Чтение онлайн

– Я люблю тебя, - шепчут твои губы.

– Я знаю. Я тоже, - блаженно выдыхаю я.

И мы засыпаем на влажных простынях, так и не расплетая наших тел, так и не размыкая наших объятий.

На другом конце города.

На рассвете.

– Ты уверена, что так было нужно?
– спросил мужчина.

– Конечно! Эти два идиота никогда сами не до думаются, что любят друг друга, - ответила молодая девушка.

– Ох, любимая... Ты всегда будешь заниматься сводничеством?

– Неа, это было только для моего любимого братца.

В этот момент мужчина перевернул девушку к себе лицом и после страстного поцелуя спросил:

– И так, какие планы на будущее?

– Любить тебя вечность, - с лукавой, но очень нежной улыбкой ответила девушка.

– Отлично. Подожди, я на секундочку, - мужчина выбрался из постели и объятий девушки, поспешно скрылся в темноте другой комнаты.

– И, что это было?
– спросила она в пустоту. Усевшись удобнее в кровати, она стала ждать любимого. И ждать себя долго он не заставил. Вернувшись, он протянул ей небольшую синюю коробочку в руки.

– И что это значит?

– Это, это планы на будущее. Ты согласна?

– Задай вопрос, а то я не смогу ответить правильно, - сказала она.

– Анастасия Вадимовна Воронова ты будешь моей женой?

– А подумать можно?

– Нет!
– зарычал мужчина.

– Просто понимаешь, мне только 19 лет, а я хочу еще по наслаждаться жизнью...

– УБЬЮ, - зарычал тот, прервав ее на слове.

– Я люблю тебя Егор. И я буду твоей женой.

– Давно бы так, - с нежностью сказал он и потянулся за поцелуем.

– Но, папочка меня точно убьет, - высказалась его любимая Настюшка прямо в губы.

А Егору, только и оставалось любить ее и надеяться на долгую жизнь рядом с ней...

THE END.

Конец?

И, конец ли?

А может быть, это только начало...

Диагноз - ЛЮБОВЬ

Бонус рассказ про Алину и Ярослава из "Случайная ночь или "Будь Моим". События происходят сразу после 20 главы романа.

Пробежаться пальцами легкомысленно, мысленно

По рукам, по глазам и губам твоим искренне.

Затаить на секунду дыхание. Выстрелом.

Расплескать на тебя все эмоции истинно.

Опуститься на землю осенними листьями,

Разжигая костер между нашими жизнями.

И проснуться в слезах и движеньями быстрыми

Затереть все следы, нанесенные искрами.

(автор: Willow)

Ринка Кейт. "Сумасшедшая любовь"

ГЛАВА 1.

– Кровяное давление падает, возможно, от болевого шока, сердечный ритм снижается, - быстро сказал анастазеолог.

– Твою мать, внутреннее кровотечение, - мне пришлось снимать все швы, которые только что наложили.

– Остановка сердца.

– Да, где же это кровотечение? Давление надо увеличить, - я раздавала четкие указания.

Цифры на мониторе сначала резко снизились, потом взмыли вверх и через некоторое время стабилизировались, но эти изменения были временными. И однотонный ровный сигнал не заставил себя ждать.

– Быстро, напряжение повысить, 450. Разряд...

– Ноль.

Я не обращая внимания на слова и действия присутствующих, продолжала равномерно надавливать на грудь. С каждым нажатием чувствуя вибрацию и скрип ребер под ладонями.

Раз - пауза - нажим. Два - пауза - нажим. У меня самой сердце колотилось как безумное, прокачивая за минуту столько крови, сколько бы хватило, чтобы запустить автономный генератор нашей больницы, но сердце пациентки не подавало даже искру надежды. Три - пауза - нажим. Мышцы ног взрывались болью, схваченные судорогой после того, как я Бог знает сколько простояла в одном положении около операционного стола. Четыре - пауза - нажим. Легкое покалывание распространилось вверх по руке, от правого плеча до кисти, когда я делала прямой массаж, чтобы заставить сердце пациента биться.

– Все! Десять минут. Прекращай.

– Нет!
– твердо сказала я.

– Алин, остановись. Мы сделали все, что смогли, - сказал Андрей врач кардиолог, мой ассистент.

Я это понимала, но он прав, но это не делало поражение легче, и у меня почти не осталось в легких воздуха, чтобы даже разразиться проклятьями. Тяжело дыша, руки дрожали от напряжения, стетоскоп оттягивал шею. Вышла в предоперационный блок и опустилась на стул. Стиснув зубы, посмотрела в остекленевшие глаза умершего пациента. Совсем молодая женщина, лет тридцати от силы. Наверное, только недавно жить начала, но...

– Черт знает, что, - пробормотала я.

– Успокойся, значит, так нужно было. Ее время пришло, - прошептал тихо Андрей.

– Да понимаю я, но смириться тяжело. Ты сообщишь родственникам?

– Конечно. Иди, отдыхай.

– Спасибо, увидимся, - стянула перчатки и вышла из блока.

Идя по коридору больницы, пыталась прийти в себя. Конечно, я понимаю, что ничего сделать нельзя было, и ты не Господь Бог. Но смерть, мы переносим намного тяжелее, чем думается. У каждого врача есть свое маленькое персональное кладбище. "Мы здесь закончили". Слишком много таких случаев в последнее время. Пациентку доставили поздно ночью, но это был уже безнадежный случай. Впрочем, большинство бывают либо мертвы, либо уже при смерти.

Я зашла в свой кабинет, и посмотрела еще раз карту покойной пациентки. Где я ошиблась? Основная жалоба пациента? Острая боль в груди. Смерть вследствие пересадки органов, в нашем случае сердца. Реакция пациента на лечение? Никакой, по причине все той же смерти. Бл...

– Алина Александровна, - в кабинет зашла медсестра из операционного блока.

– Да Люб, что случилось?
– я оторвалась от бумаг.

– Подпишите.

– Люба, скажи ребятам из морга, чтобы забирали тело. И поставь их в известность, что мне нужна копия отчета о вскрытии. Я собираюсь выяснить, что стоит за этим.