Чтение онлайн

Наконец где-то в час ночи он является. Открыв дверь, он вваливается в прихожую, с трудом держась на ногах. Безобразно пьяный, в грязной одежде. Я его никогда таким не видела. На рубашке пятна от пива, все брюки в земле. Вонь стоит невообразимая!

От мысли что мне придется спать с ним в одной кровати становится дурно.

– Ты почему в таком виде? – говорю едва слышно, держась от мужа на некотором расстоянии. Я чувствую что он настроен агрессивно, об этом говорят его красные глаза и искривленное от ярости лицо. Да и в целом он плохо переносит алкоголь, так что много пить ему точно не стоит.

– Потому что, – с трудом разувается. С равновесием у него так себе, поэтому, чтобы не упасть, он цепляется то за стену, то за висящие на крючках куртки, – Мы разводимся, моя милая. Собирай вещи!

А это уже что-то новенькое.

– Ты предлагаешь расстаться? – у меня глаза на лоб лезут. То есть ведет себя по-свински он, требует тесты, подтверждающие отцовство, тоже он. А теперь он же и считает что я с новорожденным сыном должна куда-то уйти. Класс.

– Я не предлагаю. Я официально тебе сообщаю об этом. Забирай своего нагулянного щенка и вали на все четыре стороны! – последние слова он уже орет так, что слышит наверно весь подъезд. Рома, которого я с трудом уложила, тут же просыпается и начинает плакать. А я стою в шоке.

– Почему нагулянного?

– Потому что я ему не отец! Не веришь? – он достает из внутреннего кармана видавший виды конверт и протягивает мне, – Можешь прочитать, шлюха!

Я не верю Максиму и этой мятой бумажке. Потому что такого просто не может быть! Я не изменяла, даже намека на такое не было. Более того, я никогда не напивалась, не употребляла наркотики, а не страдаю лунатизмом… Не могло у меня быть никакого случайного секса! Я весь последний год была «в себе»!

При этом я держу в руке документ из лаборатории, где четко написано, что степень родства Максима и Ромы – менее десяти процентов! У меня глаза на лоб лезут!

– Ты еще здесь? – нетрезвый муж направляется на кухню, видимо чтобы продолжить свой банкет. И всем своим видом демонстрирует что у него большая драма.

– Это ошибка, – развожу руками, а Максим в ответ лишь ржет. Как будто бы и рад… Но не мог же он подделать результаты анализов? Я трогаю пальцем синюю печать… Как будто настоящая… Я возвращаюсь в комнату и становлюсь возле кроватки Ромы. Глаза щиплет от слез. За что мне это? Почему?

– Выметайся, – выглядывает из кухни, – Я даю тебе двадцать минут чтобы собраться, иначе я за себя не отвечаю!

Максим произносит это с ненавистью. Глаза красные, злой, кажется, еще чуть-чуть, и на меня с кулаками полезет. А время – два ночи… Я смотрю на спящего Рому. Хочешь – не хочешь, а с мужем в одной квартире оставаться никак нельзя. Это опасно. Поэтому я киваю и вынимаю сотовый:

– Я вызову такси.

– Вызывай, – насмешливо кивает. – Кстати все твои вещи, которые ты не заберешь, я выкину с балкона… Чтобы все знали, что ты из себя представляешь!

Похоже что для Максима демонстрация моей неверности какой-то извращенный предмет гордости – надо показать всем, что жена гулящая. Только я ни в чем не виновата! Я с трудом, но дозваниваюсь маме. Обычно в это время я уже сплю, поэтому когда она берет трубку, я слышу тревогу в голосе:

– Даша, все в порядке? Что случилось?

– Максим выгоняет нас из дома. Можно к тебе приехать?

– Нас – это кого?

– Меня и Рому, – сглатываю, поглядывая на стоящего в дверях мужа.

– Конечно, о чем речь! – мама охает, – А что случилось? Поссорились?

– Можно и так сказать. Приеду – расскажу, – не хочу объяснять по телефону абсурдность ситуации. Но сам документ решаю взять с собой, показать матери.

– Шевелись, – орет муж, а я, сбросив звонок, бегом собираю хоть какие-то вещи. Понимаю, что ситуация накаляется. И все равно не могу понять, что же произошло? Ошибка? – Я знал что ты двуличная и мелочная особа. Это я сначала тебя любил, а теперь… Теперь я понял все. Какая ты дрянь. И больше ты меня вокруг пальца не обведешь! Кто отец ребенка?!

– Ты, – говорю едва слышно. Но мужа этот ответ не устраивает:

– Мерзкая лгунья! Таким как ты – плюнь в глаза, божья роса! – восклицает Максим, – Ничему тебя жизнь не учит! И знаешь, это даже хорошо, что ты родила ребенка от какого-то левого мужика! Я женюсь на нормальной женщине! И буду счастлив!

– Может ты уже нашел ту самую нормальную женщину? – не выдерживаю. Да я в жизни не поверю что эта справка настоящая! Потому что я не изменяла! Никогда не изменяла, – И поэтому ты напечатал на принтере эту филькину грамоту?

– Филькина грамота? – звереет, – Посмотрим что скажет суд на эту «филькину грамоту»! И да, есть женщины, более честные и благородные, нежели ты! Например Алена!

– Да ты что? – вскидываю брови. – Это она сама тебе сказала, что она благородная, или ты самостоятельно пришел к таким выводам?

– В отличие от тебя, она добрая девушка, душевная, она меня готова выслушать, понять! И секс с ней классный! А не как с тобой! С бревном стрючковым! – это он орет так, что ребенок просыпается и начинает плакать. А я стою, не зная как и реагировать.

– Значит ты гулял от меня? С Аленой? – у меня брови на лоб лезут.

– Хватит, Даша! Ты еще здесь?

Боже, какой он пьяный… Потому и проговорился. Я собираю вещи, одеваю ребенка и, кое-как волоча в одной руке тяжелую сумку, а в другой держа Рому, спускаюсь вниз, где меня ждет такси. Два часа ночи. Когда я добираюсь до мамы, уже почти три. Рома капризничает, а я смертельно устала.

Мое появление маму очевидно расстраивает. Я едва успеваю скинуть обувь и куртку когда мама набрасывается на меня с вопросами:

– Даша, что случилось? Ты поссорилась с мужем? Это же глупость! Форменная глупость! Ты не в том положении чтобы демонстрировать характер!

– Я и не демонстрирую, – прохожу в свою бывшую детскую и кладу на кровать завернутого в конверт Рому, – Максим обвинил меня в измене, считает что сын нагулянный.

На мою фразу мама охает и тут же садится на стул.

– Да ты что? Да как он смеет?

– Но самое странное, что мы сегодня сделали ДНК-тест, и он показал что между Ромой и Максимом нет родства, – я раздеваю сына чтобы протереть влажными салфетками, – Но я не понимаю как это могло произойти. Я и правда не изменяла.