Чтение онлайн

"Дома уверены, что война начнется вот-вот, поэтому, я думаю, продадут принцессу Гигар. Тому, кто ее купит и дороже всего заплатит. Королю нужны деньги, очень много денег. Подбросить деньжат лордам, укрепляющим замки, платить мастеровым, которые с утра до ночи стучат своими молотками по новым щитам и мечам, платить воинам и набранным в армию крестьянам. Такого никогда не было: освобожденным недавно мелким преступникам дали пустоши на востоке… Они будут стараться и успеют собрать один урожай. Поэтому я считаю: принцессу продадут, может быть даже этому чудовищу в лохмотьях и с мешком драгоценностей. Жаль, но мы с тобой, скорее всего, в этом году останемся без заработка…". Это значило, что Король серьезно готовится к войне.

Кроме того, человек, наблюдающий за Торговым Рынком, сообщил, что на этот раз гили совсем не привезли на продажу оружие и новые инструменты, а только свое стекло, черный уголь, кожи и много ювелирных изделий. Они собирают деньги… Дань или военные расходы?

Для Владетельного господина Посла Императора пребывание в порту Дикка было наградой. Здесь были удовольствия, которых он был бы лишен на землях Империи, почет, о котором он не мог мечтать в Империи, власть, которую он никогда бы там не выслужил и деньги Империи, которые он тратил почти без отчета. В Империи были запрещены хоровые песни – все, кроме воинской Песни Смерти под барабанный бой, а здесь Посол иногда посещал Игральный дом, в заднем зале которого так приятно тревожили его сердце сладкоголосые приезжающие со Срединных Земель певицы и певцы. В Империи не разрешали рисовать лица, ничьи. А здесь в личном тайнике господина Посла Императора уже было два его портрета, и оба ему чрезвычайно нравились. В Империи преступлением считались парные танцы – а в порту Дикка других танцев и не было. В Империи не было и не могло быть Веселого дома, полного красивых веселых женщин, любящих скачки, но не на боевых лошадях.

В ответ от него требовалось немногое и не особенно трудное: знать, что затевают коварные гили, скупать их хорошее оружие и придуманные ими новые инструменты, насаждать в порту торговлю чугским золотом и серебром и дружить с пиратами-работорговцами. Со временем он неплохо освоился со всеми этими обязанностями, Император был им доволен. Но один раз в году, весной, вот уже шестой раз он на короткое время становился старшим посредником в переговорах Императора чугов с Королем Стерры. Многовековая история смертельных обид, вражды и десятков больших и малых войн запрещала властителям Корон встретиться с друг другом напрямую и где-нибудь на нейтральных землях между их владениями. Местом время от времени случавшихся переговоров – об обмене пленными, о выкупах, о перемирии – очень скоро стал порт Дикка, в котором были посольства обоих государств. А чтобы не ронять достоинство Послов и избежать возможных оскорблений их высоких персон, когда-то очень давно после многих недоразумений чуги и гили договорились о цепочках посредников – два-три человека по цепочке, идущей вверх, устно передавали Послу мнения вражеской стороны. Причем на нижних звеньях цепи переговорщиками всегда были жители порта, а на верхних – подданные государей. В очень деликатных ситуациях, чтобы избежать разглашения тайны, цепочка посредников укорачивалась, а при решении простых задач наоборот – могла достигнуть совершенно невообразимой длины. Сейчас Владетельному господину Послу необходимо было решить, к какому роду задач отнести сложившееся положение дел.

Тридцать дней назад со срочной почтой – пять дней изнурительной скачки гонцов и их охраны на сменных лошадях! – он получил сообщение Императорского Дома о пленении гилями принцессы Гигар, об объявлении ее отверженной от Трона и приказ отказаться от переговоров с гилями о ее выкупе, если такое предложение будет сделано. Посол эти сведения понял по-своему, и верно: Император окончательно решил начать большую войну с гилями. Войну, к которой готовились несколько лет, но все откладывали из-за несогласия с таким решением нескольких крупных и сильных родов. Победу одержали сторонники немедленной войны, а чтобы укротить несогласных и предупредить их и показать свою решимость, Император примерно наказал свою двоюродную племянницу – дочь одного из противников войны, пусть даже покойного. Кому подарил Император ее собственность? – хотел бы знать Посол, но такие сведения ему не сообщали: понятно, что большое наследство принцессы ни ему, ни его роду, не достанется – ведь они слишком далеки от Престола.

Полученное задание сначала показалось простым и приятным – ведь так славно по длинной цепочке передать высокомерный отказ этим презренным гилям, когда они сунутся со своими предложениями. А следом напомнить, что близится время выплаты дани. Но вскоре Послу донесли, что в порту появился совершенно странного обличия человек с Холодных Земель, очень богатый и дерзкий, который захотел купить отверженную от Трона принцессу у Короля Стерры. Такого еще не случалось на Каменных Землях, чтобы принцесс продавали в рабство, тем более диким людям с других Земель. Посол отправил срочное донесение Императору, приложив сообщение своего агента в посольстве Стерры с подробностями встречи Чужака с послом Короля Стерры. Скандальные подробности! Со дня на день Владетельный Господин Посол ждал прибытия торгового каравана из Империи, а с ним – распоряжений Императора, но новые сведения о решимости Стерры продать принцессу обеспокоило его. Если он промедлит и опоздает с началом переговоров по поводу принцессы Гигар, а известные своей скупостью и расчетливостью гили продадут ее этому отвратительному человеку со странных Холодных Земель, то и его, Владетельного Господина Посла, разгневанный Император может объявить отверженным от Трона. И Владетельный Господин Посол точно знал, кому Император подарит его собственность. Ничтожеству. Зятю. Получил титул Воителя Империи и вообразил себя покровителем отца своей жены! И Посол приказал подготовить срочных гонцов к Императору. А пока он призвал к себе своего третьего посредника, Ухо Империи, безродное ничтожество, который, однако, имел право при особых обстоятельствах сразу начинать разговор с третьим посредником Короля Стерры или даже Послом Короля. И вообще разговаривать с любыми гилями. Сейчас, похоже, были именно особые обстоятельства.

– Слушай и повинуйся, – сказал Посол Императора. – Скажи гилям, чтобы они не торопились продавать отверженную от Трона принцессу крови из рода Гигар. Или – мы очень разгневаемся.

– Позвольте переспросить, Владетельный Господин, "не торопились продавать" или "не продавали" отверженную?

Владетельный Господин Посол посмотрел на свои руки, украшенные перстнями и браслетами, это его всегда успокаивало. Пальцы вздрагивали – так им хотелось вонзиться в омерзительные лживые глаза этого ничтожества, всегда задающего неприятные вопросы. Но – нельзя, он – неприкосновенный, пока, пока на этой должности. И имеет право переспрашивать и уточнять. И у него сильные покровители. Тот же зять, ничтожество. Познакомились и подружились, безродные выскочки.

– Не торопились продавать – именно так я сказал.

– Гилю-третьему посреднику или послу Короля Стерры, Владетельный Господин Посол Императора?

Посол сжал пальцы в кулаки. В молодости у него был сильный удар, этот негодяй покатился бы до двери…

– Твоему гилю-посреднику. Послу? Много чести!

– Повинуюсь, – согнулся в поклоне третий посредник и попятился к двери. А за дверью он подумал, что толстый дурак совершает очередную глупость и делает всех, окружающих его, причастными к ней. "Не торопились продавать"! Предупредить гилей о своих колебаниях – это измена. И поэтому посредник отправился в Гавань, на Невольничий Рынок, к своему другу, обязанности которого исчерпывающе именовались Око Империи.

Друг был занят тем, что наблюдал за работой плотников, ремонтирующих клети для рабов – для всех-всех он был управляющий Невольничьим Рынком.

– Только пьяницы и лентяи Гавани могут так плохо работать, – распекал Око Империи местных оборванцев-плотников. – Если из этой клети рабы разбегутся – я пойду по кабакам Гавани и найду каждого из вас и силой верну свои деньги. Или посажу вас в клеть вместо сбежавших… Здравствуй, приятель! Посмотри, как плохо они работают!… Или лучше не смотри, а пойдем и выпьем холодного винца…

– Дурак повелел мне передать гилям глупое сообщение: "Не торопитесь продавать принцессу Гигар". Он им подсказывает действия! Это – измена! – прошипел посредник, когда они устроились в углу кабака. – Я не могу доносить на него, донеси ты Императору!

– Это будет плохое донесение, оно снова рассердит Императора: недавно я потерял подкупленного гиля из Посольства, – предупредил Око Империи. – Исчез. Он видел в Посольстве Короля лорда Соллера. Опасного человека. Что ты хочешь, чтобы я донес Императору? Что в порту стало много гилей? Что дурак посол мечется и не знает, как поступить? Что я еще не знаю, где гили скрывают отверженную? Здесь ее нет. Значит, она в Стерре. Стоит ли торопиться с таким донесением, приятель? Я знаю другой ход. – Око Империи подмигнул приятелю.

– Это сделать будет трудно… – озаботился посредник, – Чужак умеет обращаться с оружием, у него охрана… Душитель… И сначала надо бы узнать, где он оставляет на хранение свой мешок с камнями.

– Мешок хранят в подвале гостиницы под охраной, приятель, – снисходительно произнес Око Империи. – Но скоро в Гавань вернется Большой Нос с рабами, он сейчас на полпути. Его лихие ребята устроят большую драку и пожар в гостинице, можно будет взять этот мешок. Ты и я. А пираты уберут с дороги мешающий нам камень.

– Ты мастер придумывать такие дела, приятель! – Ухо Империи глотнул вина из кружки. – За твое здоровье! Но Император должен знать об измене!

– Измена дурака случится тогда, когда ты передашь его слова гилям. Ты можешь подождать с этим?

– Совсем немного. Дурак не дает мне читать сведения от его шпионов, как знать, нет ли у него своего шпиона в Посольстве Стерры, и если ему донесут, что я не передал его слова, ты же сам исполнишь его приказ утопить меня в море, приятель!

– Я сделаю это с большим сожалением, Ухо Империи! – засмеялся Око Империи. – Хорошо, передавай гилям слова твоего дурака завтра, а я кое-что за это время выясню. Оставайся здоровым! – Око Империи поднялся из-за стола. – Пойду, подгоню этих бездельников.