Чтение онлайн

— Таак, — хмурится, сжимая чувственные губы в строгую линию. — Мнение брата ты принимаешь беспрекословно, да?

— Но ведь он прав!

— А что я ответил на его доводы, ты помнишь?

— Мм… Для крепких отношений нужны усилия?

— Да, я не знаток, но так пишут специалисты, — отпускает меня, достает телефон, проводит по экрану. — Что тут ещё? — задумчиво. — Время вместе, совместные приятные эмоции, новые впечатления…

— Ты… — доходит до меня.

— Внимание к нуждам партнера, его вкусам, интересам… — разворачивает экран ко мне.

Вчитываюсь в знакомые строчки. “Риши был вдовец и имел дочь по имени Лаура…”

— Ты читаешь “Парфюмера”?

— Да.

— И насыщенная программа специально, чтобы мы… — кивает, подходя ближе.

— …проживали эмоции вместе, узнавали друг друга, — трется щекой о мои волосы. — Пойми, Оля, я не надеюсь, что у нас всё получится. Я прикладываю к этому усилия. Очень приятные, честно говоря, усилия…

Сжимает мою талию и тянет вверх. — Что ты…

Бедра касаются холодных поручней. Теряя опору, цепляюсь за крепкую шею и обнимаю его торс ногами. Как тогда, в холодной воде озера.

Теперь наши лица на одном уровне. От высоты или его гипнотизирующих глаз голова кружится.

— Я тут заметил… что тебе вставляет… небольшой экстрим, — выдыхает в миллиметре от моих губ. — Хочу проверить… Ты не против? — наклоняется, одновременно сокращая расстояние.

Тело сжимается и бьет по нервам острыми разрядами. Все чувства обостряются.

Пустота за спиной обжигает. Горячие губы врезаются в меня, руки скользят вдоль позвоночника. Подо мной дрожит холодный металл. От яркой судороги этих ощущений я стону, выплескивая всю бурю эмоций в поцелуе.

Какой он внимательный! Придется мне тоже чего-нибудь заметить в его вкусах…

Зарываюсь в его волосы, сжимаю и тяну на себя пряди, скольжу на затылок. Царапаю ноготками крепкую шею, ныряю под ткань и вжимаю пальчики в горячую кожу.

Он рычит, прикусывая губы, и стаскивает меня с поручней. Впечатывает в себя и рвано дышит над моим ухом.

Слышу, как часто колотится его сердце, сотрясая грудную клетку.

— Ну как, проверил? — заглядываю в потемневшие глаза.

— Не то слово, — жадно вдыхает запах моих волос. — Придется уплотнить нашу программу скалолазанием и прыжками с парашютом.

— Ооо… Тут и такое есть?

— Нет. Но мы обязательно поедем туда, где есть!

— Понятно, — смеюсь его бурной реакции.

Ну вот, не одной мне терять ориентацию от поцелуев. — А на счет украшений, — тянет мою руку к губам, оставляя на каждом пальчике по горячей отметке. — Можешь совсем их не носить, кроме одного, — слежу за его взглядом и ловлю блики от огромного камня на кольце.

— Мм… Мне всё ещё нужно подумать. Но ты очень помогаешь процессу.

— Отлично. Тогда я продолжу укреплять мост между нашей пропастью. Дальше у нас из экстремального — знакомство с твоей семьей.

Ох. Никогда не приводила ухажеров домой. Приглаживаю волосы и касаюсь своих опухших, искусанных губ.

Кошмар какой! Представляю, что подумают мама с Костей и заранее горю от стыда.

На обратной дороге снова прокручиваю разговор с Миланой.

— Может скинуть Милане ссылочку на эту статью? Мне кажется, она не поняла твоего совета, — вспоминаю её вспышку отчаяния и холодный тон Тео.

— Не сейчас… У них немного другая ситуация.

— Почему?

— Всё можно решить, но Милана ещё не уверена в своем выборе. Нет смысла давать ей конкретные рекомендации. Ей нужно посомневаться. Представить себе оба варианта реальности — с Костей и без него.

— А… ты тоже сомневался?

— Конечно.

— Но… ты понял, что хочешь быть со мной?

— Когда потерял твой браслет, — сплетает наши пальцы.

— Хм… но ведь он на мне…

— Да, спасибо Жану-Мари.

— Кто это?

— Я вас познакомлю, когда поедем на море.

— А когда мы туда поедем?

— Когда захочешь. Но лучше бы поскорее… мне… не терпится поучить тебя плавать, — снова ловит мои губы и я опять вздрагиваю от горячей волны возбуждения и желания похозяйничать на его загорелом теле.

Оля

— Оленька, доченька! — мама крепко обнимает. — Это правда ты? — трогает мои тонированные локоны, оглядывает со всех сторон. — Красавица моя.

— Ну ладно, мам. Хватит уже… — теряюсь от её внимания, словно старшеклассница, которую привели на линейку родители.

— Не могу не согласиться. Оля просто удивительная девушка, — раздается за моей спиной голос Тео. По его бархатным ноткам я понимаю, что он улыбается.

— Ой, здравствуйте! Проходите, что же мы в дверях, — мама отступает, пропуская нас в номер. Переводит взгляд с меня на Тео.

— Мария Леонтьевна, моя мама. А это Теодор Итомин. Мой… Я работала у него… гм… — сбиваюсь от попытки упаковать наши отношения в одно предложение.

— Можно просто Тео, — он выдает самую милую улыбку из виденных мной. — Оля действительно пришла устраиваться ко мне на работу. Но потом ваша дочь меня очаровала, — Тео тянется к моей руке нежно сжимает, а я замечаю гордую улыбку мамы. — Понимаю, что это очень неожиданно. Но у меня серьезные планы. Поэтому я рад познакомится с Вами и узнать больше о своей любимой девушке. — Очень приятно, — мама тянет руку, Тео подхватывает её и галантно целует.

Подхалим! С удивлением отмечаю профессионализм Тео в покорении женских сердце.

Ещё несколько общих фраз, и разговор заходит о Косте. Обстановка в комнате меняется. Мама смотрит задумчиво и молчит. — Оленька, тебе надо поговорить с ним как можно скорее, — признается. — Мне он ничего не скажет, а у Оли с братом особенная связь, — поясняет для Тео. — Иногда мне кажется, что мои дети телепаты.

Выходим из номера. Мама проводит нас до палаты Кости. Чувствую волнение, но и огромную радость от встречи. — Подожди немного, я зайду первая, — оборачиваюсь к Тео. Линия его губ становится жестче, но он кивает. Обнимает на секунду и отступает от двери.

Стучусь и вхожу.

Брат сидит на высокой кровати, что-то листает в телефоне, хмурится. Его ноги до пояса укрыты пледом. Поднимает голову, и я встречаюсь с такими же голубыми глазами, как у меня. Молча подхожу к его постели, разглядываю. Костя застывает. Его брови приподнимаются.

— Ну хоть что-то этим швейцарцам не под силу, — начинаю наш привычный обмен шутливыми замечаниями. — Твое гнездо на голове им не удалось исправить.

— А твое гнездо, я вижу, кто-то одолел.

Кивает на мои непослушные раньше пряди. Да, Милана изменила меня. Но только не для моего брата. — Он богат, — смотрит на мои руки. Ох, кажется, я неосознанно кручу браслет Теодора. — Меня последнее время окружает только золотая молодежь, — горько кривятся его губы.