Чтение онлайн

– Это невозможно. Кто захочет причинить мне вред? Я обычная девчонка с Манхеттена. Вот и все.

– Ты так ничего и не поняла? – Томмазо бросил на меня пристальный взгляд.

– Нет. В том то и дело – нет. Даже если Гай прав на счет жрецов, откуда им знать кто я и кто мои родители? Ведь вы привезли меня сюда? Ни единая душа не знает, что я направилась к Сеноту, помимо того мальчугана, который даже не имеет представления кто я, и… – Я встала, растерянная и шокированная, чтобы смущаться. – Разве что Роза и Артуро. Думаешь, они помогают Мааскабам?

– Я не думаю, а знаю, – ответил он.

– Не может быть. Такая милая пожилая пара не могла. Я уверена в этом факте? Из-за того, что Роза сестра моей любимой бабушки не значило, что и она стала бы обо мне заботиться. Но я верила, что кровные узы все же что-то значили.

Должна верить в это. Я планировала вновь поговорить с Розой и узнать все, что смогу о ней и о родственниках, которые еще могли у меня быть. Могло оказаться, что у меня куча двоюродных теток и дядей, или кузенов.

Но почему бабушка не рассказывала мне о них? Или родителям? Они вообще знали?

Затем в голове возникла другая мысль.

О, нет…

– Родители? С ними все в порядке? Они в безопасности?

– Можешь рассчитывать на это, – сказал Томмазо, с экзотическим акцентом.

– Прости. Я не разговариваю с "магической восьмеркой".

– Они ведут себя, как родители, у которых пропала дочь. Если ты с ними свяжешься, они начнут действовать иначе. Мааскабы узнают об этом и используют их в качестве рычага давления – они надеются, что сделаешь такой шаг.

Ситуация была намного хуже, чем я представляла. Как вышло, что моя жизнь сделала крюк в такую печаль, когда я находилась на полпути к нормальной?

По лицу начали течь слезы.

– Зачем я им? Почему никто не рассказывает мне, что происходит? – спросила я. Да. Да, опять вопросы.

Он открыл дверь и вышел, качая головой.

– Стоило бы догадаться, что короткая соломинка ни к чему хорошему не приведет. Ты задаешь слишком много вопросов.

Короткая соломинка? Лживый, бессердечный головорез.

Спустя час безымянный мужчина с холодным выражением лица вернулся, неся с собой поднос с тарелкой свежей пасты и теплым хлебом, и несколькими пакетами с совершенно новой одеждой: штаны для йоги, футболки, несколько спортивных бюстгальтеров и… розовых стрингов?

Ну конечно. Не хотелось бы быть в плену без стринг.

Обыскав ванную, я нашла тонну припасов, самыми удивительными стали: кондиционер, новая зубная щетка и флакончик FlowerBomb [26] . Пятизвездочная тюрьма.

Но несмотря на внимание к деталям и средства по уходу за волосами в сотню баксов за штуку, меня все же удерживали здесь против воли, и я была очень зла. Родители будут волноваться и ради чего?

Должен быть способ дать им знать, что я жива и рассказать о Мааскабах, не подвергая их опасности.

Черт, я даже не была уверена, что вся эта ерунда об угрозе злобных Мааскабах правдива. Рассматривая это, я задалась вопросом, а что мне вообще известно? Только то, что рассказал Гай и его злой дружок

Так или иначе, кто они, на хрен, такие? Из всего известного мне, их можно считать плохими ребятами.

Пленение. День второй.

Я свернулась на кровати, морщась и стараясь не обращать внимания на жужжащие голоса. И вновь их громкость была увеличена на тон.

Я желала уже разобрать что они говорят.

Я распахнула глаза.

– Христос! Откуда ты взялся? – Сбоку от кровати стоял Томмазо и смотрел на меня. Жу-у-у-у-тким взглядом.

Я включила лампочку, стоящую на прикроватной тумбочке. Что и говорить, выглядел Томмазо лучше меня. Одетый в костюм в полоску и темно-синюю рубашку, плотно облегающие его идеальный, пример для подражания, мужской стан.

Отвратительно. На самом деле мужчины не должны быть такими красивыми. Особенно, когда я провела несколько часов, ворочаясь взад-вперед в кровати.

Сев, я схватила резинку и ожесточенно собрала волосы в хвост.

– Вечно эти вопросы, – сказал он, качая головой.

Я посмотрела вниз на свою одежду, чтобы убедиться, он не играет в Барби и не переодел меня в розовое неглиже.

Облегчение. Я все еще одета в футболку, брюки для йоги и, да, розовые стринги.

– Пошел ты! Чего тебе надо?

– Ты выглядела расстроенной. Тебе плохо? – спросил он.

Как он мог…

– Вы, парни, за мной следите? Здесь камеры?

Я повертела головой по сторонам.

Он не ответил, что означало "да".

– Черт побери. Лучше бы все это не оказалось на Ютубе, – предупредила я и натянула пуховое одеяло до подбородка.

– С тобой всё в порядке? – снова спросил он.

Я предположила, Томмазо подразумевал физическое состояние, но он, возможно, сомневался о моей вменяемости в целом.

В любом случае, я отказалась ему отвечать, не сильна в вежливой лжи, и не собиралась говорить "нет". Хныканье казалось бессмысленным, к тому же неубедительным. Но честно говоря, я чувствовала себя совершенно больной; гудение других голосов становилось громче, и я не могла заснуть.

– У тебя есть снотворное? – спросила я. Если он скажет "нет", я попрошу дюжину хот-догов или другую калорийную вкуснятину.

– Тебе плохо? – снова, как робот, спросил Томмазо.

– Обычно я задаю вопросы, помнишь?

– Мистер Сантьяго хочет, чтобы о тебе хорошо заботились. И, если тебе плохо, я пошлю за врачом. Это не вопрос.

Он говорил правду?

– Снотворное. Пожалуйста, принеси таблетки. Это не вопрос, – ответила я низким, насмехающимся тоном.

Ни намека на улыбку на его лице. Может, идея развеселить его была не самой удачной.

Мне нужно было перетянуть его на свою сторону, чтобы разузнать о происходящем и, возможно, даже послать сообщение родителям. Если бы я была суперудачливой, он помог бы мне задушить Гая, когда придет время.

Время снова менять тактику.

– Я не могу заснуть, потому что очень беспокоюсь. Моя семья думает, случилось что-то ужасное, а я их единственная дочь. Можешь себе представить, каково им, ведь я никогда не уезжала больше, чем на несколько дней…

– Меня это не касается, – холодно прерывает он.