевали их убирать. А тут ничего.

Макар подходит к обычному комоду, открывает его и достаёт машинку.

– Вот. – Он протягивает её мне.

– Красивая. А что ещё?

Мальчик достаёт мячик, потом какого-то робота. Непонятного мягкого зверя, которого тут же прижимает к своей груди.

– Папа подарил.

– Замечательный. Кто это?

– Мулик.

– Приятно познакомиться. – Я тяну руку к Мулику. – А я Света.

– Ты будешь жить с нами?

– Да.

Улыбаюсь мальчику, хотя самой хочется реветь от отчаяния. Беру машинку и начинаю катать по полу. Макар наблюдает за мной, а потом тянется к машинке. Я передаю её и смотрю, как малыш принимается катать машинку по полу.

Но что-то не так! Не сразу понимаю, что смущает. А потом осеняет: «Макар играет абсолютно молча!»

Смущается меня? Или это его особенность?

– Ты не против, что я тут сижу?

– Нет.

Макар даже не поднимает голову, продолжает молча катать машинку по полу. А я даже не представляю, как его разговорить и нужно ли.

Дверь в комнату резко открывается. Мы с Макаром одновременно смотрим на женщину лет тридцати, с безупречным макияжем и такой же причёской. В строгом тёмно-синем брючном костюме.

– Вот ты где! Что за беспорядок ты здесь устроил?

Нахмурившись, я смотрю на несколько игрушек на полу.

Она называет это беспорядком?! Женщина не обращает на меня никакого внимания, продолжает строго разговаривать с мальчиком.

– Макар, тебе по графику пора заниматься. Идём.

Малыш хмурится, но кивает и начинает собирать свои игрушки с пола. А потом идёт вслед за женщиной. Я тоже решаю отправиться за ними. Интересно ведь, что за занятия у двухлетнего ребёнка.

Мы подходим к соседней комнате. Женщина пропускает ребёнка вперёд, но мне зайти не разрешает.

– Посторонним нельзя присутствовать. И, вообще, вы кто такая и как оказались в этом доме?

Столько пренебрежения во взгляде, что я тушуюсь. Отступаю.

– Вам лучше уйти. Я поговорю со Львом Борисовичем о том, что временные любовницы не лучшая компания для его сына.

От этой фразы становится смешно. И я даже не пытаюсь скрыть усмешку.

– Буду премного благодарна. А вы, как понимаю, няня?

– Пока что да. – Женщина гордо задирает нос кверху. – Но это временно.

– А здесь вы правы. Думаю, Льву Борисовичу будет интересно узнать, что вы уснули, а ваш подопечный чуть не убился в этот момент.

Няня бледнеет, поджимает губы, но быстро берёт себя в руки и уже в следующий момент шипит на меня змеёй:

– Только попробуй вякнуть об этом – уничтожу.

– Думаете, испугали?

Разозлившись на эту женщину, я грубо отталкиваю её в сторону и прохожу внутрь.

– Или я присутствую, или мы с Макаром уходим.

– При вас занятия не будет. – Она стоит на своём.

– Как пожелаете. – Я подхватываю Макара на руки. – Пойдём, малыш, дальше играть?

– Можно?

В детском голосе столько надежды, что внутри меня поднимается буря эмоций: непонимание, злость, а ещё желание защитить этого мальчика от его собственного отца.

В комнате мы снова достаём из комода игрушки. Только в этот раз Макар берёт две машинки и одну из них доверительно вручает мне.

– Спасибо, – улыбаюсь я мальчику.

Макар сначала робко играет, но со временем начинает входить во вкус. Откладывает машинку в сторону, лезет в комод за новой игрушкой. Начинает показывать мне. На детском личике расцветает счастливая улыбка. И с каждой новой игрушкой она расцветает всё больше.

– Можно к вам присоединиться? – раздаётся вопрос слишком близко.