Чтение онлайн

– А надо было бы, причём сразу, - огрызнулся блондин и зловеще рассмеялся.
– Мне стоило бы догадаться, что Стенли подсунувший мне эту шлюшку, на вас работает.

– Стенли давно служит мне.

– Гнида!
– вот уж кого-кого, а предателей Майло ненавидел.
– А Данте?

– Я обманул его.

С сердца Майло тут же отлегло. Он не хотел верить, что Данте его подставил и, судя по всему, тот этого и не делал.

– Продолжим разговор, - лысый сложил ладони, сплетая пальцы.

– Нам больше не о чем разговаривать. Я уже всё сказал.

– Вы не дослушали меня до конца. Проявите капельку терпения, и вы всё поймете. Я уверен, вы передумаете коли вам жизнь дорога.

– Я весь внимание, - наигранно сложил руки на груди и гордо задрал нос.

– Мне нужны такие люди как вы, обладающие волей, целеустремлённостью, смелостью и самое главное умом, - босс мафии покосился на Лианга, тот аж сглотнул, уловив на себе взгляд шефа.
– Я предлагаю вам огромные перспективы. Если вы такой умный как о вас говорили, то вы должны понимать что мои условия гораздо выгоднее по сравнению с тем, что вы получите, продолжая работать на Данте.

– Я те бл*** собака что ли, чтобы прислуживать кому-то?
– блондин вскочил с кресла, и уж было хотел наброситься на Вайрона, но Чарли его обезвредил. Акупунктура творит чудеса: одно нажатие и человек временно обездвижен.

– Хм. А вы действительно вспыльчивый молодой человек. Слухи не врут. Что ж, предложу последний вариант, уж он-то вас точно устроит. Вашему боссу Данте вместе со всеми его подчинёнными осталось жить буквально несколько дней, ибо я намерен их уничтожить, стереть с лица земли, будто и не существовало таких людей на этом свете. Так вот вам, Малькольм Келлерман, я предлагаю занять место Данте, под моим командованием естественно.

Чарли встрепенулся: "Это что же, он приравнивает его ко мне. Какому-то пацану с улицы он предлагает те же полномочия что и мне", - Таундсен прибывал в замешательстве.

– Hurensohn!
– тяжело дыша, выговорил Майло.
– Scheisskerl!

Бешенство заклокотало в груди "тёмного принца", и он, вырвавшись из захвата Чарли, схватил Вайрона за шею и, легко подняв в воздух, затряс, как щенка.

– Убью, гнида!
– проорал Майло.

В ту же секунду в комнату ворвались два амбала и двумя чёткими ударами заставили блондина отпустить жертву. Майло развернулся, и один громила полетел в большое зеркало на стене, с грохотом рухнувшее и засыпавшее верзилу осколками; второй, едва ли не вдвое толще блондина, попятился от мощнейшего удара парня в челюсть, споткнулся о туалетный столик и, ухнув на него всей тушей, превратил в щепки.

– Стоять!
– загремел голос Чарли, и он на пару с Лиангом наставил на Майло дула крупнокалиберных стволов.

Вайрон медленно ворочался на полу, шевеля вывалившимся от удушья языком и растирая посиневшую шею. Лицо его было серым, на гладком лбу и лысине блестели капли пота

– Hijo de puta!
– прохрипел он.
– Свяжите его!

– Зачем вязать?
– сказал Лианг, вынимая из кармана наручники.
– Прикуем к батарэе, да завтра астынет, клянус!

Китаец защёлкнул наручники на правом запястье Майло и, под дулами своего и чарлинского пистолетов сопроводил пленника в соседнюю комнату.

– Потявкал и в будку, - Лианг прицепил наручники к мощному радиатору центрального отопления.

– Я б тебя послал, да вижу - ты оттуда.

– Пасиди, падумай, - напутствовал на прощание китаец.
– Па-моэму, ты нэмножько пагарячился. Затшэм абыдэл гаспадина Вайрана?

– Смотри, тварь поганая, допрыгаешься у меня...
– хмуро пообещал Майло.

– Я с табой ещё пагаварю!
– угрожающим тоном пообещал Лианг.

– Пагавари!
– передразнил его Майло.

Китаец плюнул на пол и хлопнул дверью.

Майло остался один, в тёмной комнате, и нельзя было включить свет или лечь на диван, потому что не позволяли наручники. Нестерпимая тревога, злоба и боль жгли всё его существо, сплетаясь в один страшный, неразрешимый клубок противоречий, сомнений и ненависти.

Он был на крючке у мафии - это было очевидно.

Смерть Митча - это обрушилось на него как снежная лавина и погребло под собой, как подминает незадачливого альпиниста неистовый белый шквал, сорвавшийся с гор.

Злость, ненависть, боль, одиночество...

Майло яростно рванул наручник - и зажмурился от невыносимой, дикой боли в запястье.

"Милена, девочка моя, - в мозгу всплыл образ любимой, которой он за всё прошедшее с их расставания время ни разу не позвонил.
– Я выживу и ради тебя тоже!".

Майло недолго сидел вот так, неподвижно прислонившись лбом к прохладной поверхности подоконника и вцепившись онемевшими пальцами в тёплый радиатор. Вскоре что-то заставило его обернуться, он почувствовал в комнате присутствие ещё одного человека...

Он увидел застывший у дверей изящный женский силуэт и обращённое к нему лицо. Он не видел глаз женщины, но понимал, что они смотрят на него, что они буквально впились в его лицо и горят, как угли.

– Эмили?
– спросил он с сомнением.

Она молчала.

– Милка, это ты?
– ещё раз спросил он.

Щёлкнул выключатель, и комната ярко осветилась. Майло удивлённо поднял брови.

Перед ним стояла та самая девушка, которая в прихожей выразила желание подружиться с Майло поближе. Только сейчас он разглядел, насколько она красива - совершенной, тонкой, благородной красотой. Короткое платье на голом теле не скрывало её изумительной фигуры. Большие неподвижные глаза дрогнули и сомкнулись от света, и, прикрываясь точеной рукой, девушка сказала ленивым, медленным голосом, всё так же, как тогда, в холле, растягивая гласные:

– Я не Эмили. Меня зовут Джинджер.

– Зачем ты пришла?
– спросил он.

Девица прикрыла дверь и подошла к парню вплотную, он почувствовал тонкий чувственный аромат, исходящий от её тела.

– Они все уехали, - сказала девушка.
– В квартире остались только двое охранников, ты и я.

Она медленно потянулась в прорезь декольте, чтобы достать спрятанные в бюстье ключи. "От наручников", - мгновенно понял Майло.