Чтение онлайн

Картинка рассыпалась как карточный домик, когда Марина услышала какой-то шум. Прислушавшись, она поняла, что это всхлипывая и заикаясь, плачет ребёнок.

На миг, девушка замерла, прислушиваясь, и пошла на звук, не задумываясь над тем: надо ли ей сейчас туда идти. Это была комната напротив той, в которой она пока будет жить. Дверь была приоткрыта. Тусклый свет ночника не позволял рассмотреть всё должным образом, но она увидела, как Дмитрий, наклонившись над сыном, пытался его успокоить.

Марина сделала несколько шагов в сторону кровати. Дмитрий увидел её, но не мог решить: попросить её уйти или наоборот, пригласить войти. Не раздумывая ни секунды, она ели заметно качнула головой, давая ему понять, чтобы он ушёл. Дмитрий тихо встал, медленно пятясь, наблюдая за сыном, вышел из комнаты, неплотно закрывая дверь.

Заметил ли ребёнок, что папа выходит из комнаты, но перестал плакать практически сразу, как только увидел незнакомую женщину, от удивления открыв свой ротик.

На Марине был надет белый махровый халат, волосы рассыпались по плечам, из-под подола халата выглядывали босые ступни. Она подошла к кровати, когда за отцом закрылась дверь. Присев на то место, где только что сидел Дмитрий, смотрела в заплаканное лицо мальчика.

Марина попыталась отвлечься от своих мыслей и сосредоточила всё своё внимание на малыше, чтобы успокоить его, но её отвлекли голоса в коридоре.

Дмитрий, выходя из комнаты, неплотно закрыл дверь, потому ей было слышно если не всё, то большую часть разговора Андрея с Дмитрием.

– Тебе никто не говорил, что ты сумасшедший? Объясни мне, что ты делаешь? Зачем ты её сюда привез?
–  Андрей практически кричал на Дмитрия, чуть ли не хватая его за рубашку на груди.

Внимание Дмитрия было сосредоточено на комнате, которую он только что оставил, прислушиваясь, он понял, что сын успокоился, или во всяком случае не плачет.

– Слушай, шёл бы ты спать, я так сильно устал, что у меня уже нет сил на определение моего собственного диагноза.
–  Пытаясь улыбнуться, Дмитрий хотел уйти от дверей детской комнаты, чтобы своими голосами не напугать сына и новую няню.

Андрей подтолкнул его в сторону кабинета. Мужчины прошли в единственную комнату, где Дмитрий любил бывать после смерти своей жены. Это был тихий островок, где он мог расслабиться и отвлечься от всего, что могло его волновать или беспокоить.

Марина смотрела на малыша улыбаясь, сосредоточиться на ребёнке она пока не могла, её сбил с намеченной цели крик Андрея. Она мысленно спрашивала себя: «За что?» Они молчали, изучая друг друга глазами, потом Саша осмелел и протянул к ней мокрую от слёз ручку. Он тронул её за руку, потом за плечо, потом погладил её волосы.

– Кто ты? У тебя такие мягкие и пушистые волосы, как у ангела.
–  Спросил Саша, заикаясь.

Марина поняла, он заикается, потому что долго плакал.

– Меня зовут Марина, некоторое время я поживу здесь, хочу познакомиться с тобой поближе и подружиться, если ты, конечно, захочешь.

Она смотрела на мальчика с заплаканными глазками, и что-то больно сжало ей сердце. Марина любила детей, и всегда старалась найти подход к ребёнку. Сейчас она говорила с ним тихо, чтобы не испугать его, как маленькую птичку.

– Я Саша. Ты будешь жить с нами?
–  Спросил он, и перебрался к ней на колени, продолжая гладить дрожащей ручкой её волосы.

Мальчик был худенький и совсем не тяжёлый, от него пахло потом, Марина поняла, что ребёнка вечером не купали, и мысленно сделала себе заметку: «выкупать его утром, как только он проснётся». Погладив его по спине, она притянула ребёнка к себе, но не сильно.

– Да, я буду жить в соседней комнате.

Ребёнок упёрся ручками в грудь Марины и отстранился от неё так, чтобы можно было посмотреть ей в лицо.

– Можно мне звать тебя Ангелом?

Марина привыкла к детской непосредственности, потому ответила не задумываясь:

– Конечно, но хочу тебя предупредить, что у меня есть только пушистые волосы, а вот крыльев нет, но если тебе так нравится, то почему бы и нет.

Пригладив его взлохмаченные волосы, Марина пересадила малыша на кровать, собиралась укрыть его одеялом, но он отстранил её руки:

– Крылья… - Не то задумчиво, не то мечтательно произнёс он, не отрывая своих красных глаз от лица Марины.
–  а ты не исчезнешь до завтра?

Марина улыбнулась ему, укрывая его.

– Нет, - улыбаясь, произнесла она. – У меня же нет крыльев, я останусь здесь столько, сколько ты захочешь. А теперь спи, спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Ангел.
–  Быстро высвободив свою ручку из-под одеяла, Саша взял её за руку, не давая ей подняться на ноги.
–  А ты посидишь со мной, пока я буду засыпать? – Тихо спросил он, опасаясь отказа.

– Посижу, но только, если ты быстренько заснёшь, а то я тоже хочу спать.

Саша кивнул и, сложив ладошки себе под щёчку, закрыл глазки. Не прошло и пяти минут, как малыш заснул. Она посидела ещё немного, рассматривая детский профиль в слабом свете ночника, и когда поняла, что он уже спит, бесшумно выскользнула из комнаты. И тут же в коридоре столкнулась с Дмитрием. От испуга она подпрыгнула.

– Извините, я не хотел вас напугать. Как он?
–  Спросил Дмитрий, показывая рукой на дверь детской.

– Всё в порядке, он заснул. Мне кажется, что ему не нужна няня, Саше просто нужен друг. И мы с ним подружимся, если Вы, конечно, не возражаете.
–  Марина смотрела Дмитрию в лицо и пыталась понять, о чём он думает.

– Нет. Я не буду возражать, вы вправе поступать так, как считаете нужным, лишь бы ему было хорошо.
–  Успокоил он её.

– Хорошо, мы потом во всём разберёмся, а сейчас, если позволите, я пойду спать, сегодня был слишком длинный день.
–  Сказала она, умоляюще глядя на него.

– Да, да. Конечно. Спокойной ночи, мы сможем завтра обо всём поговорить.

Марина посмотрела ему в лицо, улыбнулась и тихо произнесла:

– Да, хорошо. Спокойной ночи.

Марина вошла в отведённую ей комнату. Мысли у неё крутились в голове с такой скоростью, что думать о чём-то конкретном она не могла. Автоматически добрела до кровати, упала на неё без сил и уснула мгновенно

ГЛАВА 4

В саду было очень тихо. Кое-где перекликались сороки, лёгкий ветерок шелестел в молодой зелени, потрескивали сухие веточки. Ребёнок рисовал деревья, его рука с карандашом зелёного цвета так стремительно двигалась по листу, что Марине трудно было следить за тем, как быстро появлялись листики на его картинке. Поэтому она подняла голову и посмотрела в сад, слушая, как скрепит карандаш на бумаге. Мысленно говоря себе: «если карандаш скрипит, значит, ребёнок рисует и не требует моего внимания».