Чтение онлайн

Эта нотация возмутила Макса.

— Вообще-то они уезжают завтра. И это не моя была идея в театр идти.

— Ты домой-то собираешься? — смягчилась Наталья Васильевна.

— Собираюсь. Скоро буду.

— А где ваша светлость изволит пребывать в данный момент? — не отставала мать.

— Дома расскажу. Может быть, — сухо ответил сыночек и дал отбой.

Яна тем временем достала невесть откуда невысокие стаканы и вновь спросила Макса:

— Ну так как? Составишь компанию?

Теперь он злился на маман. Выперла его в театр, трубку не снимает, а теперь, видите ли, спохватилась — куда же это ее сынуля подевался? И он небрежно ответил Яне, мотнув головой в сторону стаканов:

— А почему бы и нет? Только по чуть-чуть.

Через полчаса Макс засобирался домой. Яна поинтересовалась:

— А ты где живешь?

Оказалось, что им по пути и вообще живут они неподалеку друг от друга. Естественно, добираться до дому они решили вместе. Городской транспорт уже не ходил, и Максим собрался было ловить такси, что на совершенно пустынной улице было делом весьма проблематичным. Минут через пять возле них притормозила беленькая «маршрутка».

— О, повезло! — обрадовалась Яна. — Давай залезай! Она в квартале от твоего дома останавливается и в трех — от моего.

В микроавтобусе они были единственными пассажирами.

Яна сидела совсем близко. На поворотах она откидывалась на плечо Макса, и тогда ее волосы вновь и вновь касались его щеки. Ему было жаль эту странную девушку, которую так огорчил результат его работы. Что-то одновременно притягивало Максима к ней и отталкивало. Яна, бесспорно, была привлекательна своей непосредственностью и простотой в общении. Кроме того, она просто понравилась ему, худенькая, складная фигурка, огромные яркие глаза — такие девушки ему всегда нравились. Но интуитивно Макс чувствовал в ней какое-то равнодушие и прекрасно понимал, что Яна использует его и одновременно просто пытается отвлечься с его помощью от каких-то своих проблем.

Но в конце концов, вдыхая горьковатый аромат ее духов, он решил: пожалуй, стоит отнестись ко всему происходящему просто как к довольно любопытному новому знакомству, случайному занятному приключению. Если Яна захочет знакомство продолжить — почему бы и нет? Сам-то он ей звонить не будет, это уж точно. А что касается ее сложного характера — так ему же не роман с ней крутить.

Маршрутка остановилась. Максим выпрыгнул первым и галантно подал руку Яне. Они неторопливо пошли по тротуару. Девушка споткнулась, в неверном свете уличных фонарей не заметив выбоину в асфальте. Пошатнувшись, она чуть не упала, и Макс чудом подхватил ее. Яна просунула свою руку под его локоть и кокетливо спросила:

— Ты не возражаешь?

— Да держись уж, а то свалишься, — не захотел он поддерживать эту игру во флирт.

— Фу, грубиян, — тихонько засмеялась девушка и ещё плотнее прижалась к боку Максима. Она едва доставала головой ему до плеча, и на какое-то мгновение ему показалось, что рядом девчонка-школьница. Однако тут же Макс опомнился. Какая, к черту, девчонка! Эта Яна, пожалуй, успела повидать виды. Бойкая девица, ничего не скажешь. Впрочем, не все ли равно? Даже лестно в разговоре с приятелями эдак небрежно упомянуть о своем знакомстве с журналисткой, которая работает на известной во всей губернии телекомпании «Эхо».

На следующее утро после спектакля Яна проснулась со смутным ощущение чего-то нового. Не хорошего, а именно нового. Быть может, беспокойного, неизвестного — но все-таки нового, другого, неожиданно появившегося в се жизни. Она никак не могла понять, что же это такое. Вроде бы её профессия предполагала постоянную новизну впечатлений, морс информации и все прочее… Однако же вот иной раз поди пойми, что творится в душе!

Впрочем, уже к завтраку это ощущение испарилось. Кофе оказался слишком горячим и слабым, йогурт отдавал дешевым мылом, а хлеб выглядел как-то подозрительно. Впрочем, это как раз было немудрено, если учесть тот факт, что батон этот Яна покупала дня два назад. В результате кофейная бурда была выплеснута в раковину, полупустой стаканчик йогурта и остатки батона нашли последнее пристанище в мусорном ведре, а недовольная жизнью Янка отправилась на работу.

Там её несколько утешило отсутствие Оленьки Байковой. «Заболела, — пояснил Эдик кому-то из отдела новостей. — Позвонила сегодня, говорит, простудилась». Ну, болеет и болеет, Янке от этого только лучше. Не нужно любоваться на ненавистную физиономию бывшей подруги. А Олега она при желании вообще может не видеть долго — его кабинет на другом этаже и с «новостями» он по работе почти не пересекается. Его дело — заниматься с программами телекомпании, а у Яны записи программы нет. И неизвестно, захочет ли она продолжать делать свой «Бутерброд». Пока, ввиду последних событий, такого желания у неё не было.

Не успела Янка спуститься в курилку, как в кармане запищал мобильник. На экране высветился номер отдела новостей. Чертыхнувшись, она рявкнула:

— Ну, что там у вас?

— Давай сюда, тебе ехать пора! — скомандовал Эдик. Вернувшись на рабочее место, Яна недружелюбно поинтересовалась у своего непосредственного начальника:

— А что, обязательно названивать нужно было? Подождать пять минут никак нельзя?

— Да кто тебя знает, где ты пропадаешь, — парировал Эдик. — Ищи тебя по всем кабинетам, больше мне делать нечего. Давай живенько собирайся.

— Куда? — лениво спросила Яна.

— В Думу, в областную, куда ж ещё! Вообще-то Байкова должна по графику ехать, так ведь нету её. Давай-давай, Янка, собирайся. Сама знаешь — эти изверги дверь закроют, фиг войдешь после начала.

— Ладно-ладно, не пыли, — все так же лениво протянула Яна. — С кем ехать-то?

— С Денисом. Он уже внизу, с камерой.

Не торопясь, Яна подошла к своему столу, порылась на полке, перебирая кассеты. Выбрала одну, взяла со стола блокнот и под возмущенное клокотание Эдика медленно направилась к выходу.

День явно не задался. Утренние предчувствия обманули. Садясь в машину, Яна споткнулась на ровном месте и едва не протаранила головой дверцу. Потом водитель Леша, известный своей любовью к езде неведомыми переулками, вперся на совершенно разбитую узенькую улочку и в результате наткнулся на перегородивший дорогу мусоровоз. Пришлось возвращаться задом целый квартал. Кроме того, в машине у Леши отвратительно пахло кокосовым освежителем воздуха, от которого Яна морщилась и чихала. А глядя в зеркало заднего вида на Дениса, беззаботно потряхивающего головой в такт музыке из плейера, она совсем скисла.

В огромном зале заседаний места для журналистов на галёрке были уже почти все заняты. С неудовольствием Яна заметила, что и на ее привычном кресле успела расположиться Елена Коротич, журналистка другой телекомпании. Свободным оставалось лишь место рядом с Коротич. С тяжелым вздохом Янка уселась вплотную к ней. Неудачи продолжали её преследовать — сидеть рядом с Еленой не хотел никто. Эта невысокая толстая дама неопределенного возраста отличалась не только экстравагантной внешностью (волосы она красила исключительно в синие тона, меняя лишь оттенки от голубого до густо-фиолетового), но и не в меру непринужденным поведением. Она могла расхохотаться мефистофельским смехом в разгар официального заседания, а на пресс-конференциях, выслушав ответы на все заданные вопросы, способна была заявить густым басом: «Нет, ну я ваше ничего не поняла!» Как-то раз Коротич посреди брифинга с имевшим неосторожность не угодить ей чиновником просто-напросто демонстративно сделала вид, что заснула.