Чтение онлайн

— Эй! Я тоже хочу долю! — перебив меня, возмутился брат. — А то по договору о курорте мне ничего не досталось, только бегал как дурак от этих рогатых и хвостатых бестий.

— Иржи, продолжай, — усмехнувшись, попросил император.

— Сразу же, как только Андре узнал эти новости, он отлучился, чтобы позвонить отцу. Кратко передал информацию. Я слышала только его, так как он был в наушниках.

— Сумеешь вспомнить его слова? По возможности дословно, — заинтересовался владыка.

Я прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться, и начала говорить. Память у меня хорошая, тренированная, разговор был короткий, да и повторить нужно было только слова одного из собеседников.

— Умничка! Какая же ты умничка, Иржи! — с чувством произнес лорд, когда я замолчала и открыла глаза. — Вы оба молодцы. Так! Знакомство поддерживайте, гуляйте, общайтесь. Сможете подружиться — отлично. Нет, — хотя бы станьте добрыми приятелями. Князь Астор будет только рад. И Андре, и Арману, и Эрику нужны знакомства и связи. Как вернетесь в столицу — сведите их с лиграссами и постарайтесь проводить время вместе. Ну и вообще… Иржи, это на тебе. А я намекну Астору, что у него есть шансы породниться с Китарром. Насчет тканей и горнолыжного обмундирования я услышал. Сегодня же переговорю об этом.

Хм… а не поздновато ли сегодня? Я глянула на часы. Вообще-то уже ночь. Вот интересно, император вообще когда-нибудь отдыхает и спит или такое высокое положение не подразумевает того обстоятельства, что его величество тоже живой и нуждается в отдыхе? На какое-то мгновение мне стало жалко лорда Дагорна. Демоны! Да у него вообще есть личная жизнь или одна работа?!

— …с Иржи поговорить, — услышала я окончание фразы объекта моих размышлений.

Грег вскочил, помахал мне рукой и вышел, а мы с владыкой остались вдвоем.

Оба посмотрели на закрывшуюся дверь, храня паузу.

— Иржи, как ты? — сейчас со мной говорил не император, а мужчина, который беспокоился обо мне.

— А куда пошел Грег? — Какое-то время я продолжала гипнотизировать закрытую дверь, за которой скрылся брат, пытаясь собраться с мыслями и решить, как себя вести. Но потом все же посмотрела на императора. — Я отвлеклась и прослушала.

Губы лорда тронула улыбка.

— Так как ты себя чувствуешь? Успокоилась?

— Не знаю, — дернув плечом, я отвела взгляд. — Наверное. Сколько можно?

— И хорошо. Нам тебя не хватает.

— Нам?

Отвечать мужчина не стал, только шире улыбнулся.

— Рассказывай, что за портреты у тебя пропали? И можно ли взглянуть на остальные? — Он кивнул в сторону картин, прислоненных к стене.

— Да, конечно, ваше… — наткнувшись на его взгляд, я исправилась. — Лорд Дагорн.

— Иржи, еще раз назовешь меня «ваше величество», и я прикажу тебе обращаться ко мне по имени и на «ты», — нахмурился в мнимом гневе… э-э… его величество.

Демоны! Ну не могу я! Не могу, и все!

Я выросла с мыслью, что император — это кто-то ужасный, страшный в своем гневе и еще более опасный в своей милости, от которой неизвестно чего ожидать. Тот, кто может одним мановением пальца разрушить всю твою жизнь. В чьей власти сломать все, что ты имеешь. И привести к этому могли не только его ярость, но и излишняя доброжелательность. Ведь просто так сильные мира сего ничего не делают.

Кашлянув, я промолчала, решила, что озвучивать подобные мысли не стоит.

— Ну что? — понял он.

Эмм… У меня на лице все написано?

«Теряю хватку», — грустно признала я очевидное.

— Иржи! — Лорд поднялся и, глядя на меня, перекатился с пятки на мыски и обратно.

Я тут же вскочила и встала напротив. Не могу же я сидеть, когда император стоит.

— Когда ты перестанешь меня бояться? Мне кажется, что я уже достаточно сделал и продолжаю делать, чтобы показать, что я тебе не враг. Мне неприятно, что, когда ты смотришь на меня, в твоих глазах мелькают опасение и неуверенность. Неужели так трудно забыть о моем статусе и начать воспринимать меня как живого человека?

— Я стараюсь, лорд Дагорн. Правда! И спасибо, я очень признательна вам за все! — Скорчив самую жалостливую мордашку, я смотрела на него.

— Ты невыносима! — с досадой бросил он, отвернулся и прошел к картинам.

И чего это я невыносима? В груди тут же родилась глухая обида. Попробуйте носить, так и увидите, что я легкая. А то все только и могут, что шпынять, гонять, давать приказы, ограничивать свободу, и вообще. Разумеется, вслух я ничего говорить не собиралась. Жить захочешь — научишься молчать. Как показывает жизненный опыт, чаще всего самое мудрое, что можно сделать, — это оставить свои мысли при себе.

Я покосилась на Руби, которая до того лежала у окна, но подорвалась, как только мы встали. Жестом показала ей, чтобы продолжала отдыхать.

— Это нарисовал твой зомби? Тот, который из эльфов?

— Да, лорд Дагорн. Норель. Он очень талантливый.

— Я вижу, — кивнул император. — К тому же у него весьма необычное видение людей. Что ты хочешь делать с этими картинами?

— Не знаю пока. Я предложила Норелю сделать выставку его работ и продавать их потом желающим. Ну и клиентов ему найти. Но он сказал, что деньги ему не нужны, а рисовать он согласен только меня.

— Отдашь мне вот эти две картины?

Его величество указал на те полотна, на которых я была в виде охотницы с луком и в виде не знаю кого. Девушки с пылающим огненным шаром в руках, у ног которой застыли коленопреклоненные воины.

Я грустно посмотрела на портреты. Жа-а-алко! Сама еще нарадоваться не успела. Графитовые рисунки украли, масляные — император хочет забрать. И не откажешь ведь!

— Не жадничай! — снова прочел мои мысли лорд. — Норель тебе еще нарисует. А мне очень нравятся вот эти два полотна. Твой зомби прочитал твою суть и смог ее запечатлеть.

— А почему не вот этот? — Я тотчас же забыла про обиду и заинтересовалась. — Тут ведь я тоже очень хорошо получилась.

— Хорошо, не спорю. Но… Это не совсем ты, — шагнув ко мне и покровительственно обняв за плечи, император обвел силуэт на картине, где я стояла в белом платье на фоне заката. — Ты можешь стать такой когда-нибудь. А сейчас в тебе слишком много жизни, энергии и бунта. Такое умиротворение, как у девушки на портрете, тебе не свойственно.

Чуть наклонив голову, я вглядывалась в лицо той Иржины, что смотрела на мир отстраненно. В чьем сердце царил покой.