Чтение онлайн

А с волшебством его вообще странно. Если Тофик хоть что-нибудь может, то он может. А Магг… Не похоже, чтобы он вообще передал мне хоть что-нибудь, когда проклинал на берегу. Да бог с ним, наверное, он таким уж уродился, старый шут. Я например, ничем не лучше бывшего двойника вождя мирового марксизма. Такой же прожигатель жизни. И рыцарь такой же липовый, как Магг генерал-майор… И все-таки… Все это большое приключение — вполне реальная штука. Реален лорд Мудлак и его головорезы, реальна Дульси, которую надо немедленно разыскать и спасти. С другой стороны, эта большая авантюра может для меня печально кончиться. Если я здесь погибну, родители сойдут с ума. Единственный сын поехал к морю — и пропал без вести…»

Рука Максима сама потянулась к «четкам», которые он повесил как бусы на шею. Представить Москву, свою квартиру, повернуть преобразователь — и он дома. Но пальцы наткнулись на янтарный медальон королевской Власти и застыли в нерешительности. Ладно! Голову свою он побережет, но с рыжим мудаком все-таки побеседует… А потом можно будет и домой слетать. С его «состоянием», которое так поразило Магга, Можно вообще плевать на любые расстояния. Жить, например, здесь, с принцессой Дульси, а в Москву ездить на работу, как делают это десятки тысяч жителей Подмосковья. У него даже преимущество: не надо в электричке трястись.

Он тоже задремал, а когда проснулся, то увидел, что уже рассвело.

— Доброе утро, благородный Ки-ихот, — поприветствовал его сзади бывший двойник вождя мирового марксизма. — Смею заметить, что из меня никогда бы не получилось рыцаря. Спать верхом крайне неудобно.

— Подлетное время до столицы — полтора часа, — как бы извиняясь за неудобства, тотчас сообщил Нант.

— Скажи-ка, мой верный Конь, — обратился к нему Максим, — этот прозрачный колпак и твой корпус в целом достаточно прочны?

— Я легко переношу попадания из легкого и среднего стрелкового оружия и касательные луча бластера. Прямое попадание луча может привести к повреждениям и разрушениям.

— В связи с этим неплохо было бы позавтракать, — хмуро заметил Магг, Тофик, ты не можешь материализировать нам что-нибудь пожевать?

— С превеликим удовольствием, — ответил джинн-недоучка из своего сосуда. После исключения из школы я только таким образом и питался.

— Только без всяких там… жареных солопов и заливных из гремучих змей! поспешно сказал Максим.

— Что-нибудь земное, попроще. Хоть пирожки с ливером.

— Слушаю и повинуюсь, мой господин!

Словно по мановению волшебной палочки на пульте управления Нантом возникла горка бутербродов с сыром и ветчиной, а рядом — корзинка с горячими караимскими пирожками.

— А что-нибудь бодрящее ты можешь сотворить? — заинтересовался бывший двойник вождя мирового марксизма. — У меня за ночь вся спина задубела от холода.

— Могу, только… — джинн-недоучка замялся, подыскивая объяснение, — у меня со спиртным не все получается… Словом, оно почему-то действует не больше часа.

— Это как раз то, что нам нужно, — засмеялся Максим.

— На дело надо идти с трезвой головой. Давай, твори! По бутылке джина нам, фирменного!

Он отпил прямо из горлышка, закусил бутербродом. Можжевеловая водка и ветчина оказались отменного качества.

— Слушай, Маг ты говорил, что кабинет Мудлака на тринадцатом этаже… Ты знаешь его окна? Смог бы указать?

— Разумеется. Эти окна знают на Нормане все. Шефа безопасности побаиваются даже высокородные… Но я не понимаю, благородный Ки-ихот…

— Подожди, сейчас все поймешь. — Максим еще раз с удовольствием прополоскал горло можжевеловой. — Второй вопрос к Нанту. Я вот почему спрашивал, насколько крепок твой корпус, скажи, ты сможешь протаранить окно в кабинете лорда Мудлака, разбить его, даже если стекло бронированное?

Нант ответил с секундным опозданием:

— Произвел необходимые расчеты. Вероятность девяносто шесть и три десятых процента. Однако, хозяин, в результате удара вы рискуете получить повреждения.

— Ничего не поделаешь, — сказал Максим. — Если мы не захватим Мудлака врасплох, тепленьким, то твой хозяин и его друг рискуют получить не только повреждения, но и полное разрушение.

— А вот и столица, — вздохнул Магг, когда они закончили завтрак, и показал на северо-запад. — Мне понравился твой план, благородный Ки-ихот, но мне все равно немножко… тревожно. Слишком уж он, как бы это сказать, неожиданный…

— Как раз на это вся надежда… Как только мы попадаем в апартаменты, Тофик покидает свое убежище и присоединяется к нам. Проверьте оба свои пистолеты. Будете у меня на подхвате.

— Вижу цель, — по-военному доложил механический Конь. — Пристегните, пожалуйста, спасательные ремни.

Дальнейшее происходило очень быстро.

Нант стал стремительно снижаться, а мегаполис, напротив, вырастать, делиться на здания, маленькие и большие, похожие на земные, но главным образом на уже виденные вчера вечером разнообразной конфигурации гирлянды, которые были явно не в ладах с силой тяжести — они уходили от «стволов» своими «ветками» на сотни метров во все мыслимые стороны.

Максим интуитивно выделил среди зданий резиденцию службы безопасности планеты — хрупкую на вид башню из тонированного пепельного стекла. Именно на нее и пикировал сейчас его верный Нант.

«Если в расчеты вкралась ошибка… Или неземное стекло окажется прочнее… Мы влепимся в него как зазевавшийся жук и… разобьемся», — мелькнула поздняя, а потому напрасная мысль.

Серая сверкающая стена с едва различимой решеткой несущих конструкций выросла, казалось, до небес, закрыла весь мир. Максим сгруппировался, изо всех сил уперся в рукоятки руля.

— Приготовиться! — подал голос Нант.

В следующий миг страшный удар рванул тело Максим, вперед, впрессовал его в ремни. Из эластичных они вдруг стали чуть ли не стальными, раздался звон и грохот, которые совпали со вторым более мягким ударом, и механический Конь остановился.

Голова тупо гудела, в ушах все еще стоял звон разлетающегося вдребезги бронированного стекла (или из чего там у них эти проклятые окна?), а руки мгновенно отключили спассистему, сжали автомат, и Максим соскочил с Коня. За ним со стоном мешком сполз на пол бывший двойник вождя мирового марксизма.

Какие-то доли секунды понадобились Максиму, чтобы увидеть все: огромный, будто спортивный зал, кабинет, стену-окно, только что ими высаженную, трехметровый освещенный глобус, очевидно Норманы, наконец, полукруглый стол-пульт и возле него вскочившего из кресла рыжего человечка в белой с золотым шитьём тоге (от своей Максим, кстати, после ужина в доме Магга решительно отказался и переоделся в свой джинсовый костюм).