Случайный вальс: Рассказы. Зарисовки
Шрифт:
— Ну, поехали, Таня, в поле. А вы можете отдохнуть.
Отдыхать я не стал и пошел с ними в поле.
Было тихо и прохладно. Предосенние редкие облака отбрасывали тень на озими, на пустынные луга. За деревней, на большом изрытом участке стоял приземистый агрегат на прицепе у трактора. Василий сел на трактор, Татьяна примостилась на ступеньке у ленточного транспортера, махнула мужу рукой, и все это громоздкое гремящее сооружение медленно двинулось по полю, взрывая землю и выбирая из неё стальными руками крупные синеватые клубни…
Всё-таки изменилась моя деревенька за время моего долгого отсутствия. Посмотришь — всё будто по-старому: высокие избы, телята, пасущиеся на поле, скирды соломы на жнивье — всё привычно взгляду. Но, если присмотреться, можно заметить многое, чего прежде не было.
Вечером, когда мы сели ужинать, Мишка всё тянулся к яркому светильнику, который свешивался с потолка, норовя его пощупать. Отец шутил:
— Ишь ты, смолоду к свету тянешься!
— Монтёром будет, — заметила мать, а бабушка сказала:
— Обожжет лапушки!
Мишка переходил с рук на руки. Отец кормил его малиновым вареньем с ложечки, мать потчевала молоком из груди, бабушка давала пить чай с блюдечка.
А когда улеглись спать и погасили свет, Мишка немного поплакал, покуксился и умолк. И тогда в кромешной темени избы опять тихонько зазвенела старая колыбельная:
Спи, усни, —Баю-ба-а-ай…Мы те шапочку купим,Кафтан сошьём.Кафтан сошьём —Боронить пошлём, — Во чистые поля,Во зелёные луга…Мне не спалось. Знакомая колыбельная песенка навевала воспоминания о далеком-далеком детстве с тёплыми летними дождями, всплесками молний над лесом, с бессонной рыбалкой на речке Чурьеге, когда влажный воздух насыщен прохладой и ароматом ночной фиалки, особенно сильно пахнущей после захода солнца…