Чтение онлайн

— Звучит как самый страшный сон.

— Я могу превратить вашу жизнь в сказку. Но каждый получает то, что выбирает. Вы явно добиваетесь кошмара.

— Ничего я не добиваюсь, это все вы…

— Так уж получилось, — оборвал ее возражения, приложив указательный палец к пухлым губам. — Теперь вам лучше расслабиться и получить удовольствие.

— Как? — сглотнула. — Как вы это представляете?

— Легко.

Она нахмурилась.

— Я дам вам многое, если будете вести себя благоразумно.

Я не стал сообщать, что произойдет в противном случае. Другого исхода кроме как покорность и абсолютное послушание я попросту не допускал.

Когда он сказал, что "выведет меня в свет", я подумала, что это произойдет когда-нибудь потом. Через неделю. Месяц. Или никогда. Но едва часы будильника показали девять утра, ко мне в комнату постучали.

Я резко распахнула глаза и натянула повыше одеяло. А вдруг это пришел Каримов? Снова будет лечить меня нравоучениями и прожигать своими практически чёрными глазищами. Как вчера в примерочной.

Мне было неуютно в его присутствии. Я чувствовала, что я ему не ровня и делать в этом доме мне абсолютно нечего. Но тем не менее он почему-то не хотел меня отпускать. А ведь беременность ещё даже не подтвердилась! Может, это фантастическое ЭКО вообще не удалось, что я тогда вообще здесь делаю?

Ещё и смену свою пропустила, меня же теперь наверняка уволят. Из-за него! Хотя он и есть владелец гостиницы, где я работаю. Ох, дурдом.

Стук повторился, и я пропищала какое-то слишком уж жалобное:

— Кто там?

Дверь приоткрылась, и в спальню заглянула женщина слегка за сорок. Чопорная, прямая как палка, с идеально уложенными светлыми волосами. И это в девять утра!

Мне чтобы сделать такую прическу нужно проснуться как минимум в шесть.

— Доброе утро. Меня зовут Паулина Валдисовна, и я помогу вам освоиться в этом доме. Рустам Тигранович поручил мне заняться вашим внешним видом и вообще…

И вообще?

И что это Павлина вместо со своим боссом Тирановичем имеет в виду?

То есть я плохо выгляжу? Не вышла "фейсом" для их богемной компании?

Видимо, он решил, что Илоны мне мало, теперь эту паучиху подавай.

— Спасибо, я справлюсь сама. Вчера мы купили массу новой одежды…

— Но ведь ее еще нужно правильно сочетать! — паучиха бесцеремонно распахнула дверь и вошла в мою спальню. Затем раздвинула занавески, впустив в комнату солнечный свет. Который вовсе не показался мне приветливым. В этой клетке даже самое красивое и когда-то приносящее радость быстро теряло свою ценность.

— Я изучила ваше портфолио, — (мое что?!) — ваш стиль… — она скривила тонкие губы, — …он, мягко говоря, ужасен.

Я буквально задохнулась от возмущения!

То есть ее стиль высший пилотаж? Вот эта старческая юбка карандаш до колен и приталенный пиджак?

И вообще, что о себе возомнил Каримов? Он на самом деле решил, что я его вещь, которой он может пользоваться как захочет?

Приставил ко мне эту ужасную тетку чтобы я не сбежала… Определенно.

— Спускайтесь к завтраку, в десять у вас маникюр. В двенадцать причёска. А после я научу вас пользоваться косметикой.

— Извините, но я уже умею пользоваться косметикой. И одежду подбирать тоже умею!

— А так сразу и не скажешь… — усмешка вышла откровенно ироничной. — Жду вас внизу.

— Постойте! — своим откликом я заставила ее притормозить у двери. — А к чему все? Почему сейчас?

— Сегодня вечером Рустам Тигранович отправляется на юбилей к депутату Гордееву и захотел взять с собой вас, — за паучихой захлопнулась дверь, а я в прямом смысле упала на подушки, не понимая, что это сейчас было.

Выходит, его угрозы были и не угрозы вовсе?

Зачем я ему там, такая, как он сам считает, "деревенщина"? Вел бы туда свою драгоценную Илону. Уж она-то имеет отменный вкус и знает, как поставить себя в высшем обществе.

Мысленно негодуя, я быстро привела себя в порядок и спустилась вниз. К счастью, в столовой была я одна, что позволило поистине насладиться чудеснейшими блинчиками с ежевикой и жасминовым чаем. Но едва я допила последний глоток, как в поле зрения нарисовалась паучиха. Больше ее в этом доме меня раздражает только Илона. Надо узнать, не родственницы ли они…

— Мастер маникюра уже здесь, — официальным тоном произнесла она, — ждёт вас в вашей комнате.

И вот тут началось! До самого вечера меня терзали различные гуру красоты, замучили так, что к семи вечера я была выжата словно лимон. Я и подумать не могла, что чтобы быть "красивой" нужно столько всего!

Когда Паулина натянула на меня платье с тонкими бретельками, я ощутила себя крайне некомфортно, но спорить с ней у меня уже не было никаких сил.

— Думаю, Рустама Тиграновичу понравится, — одобрительно кивнула она, рассматривая меня с разных сторон.

Я взглянула на себя в зеркало и просто не могла себя узнать. Это я и в то же время не я. Волосы лежали перекинутыми через одно плечо тугими локонами, кожа сияла, и это несмотря на дикую усталость! А ресницы… я и не знала, что они у меня настолько густые и длинные.

Я скорее почувствовала, чем услышала, как открылась дверь в спальню. А затем ощутила на себе оценивающий взгляд.

Каримов стоял в проеме и смотрел на меня так… ну как примерно смотрел в той кабинке торгового центра. Только глаза его горели уже совсем иначе.

— Добрый вечер, Анна, — хриплый голос пробрался под кожу, пробуждая волну колючих мурашек во всем теле, и эта реакция мне совсем не понравилась.

Что со мной творилось?

Колени ослабели, ноги задрожали. Я обрадовалась, что еще не успела обуться в те жуткие туфли на высоченных каблуках. Конечно, на первый взгляд обувь казалась милой, но на деле — пыточные агрегаты более милосердны к своим жертвам.

Каримов продолжал смотреть на меня так, будто видел впервые.